они наполняют свою грудь словами и посылают их нам. Гита, Библия, Коран — доходят до нас, но то, что они действительно должны были передать осталось где-то позади. Их замысел не вызывает никаких сомнений, но их слова не раскрывают Истины.
Слова никогда не были пригодны для этой цели. Если бы та девушка прижала бы коробку к своей груди и стала бы Танцевать мы сочли бы ее сумасшедшей. Но если бы она уловила то, что было за пределами самой шкатулки, она бы побежала на берег моря. Там бы она разделила радость от плеска волн, холодящего кожу ветерка со своим возлюбленным. Но это возможно лишь тогда, когда после получения шкатулки у нее появилось бы желание отбросить шкатулку в сторону и убежать туда, где что-то может открыться… Те, кто подобным образом могут отбрасывать концепции, догмы и писания в сторону и устремляться к их непосредственному источнику, в один прекрасный день находят себя на берегу Океана Природы. Но мы такие глупцы мы приветствуем фанфарами Гиту и совершенно предаем забвению источник, из которого Кришна брал послания Гиты. То же самое мы делаем с Кораном и Библией, Если Кришна и Христос, Махавира и Будда взглянули бы на нас — они бы горько заплакали от мук сожаления. Они бы сказали: «Мы пытались передать им дуновение морского ветра, а они запутались, увлеклись изучением слов в наших посланиях и остались стоять на одном месте, там же, где и были раньше!» Если бы каждый нашел свой путь, он бы выбросил все книги в море. Но даже если бы Кришна выхватил из наших рук Гиту, мы бы тут же схватили его за горло, ведь что мы вообще имеем, кроме Гиты?
В России писатель Достоевский написал книгу «Братья Карамазовы». В ней описывается, как через восемнадцать веков после распятия Христос подумал, что как раз настало именно то время, когда он вновь должен появиться на земле. По всей земле были возведены храмы, в которых молил Его о приходе, множество монахов, священников ходило по земле, имея на шее крест. Почти половина мира была обращена в христианство. Он был уверен, что его ждут.
И вот в одно воскресенье он спустился на землю и встал под деревом. Только что кончилась утренняя служба и люди возвращались домой. Они были очень удивлены, увидев под деревом человека, так похожего на Христа. Кто же был этот человек, так похожий на Христа и даже одетый так же, как он? Должно быть это какой-нибудь актер, думали люди. Они окружили его и стали с любопытством рассматривать и спрашиваться: «Ты играешь удивительно хорошо! Ты прямо настоящий Христос».
«Но я и есть Христос!» — сказал Христос. Толпа стала смеяться над ним, кто-то бросил камень, кто-то плюнул, люди стали плясать вокруг него, обзывая сумасшедшим. Один из них сжалился над Христом и, подойдя к нему, посоветовал уйти до того, как придет их священник.
«Ваш священник? Он мой священник. Неужели вы не узнаете меня? Я тот, кому вы молитесь каждый день».
«Мы воздадим тебе то, что ты заслуживаешь, если ты не исчезнешь отсюда немедленно?» — кричали люди.
В своем милосердии Христос простил их, возможно, они и правда не узнали его, но, может быть, его узнает священник, который каждый день обращается к нему в своих молитвах. И вот пришел святой отец. Толпа умолкла, когда он подошел к ним. Затем один за одним стали приветствовать его, дотрагиваясь до его ног… Да, таков мир, они бросят камень в Бога и падут ниц перед теми, кто делает из Бога бизнес.
«Это святотатство!» — воскликнул Христос.
«Заткнись, — отвечали люди. — Если тебя услышит святой отец, он будет недоволен».
Все это привлекло внимание священника, и он спросил, кто этот человек. Ему рассказали.
«Приведите его ко мне», — велел он.
«Ты тоже не узнаешь меня? — спросил Христос, — и ты носишь на шее крест с моим распятием?»
Но Христос не учел того, что крест, на котором он был распят, был сделан из дерева, в то время как крест на шее у священника был сделан из золота. И вообще, человека вешают на кресте, а не крест на человека.
«Этот человек есть сам сатана! — провозгласил священник. — Наш Христос уже приходил на землю один раз. И нет нужды в его втором приходе. Теперь здесь есть мы, чтобы выполнить за него его работу».
Христа заперли на чердаке в храме. Он был потрясен. С ним обращались так же, как и восемнадцать веков назад!
«Меня распнут еще раз?» — удивлялся он.
Среди ночи к нему пришел священник. Он упал перед узником на колени и стал молить его о прощении. «Я узнал тебя, о Всемогущий! Но там, под деревом, я вынужден был отрицать тебя! Тебе не следовало бы приходить еще раз. Мы выполняем за тебя твою работу со всей искренностью! Это хорошее дело и хорошо поставлено у нас, но если ты придешь сейчас, то возникнет путаница. Мы едва смогли сладить со всеми трудностями, а теперь ты явился вновь! Пожалуйста, пойми, мы не можем признать тебя публично! И не только это, мы должны прибегнуть к прежней тактике, чтобы не признать тебя, той же, что и восемнадцать веков назад! Прости нас, мы бессильны!»
Такая же судьба ждет Кришну, Махавиру, Мухаммеда, если они решатся прийти еще раз на землю. Мы не понимаем, что те, чьи слова мы пытаемся осознать, выучить — предупреждали нас не делать этого, так как Истина не в словах. Истина существует в бессловесной тишине, где отсутствуют все мысли.
Истины нет и не будет в моих словах, ни в словах кого-нибудь другого. Тогда почему я говорю? А для того, чтобы отобрать у вас слова. Если мои слова — тот шип, которым я смогу удалить ненужные слова из вас, то цель достигнута. Тогда вы освободитесь от всех слов — от моих и чужих, просто от всех слов внутри вас. Тогда ум, освобожденный от слов, будет готов идти навстречу Истине. И очень жаль, что вместо того, чтобы понять сущность посланий тех, кто пришел в свое время освободить нас, мы хватаемся за внешнее обаяние их личности.
Будда запретил своим последователями создавать его изображения, но сегодня его статуи — одни из самых многочисленных. Идолы Будды в одном китайском храме по числу превышают несколько тысяч, но Будда предупреждал: «Не делайте из меня божества».
Мы — странные люди.
