глаз.
— Не отпущу, — Ярослав стискивает челюсти. — Тебе грозит опасность.
— Да! — снова не выдерживаю. Да сколько можно терпеть его лицемерие?! — В лице тебя!
— Твою же мать! — с внезапной яростью он хватает меня за волосы. — Обида на меня повредила тебе рассудок?! — он оттягивает мои волосы, заставляя вскинуть лицо и посмотреть ему прямо в глаза. — Если бы хотел убить тебя, убил бы сразу. Ты разве до сих пор не поняла, кто я? Наёмный убийца!
Страх сковывает тело. Я вижу это в его глазах. Силу. Порочность. Тьму… Нет, он не врёт. Он бы убил, не моргнув и глазом.
— Так почему же я до сих пор жива? — шепчу одними губами, сама не понимая, что именно хочу услышать в ответ. — Скажи мне правду!
Его пронзительный взгляд проникает куда-то очень глубоко. В истерзанную сомнениями душу, в кровоточащее сердце…
— Уверена, что выдержишь правду? — его губы в миллиметрах от моих.
Взволнованно пожимаю плечами, а потом… отчаянно киваю.
— Хорошо, Лера. Сейчас я расскажу тебе всё…
Глава 13
Ярослав
Чувствую себя пожарным-неудачником, что носится по горящему лесу с ведром воды, пытаясь затушить несколькими литрами гектар разгорающегося пламени! Сука! Я даже не знаю, что тушить первым! Вову с Серым, которые как динамит с подожжённым фитилём, или же сам источник всего этого пиздеца?!
А тут ещё и Лера… Кричит, что ненавидит, что видеть меня не хочет! Она на эмоциях, испугана, растеряна, а я… просто стараюсь держать нас на плаву в море дерьма, в которое мы угадили.
Приближаюсь к её лицу. Держу за щёки крепко, не давая ей отвернуться.
Снежинка так близко, что я могу рассмотреть каждую морщинку на её пухлых губах.
Она отчаянно кивает в ответ на мой вопрос.
Внутри всё натягивается, я чувствую, как мы подступаем к грани. Поверит ли она мне? После всего что было.
— Хорошо, Лера. Сейчас я расскажу тебе всё…
Вздыхаю, прикрывая глаза.
Отпускаю её, чтобы не отвлекала. Когда она так близко, все мысли и чувства идут не туда. В голове — полный хаос. Снова делаю глубокий вдох, раздумывая, с чего бы лучше начать…
— Твой несостоявшийся свёкр заказал нам одно дельце, — вздыхаю. — Тогда я ещё не знал, кто он, не знал, что он близок твоему отцу. Для меня всё это было обычной работой, и не более того.
Слышу, как она рвано выдыхает.
Бросаю взгляд.
Лера сидит на кровати, отвернувшись к окну. Лица не видно, поэтому о её эмоциях я могу только догадываться.
— Но потом я встретил тебя, и… — в горле встаёт странный ком. Дикие чувства душат, не давая дышать полной грудью. Что сказать ей? В чём признаться? Я и сам пока толком не разобрался в том, что чувствую. Да и сможем ли мы когда-нибудь быть вместе? Если я полезу «решать» её проблемы, живым я, скорее всего, не уйду. Наверное, Лерка даже рада этому будет. Орала же, что ненавидит.
— В общем, — мотаю головой, чтобы не сорваться в пустой сентиментализм. — Узнал я о том, кто заказчик только после того, как дело было сделано. Мы забрали у твоего отца важные документы. Я хотел отдать их, и… уехать. С тобой, — последнее признание выдавливаю через силу. — Но возникли некоторые трудности.
Лера молчит, но по тому, как дёргаются её напряжённые плечи, я понимаю, что она взволнованна. Видимо, ошарашена новостями не меньше моего.
— Отец оформил на тебя оффшорные счета, — говорю задумчиво. — И теперь отец твоего жениха ищет тебя. Чтобы… ты подписала необходимые бумаги. Он предложил за тебя деньги.
— С-с-сколько? — юный голосок дрожит.
— Десять миллионов. Сверху.
В этот момент Лера резко оборачивается. В её глазах застыли слёзы. Она выглядит загнанной в тупик. Ощетинившийся котёнок, которого припёрли к стенке…
— Так почему же ты не отдал меня ему? — шепчет еле слышно. — Почему я всё ещё здесь?
Хмурю брови, подходя ближе.
— Хочешь запросить больше? — обороняется, пытаясь вывести меня на эмоции. — Или хочешь вернуть документы, заставить меня подписать их и прикарманить деньги отца?
Вот тут уже улыбка сползает с моего лица. Ярость вскипает внутри, я снова склоняюсь к ней.
— Что, угадала? — яд сочится в её голосе.
Вот же сучка!
— В точку! — кривлю губы в злобной усмешке. — Какая ты прозорливая, крошка! Разгадала меня на раз-два!
Рука сама тянется к её шее. Перед глазами падает пелена. Значит, пока я голову ломаю над тем, как всё устроить так, чтобы её не грохнули, она делает такие долгоидущие выводы! Браво, Лера! Браво!
Сжимаю пальцами тонкую шею. Грудную клетку разрывает от кипящей лавы.
Она не верит мне! Теперь уже, наверное, никогда не поверит!
Пока я выторговываю у судьбы часы на то, чтобы эта девчонка дышала, она отравляет недоверием свой единственный шанс на спасение!
Она отравляет меня…
Ведьма!
— Пусти… — шепчет отчаянно. Царапается, пытаясь убрать мои руки со своей шеи.
— Зачем? — зло цежу сквозь зубы. — Раз уж я такой беспринципный мерзавец, каким ты меня видишь, может, мне самому тебя прикончить? Тогда не будет никаких проблем…
Меня сумасшедше трясёт от ощущения потери контроля. Раньше я решал проблемы просто. Спускал курок, и избавлялся от того, что угрожало безопасности! Теперь же мой безопасности угрожает эта мелкая девчонка! Девчонка, что смотрит на меня с такой лютой, дикой ненавистью! Дай ей пушку, она бы непременно меня пристрелила!
— Пусти… — её лицо багровеет. Руки размашисто лупят по мне, впиваются в кожу, оставляя багровые отметины. — Мне больно…
Да, сука, больно! Мне тоже охренеть как больно, Лера! Никогда не думал, что кто-то может причинить столько боли без физического воздействия!
Ни пули, ни удары, ни поломанные конечности никогда не причиняли такой адской муки.
Мне хочется выплеснуть её! Избавиться от отвратительного чувства никчёмности! Мне хочется вернуть контроль!
Отпускаю шею, и толкаю свою пленницу на кровать.
