стало чрезвычайно интересной эпохой{87}.
Американские войска находились в Корее и вели войну, которую мало кто мог предсказать. После ухода японцев с Корейского полуострова, где их оккупация была даже более жестокой, чем в Индонезии, страна оказалась разделена на две части. Во время японского правления остатки Коммунистической партии Кореи (Сталин уничтожил большую часть ее верхушки в конце 1930-х гг.) вели яростную партизанскую войну в Корее и Маньчжурии, пока их не вынудили бежать в Сибирь. Один из этих коммунистов, Ким Ир Сен, в 1945 г. пришел к власти на севере страны{88}. На юге оккупационные силы США поставили лидером Ли Сын Мана, христианина и антикоммуниста, несколько десятилетий прожившего в США. Его авторитарное правительство охотилось на левых и, используя в качестве оправдания угрозу коммунизма, уничтожило десятки тысяч человек на острове Чеджу, который с начала войны находился под контролем независимых «народных комитетов»{89}. В 1950 г. на линии раздела разразилась война. Войска коммунистов Севера скоро дошли до Сеула, и США срочно потребовали в ООН собрать силы для контратаки. По неясным причинам Сталин, вместо того чтобы протестовать, поручил своему послу допустить голосование в ООН, и США легко выиграли его. Объединенные войска США и ООН вынудили Северную Корею вернуться в свои первоначальные границы, но затем пошли дальше на север, пытаясь захватить уже всю страну. Советы оказали небольшую помощь, но, к удивлению Вашингтона, вымотанная и сильно потрепанная в боях Красная армия Мао мобилизовалась для оказания помощи корейским коммунистам — главным образом потому, что китайцы считали себя в долгу перед корейцами за помощь повстанцев Кима в борьбе с японцами в Маньчжурии. Началась война, продлившаяся три года, в течение которых США сбросили на Корею больше 600 000 тонн бомб (больше, чем использовали на всем Тихоокеанском театре военных действий в годы Второй мировой войны) и вылили на ее территорию 30 000 тонн напалма. Было уничтожено свыше 80 % зданий в Корее, число гражданских жертв бомбардировок оценивается в 1 млн человек{90}.
В Корее парни из ЦРУ также опробовали часть инструментов, которые впервые применили в Восточной Европе. Тысячи агентов, набранных из числа корейцев и китайцев, были десантированы на Север во время войны. И снова попытка просочиться с тыла закончилась полным провалом. Позднее в секретных документах ЦРУ был сделан вывод, что операции «были не только неэффективными, но, по всей видимости, аморальными, учитывая количество потерянных жизней»{91}. Лишь позднее ЦРУ узнало, что вся секретная информация, которую оно собрало во время войны, была сфабрикована службами безопасности Северной Кореи и Китая. Щедро финансируемые тайные операции ЦРУ снова оказались бессильны против реальных солдат-коммунистов, закаленных в боях и готовых на все ради победы. В Иране, однако, где такого контингента не было, молодое ЦРУ одержало первую крупную победу.
Операция «Аякс»
В конце 1952 г. Фрэнк Виснер познакомился с Монти Вудхаузом, английским шпионом, работавшим в Тегеране. У британцев возникла проблема, и им требовалась помощь. С конца Второй мировой войны они наблюдали формальный распад большей части их империи, но, безусловно, не ожидали, что это обернется для них еще и утратой контроля над природными ресурсами. Новый премьер-министр Ирана Мохаммед Мосаддык руководил национализацией нефтяного производства и уже поймал МИ-6 на попытке сместить его.
У Мосаддыка и иранцев было много причин негодовать из-за британцев. В период расцвета их империи Иран пережил голод, унесший жизни 2 млн человек. После Второй мировой войны британцы навязали соглашение, согласно которому получали от нефти в два раза больший доход, чем Иран, при этом местные рабочие-нефтяники жили в лачугах без проточной воды. Пока Мосаддык и выборный иранский парламент пытались переманеврировать шаха, посаженного на трон британцами, Лондон занялся поиском способа снова прибрать к рукам то, что считал своим. Американцы, включая Виснера, опасались оказаться повязанными с имперскими делами Британии, но союзники по другую сторону Атлантики воззвали к их антикоммунизму. Мосаддык легализовал хорошо организованную партию Туде, возглавляемую коммунистами (наряду со всеми остальными политическими партиями), и британцы подбросили американцам мысль, что Туде, пожалуй, может ведь и взять верх, если и дальше сидеть сложа руки, или даже что Советы могут вторгнуться в Иран. Перемены в Белом доме в начале 1953 г. стали огромным подспорьем для сторонников изменения правящего режима. Свежеизбранный президент-республиканец Дуайт Эйзенхауэр назначил Джона Фостера Даллеса государственным секретарем, а его младшего брата Аллена Даллеса поставил во главе ЦРУ. Джон Фостер, по утверждению историка Джеймса А. Билла, был всю жизнь одержим двумя вещами: борьбой с коммунизмом и защитой прав транснациональных корпораций. «Беспокойство по поводу коммунизма и доступность нефти были взаимосвязаны. Вкупе они толкали Америку к политике открытой интервенции», — писал Билл{92}.
Братьям Даллес и ЦРУ был дан зеленый свет. Миссию, которую решено было назвать операцией «Аякс», возглавил Кермит Рузвельт, внук президента Теодора Рузвельта, нанятый Виснером в 1950 г. Он получил миллион долларов, которые мог потратить на Иран так, как ему заблагорассудится, — огромная сумма для того рода помощи, которую он планировал купить. ЦРУ подмазало всех политиков, до каких только смогло дотянуться, и принялось искать генерала, готового взять руководство путчем в свои руки и поставить шаха диктатором. Агенты платили уличным головорезам, силачам и циркачам за то, чтобы те провоцировали бунты. Когда начальник резидентуры ЦРУ Роджер Гойран заявил, что США совершает историческую ошибку, ассоциируя себя с британским колониализмом, Аллен Даллес отозвал его в Вашингтон.
ЦРУ печатало буклеты и постеры, где Мосаддык объявлялся коммунистом, врагом ислама. Они платили журналистам, чтобы те писали, будто он еврей. ЦРУ наняло гангстеров, которые под видом членов партии Туде напали на мечеть. Два агента Рузвельта в Иране, руководившие наемными громилами, в какой-то момент попытались свернуть дальнейшую работу, говоря, что это становится слишком рискованным, но Рузвельт убедил их продолжать, сказав, что в случае отказа убьет их.
Шах, со своей стороны, был не в восторге от происходящего. Он даже уехал в Рим, вызвав ярость американцев, намеревавшихся сделать его королем, однако в августе 1953 г. вернулся во дворец, организовал мошеннические выборы в парламент и в качестве правителя страны верой и правдой служил как ЦРУ, так и международным нефтяным компаниям. Советы не торопились вмешиваться в дела страны, в которой предположительно обладали огромным влиянием. В Вашингтоне шли сплошные торжества, а Кермита Рузвельта объявили героем. Виснер наконец доказал начальству, что его «банде чокнутых» нашлось реальное применение{93}.
В 1954 г. ЦРУ провернуло еще одну успешную операцию — недалеко, на Филиппинах. Хукбалахапское восстание, начавшееся при японской оккупации, продолжилось после того, как японцы ушли, а власть над Филиппинами (формально) взяли США. Участники Хукбалахапского восстания, боровшиеся с оккупацией, были противниками нового президента, активно сотрудничавшего со странами «оси», а также никуда не девшегося олигархического контроля невероятно могущественных феодальных землевладельцев над экономикой страны. Американский военный советник Эдвард Лансдейл, будущий
