я… Я её бы отшлёпал.
Соблюдая неизвестные мне правила тишины, подходила к столу и клала какие-то бумаги, договоры, документы да так, что вопросов к ней не было: все подписано, облеплено стикерами. Девушка исключила любую возможность нашего социального общения. А когда я пытался составить хоть какой-то конструктивный разговор посредством писем email, она не отвечала ни на одно. Выполняла всё молча, сопела себе под нос, но делала. Чёрт, что бы не давал, — сделано всё идеально.
И я откровенно так проигрывал холодную войну с это непоседой. А она откровенно наступала мне на пятки, показывая, что справится с любой задачей, любой проблемой. Только девушка непростительно груба со мной. Со своим боссом!
А вот сейчас виновница моего негодования стоит и тихонечко млеет, понимая, что вывела меня из себя, продолжает сжимать чёртову папку. Красный цвет. Такого же и её слишком коротенькая юбка. Да, в офисе это нормально, все такие носят, но ей нельзя. Непростительно. Всё непростительно.
Она делает ошибку за ошибкой, хоть и выполняет каждое моё поручение безоговорочно, а вот нормально общаться не научилась. Знаю, конечно, почему. Секс между нами. Только кого Джессика пытается обмануть? Он был восхитительным. И нет ничего сложного забыть или наоборот продолжить. Кабель. Я — чёртов кобель. Хочу занятую девушку, с кольцом на пальце, которая без пяти минут замужем, имея свою пассию, неплохую модель. Эгоист. Эгоист и чёртов кабель.
А ведь девушка так сладко стонала подо мной, сдерживалась, но никуда не смогла спрятать то удовольствие, что рвалось наружу. Сейчас из этого сладкого ротика вырываются фырчание, глухие обзывки, недовольства и прочие гадости.
— Почему партнёры должны ждать, пока уборщицы наведут порядок в конференц-зале? Это, Джессика, делается заранее. — Помню, как сжимал руками край стола, опираясь на него, а она так с вызовом глядела и ничего не боялась.
— Потому что о встречах и совещаниях надо сообщать заранее, а не в последние пять минут. — Вновь, взяв это за привычку, фыркает, показывая длинные цепкие коготки, и мне тяжело сдержать внутреннего демона. Сиди на месте, Гарри.
— То есть я должен отчитываться перед тобой? — дёргаю лишь бровью, пока внутри разгорается пожар. Ох, Джессика, ты бросила не ту спичку.
— А как я, по-вашему, должна была узнать о встречи с партнёрами? Извините, в резюме не было написано: «читаю мысли босса»! — её острый язык делает не то, что должен. Она должна понимать, кто перед ней стоит, а не строить из себя королеву.
— Рот закрой. — холодно отвечаю, сопротивляясь демонам внутри.
— У меня как раз обед, пойду заткну свой рот чем-нибудь другим! — Джессика взмахивает волосами, будто показывает мне. Мне! Своё место.
— Я разве тебя отпускал? — медленно надвигаюсь на вроде бы миленькую блондинку, внутри которой такое же пламя. Её всё злит.
— Это моё личное время! Не вам указывать мне и сокращать его… — не успевает девушка покинуть мой кабинет, демон, как вторая ипостась, вырывается. Хватаю свою секретаршу за горло и сильнее вжимаю в лакированную дверь. Страх. В её глазах бегает страх, который мне нравится.
— Оттрахать бы тебя так, чтоб забыла, как грубить старшим, девчонка. — шиплю в её ухо, ощущая под пальчиками ускорившийся пульс.
Тогда я её отпустил восвояси и в течение остатка дня не слышал и слова от испуганной Джессики. Подействовало, и отбило у неё всякое желание быть рядом со мной. Не тот эффект, что нужен мне был.
— Мистер Стайлс, мне надо на обед… — сейчас она потеряла ту остроту на язык, сейчас понимает, натворила бед и не уйдёт без наказания.
— Джессика… — наигранно вздыхаю, — Ты же знаешь, что тебя ждёт? — закрываю дверь за собой, мельком оглядываю то, как умело она обставила свой кабинет. Немного по-женски, но так мило, что в своём теперь стало как-то неуютно.
— Простите, я не хотела… — оправдывается блондинка, и я вспоминаю наше утро, где она как обычно испортила кофе, затем вторую, переделанную, порцию вылила на мои брюки, а после я поймал её и Мисс Джеймс, разговаривающих не в самом лучшем ключе обо мне же. А я оказался: «несносным ублюдком, которого вырастили в богатстве, в продажном мире, и все, что ему надо, — тачки, деньги и шлюхи».
Нарвалась, моя дорогая.
— Думаю, ни о какой премии речи идти и не может… — ослабляю галстук на шеи, ощущая, как в штанах невыносимо туго. Время наказаний.
— Мистер Стайлс… Не подходите. — Она жмётся к своему креслу и тянется к телефону, но я успеваю в секунду перехватить её тоненькую ручку, — Я буду кричать.
— Ты будешь стонать, дорогая. — Тяну красную папку на себя и аккуратно откладываю, а, когда поднимаю взгляд обратно, наблюдаю, как медленно по розовым щекам текут две одинокие слезинки. По разные стороны лица. Девушка прикрывает глаза и начинает дрожать от страха.
— Пожалуйста, не надо… — Джессика упирается в мою грудь, которая именно сегодня облачена не в белый, а чёрный цвет, — У меня же есть жених. Не надо.
— Не надолго он у тебя. — Грубо отвечаю и также хватаю её за упругие бёдра, отчего девушка хрипло сипит, продолжая отталкивать.
Силой надавливаю на грудную клетку светловолосой, и ей приходится лечь на стол, с которого секунду назад слетело всё ненужное. Впервые замечаю в светлых глазах испуг, и не пойму причины своих чувств, но мне нравится доминировать.
— М-М-Мистер Стайлс… — её попытки оттолкнуть меня от себя утихают, видимо, до красавицы доходит, что пора расплачиваться за ошибки.
— Раздвинь ноги. — кладу руки на её хрупкие колени, понимая, что не хочу брать силой. Так было бы легче, но куда приятнее, если она меня хочет. Только упрямица решила вновь предпринять попытку встать со стола, сделав рывок вперёд, но я моментально одной рукой пригвоздил её обратно. Не надо было этого делать. Теперь придётся применять силу.
— Ну почему красавицы никогда не слушаются…? — наигранно устало вздыхаю и ныряю двумя руками под юбку в поисках трусиков, но сначала приходится стянуть чёртовы нейлоновые колготки.
Дёргаю из-под красной задранной до ягодиц юбки чёрные трусики, и получается слишком резко: ткань впивается в её тонкую кожицу под коленками. Шипит. Ругается. Но больше не сопротивляется. В момент понимаю: мне мало того, что на ней нет нижнего белья, дрожащими от возбуждения пальцами расстёгиваю пуговицы блузки. Нельзя рвать, чёрт возьми. Ей ещё полдня ходить по офису. Обижает, что она всего лишь уныло, даже устало отталкивает меня, не помогает с моей одеждой. Ощущается привкус лжи и притворства. Ох, нет, малышка, секс со мной ты запомнишь навсегда.
Откидываю её лифчик, блузку, юбку, а с себя стягиваю
