пальцем в офис, — и тебе нечем будет говорить. Смекаешь?
— Ну, значит, я дождусь её у дома.
Вот же тварюшка! Решил нащупать границы дозволенного.
— Слушай, а кто тебе её сдал? Я ж правильно понимаю, что она после развода с тобой смоталась подальше.
— Не твое дело, — и снова бесполезная попытка скинуть мою руку.
Сжимаю пальцы ещё сильнее, и из придурка вырывается стон боли, который меня очень даже удовлетворяет.
— Кто? Сдал?
Антон гнется, и на его лице возникает гримаса боли. Он даже краснеет, а я не ослабляю хватку.
— Теща сказала, где Ладу можно искать, — с перерывами на вздох, но все же отвечает.
— Что тебе от неё надо?
Стараюсь перекрыть приток крови к конечности, чтоб этот Антоша обгадился от страха. И, кажется, у меня получается. Потому что говорить он начинает охотнее.
— Меня кредиторы за жабры взяли. А я инвестора нашел, он Ладу знает по прошлому нашему. И у него условие, чтобы я с ней на прием пришел в его контору через месяц, только тогда я получу деньги, чтобы с долгами раскидаться. Он доверяет только семейным людям, — пыхтит под тисками моей руки. — Отпусти-и-и-и-и.
Отшвыриваю его от себя и отряхиваю руки.
— Ты меня услышал? Близко чтоб я тебя не видел, утырок.
Глава 11
Ада
Отправляю в рот очередную ложку мороженого. С халвой. Никогда не любила халву, но тут прям захотелось аж до трясучки. Всматриваюсь в экран телевизора, по которому турецкий красавец гоняется за героиней сериала и пытается доказать, что она не найдет никого лучше.
Фыркаю с полным ртом мороженого, тут же прикрываю рот ладошкой, чтобы не забрызгать диван.
Но мне всегда было сложно держать в себе смех, когда я смотрела сериалы. Сейчас просто хочется убить очередной вечер в одиночестве.
Звонок заставляет напрячься.
— Я никого не жду, — задумчиво бормочу и, шаркая носками по полу, плетусь к двери.
Распахиваю и взвизгиваю, когда перед лицом появляется шеф. С розой… в зубах.
— Фу, как пошло, — передергиваю плечами.
Сережа вытаскивает цветок и протягивает мне.
— Знал, что ты оценишь, — выдыхает на ухо.
А я тут же плавлюсь под горячим взглядом зеленых глаз.
— Соскучился, трындец, — вталкивает меня в квартиру и с грохотом закрывает входную дверь.
— Эй, великан, не буянить у меня дома.
— Великан? — вопросительно выгибает бровь, и один уголок рта ползет вверх. — Везде?
Закатываю глаза и выдыхаю.
— Боже, Сережа… ты прошел курсы пошляков, пока был в отъезде?
— Надо же, ты заметила, что меня не было.
Усмехаюсь.
— Конечно, в офисе стало намного спокойнее.
Сергей прищуривается, и в его глазах вспыхивает угроза.
— Ах так?
Меня отрывают от пола и беспардонно закидывают на плечо.
— Куда? — пытаюсь зацепиться за дверной косяк, но хватаю только воздух.
Сережа меня куда-то целенаправленно прет, пока я колочу по его спине и кричу, чтоб он меня отпустил. И он таки слышит. Только вместо того, чтоб поставить меня на ноги, он кидает меня… на диван.
Он переводит взгляд на стол, потом на телевизор. Его бровь вопросительно ползет вверх, пока мое лицо заливается краской.
Жду уже подкола, но Ржевский только кивает. Находит пульт и вырубает сериал.
— Ладно, потом можно и сериальчик. А пока не хочу, чтобы тебя что-то от меня отвлекало.
— Эй, — хочу встать, но зеленые глаза пригвождают к месту.
Босс ухмыляется и стягивает с широких плеч пиджак. А я прикусываю щеку, чтобы не застонать при виде красивого тела начальника.
— Скучала? Признавайся, — как хищник крадется ко мне.
Киваю. Ну а смысл отрицать? Скучала же. Мне не хватало его внимания, его рук, его поцелуев.
— Моя ведьмочка, — сжимает в кулаке мои волосы и тянет, доставляя приятную боль.
Выдыхаю за секунду до того, как наши губы сталкиваются. И из меня все же вырывается стон.
Горячие руки путешествуют по коже, оставляя пламенные следы за собой. Тону в его ласках, и мне это нравится. Понимаю, что не хочу это прекращать. Это пугает…
— Эй, — цепляет мой подбородок, поворачивает лицо к себе, — куда улетела?
Лежу на его груди и восстанавливаю дыхание.
— Да никуда, пытаюсь отдышаться, — прикусываю губу, и тут же на неё опускается голодный взгляд Сергея.
Как будто не было ничего только что.
— Нет, Сережа, — упираюсь ладошкой в его тело.
— М-м-м-м-м? Я ж сказал, что соскучился. Это реально значит, что я за четыре дня соскучился, Лад, — дергает меня на себя, усаживая на бедра. — Красивая.
Губы облизывает, впивается пальцами в бедра. Сжимает до боли. Но мне плевать на боль, я взгляд от него не могу отвести. Красивый… павлин.
Фыркаю и получаю в ответ удивленный взгляд.
— Вспомнила, как я тебя назвала павлином.
— Кста-а-а-а-а-а-а-ати, — зеленые глаза загораются от предвкушения.
Упс, кажется, зря я об этом напомнила.
— Что? — голос подводит, и из меня вылетает писк.
— Я тебя за то ещё не наказал. А я, между прочим, неделю потом хромал.
Звонкий шлепок по попе, и волна возбуждения, настолько сильная, что приходится сжать ноги.
Спускаю весь контроль и погружаюсь в Сергея с головой. Принимая каждую ласку, каждый выпад.
— Что за мороженка? — тянется к столу.
Теперь я точно желешка… официально. Он меня выжал до капельки. Или я его… надеюсь.
Потому что я лежу и не могу пошевелить даже рукой.
— С халвой, — заплетающимся языком отвечаю.
— М-м-м-м, мое любимое.
— Не стесняйся.
Сережа облизывает ложку и довольно жмурится.
— Вкусно, но ты вкуснее, — хитро щурится, ждет моей реакции.
Поднимаю большой палец.
— Только растаявшее…
Угукаю, зарываясь в подушку. Глаза слипаются.
— Эй, ты спать собралась, что ли? — меня шлепают по попе, отчего я недовольно ворчу. — А как же гостя развлекать?
— Сам справишься. Дверь знаешь где.
— Не понял, — стук ведерка о стол, и меня снова переворачивают, только сейчас надо мной нависает злой босс, — выгоняешь?
— Нет, предоставляю возможность для маневра. Можешь оставаться.
— На твоем супердиване? — кивает на край.
Развожу руками.
— Другого нет, прости-и-и-и-и.
Но я не чувствую вины.
— Я сегодня твоего бывшего мужа встретил.
Эти слова моментально выводят из полудремы.
— И я многое узнал…
Сердце камнем вниз. Но я успокаиваю себя тем, что Антон не знал о ребенке. Не знал о том, чего я лишилась после развода.
— Что? — губы пересыхают и причиняют боль, когда я их разлепляю.
— Сначала ты расскажешь мне, что случилось между вами.
Отворачиваюсь и зажмуриваюсь.
— Тогда оставь при себе эти знания. Мне плевать, что ты там узнал у моего бывшего. И, в принципе, плевать на самого бывшего.
Закутываюсь в одеяло. Босс нависает над ухом, и я ощущаю
