двигаться. Скоро придет Руслан Иванович и возьмет вас на обследование.
– Что мне будут делать?
– Обычные процедуры при вашем заболевании. Думаю, МРТ, узи сердца, анализы.
Лика понимающе кивнула и покачала головой по подушке. Если честно, даже такое незначительное усилие привело к учащенному сердцебиению. Поняв, что самостоятельно сесть не сможет, она закрыла глаза и сосредоточилась, пытаясь вспомнить, что спровоцировало приступ.
Перед глазами возник холл больницы, переполненный людьми. Потом она услышала крики, а потом… Что же было потом? Лика хмурила брови, качала головой, но ничего не помнила.
– Не знаете, где я упала в обморок? – спросила она у сиделки.
– Вы потеряли сознание у лифта. Наверное, вас испугал скандал.
– Какой скандал? – Лика чувствовала, что начинает волноваться, но неизвестность хуже незнания, поэтому она максимально сосредоточилась, чтобы не пропустить ни одного слова.
– О, там ругался какой-то мужчина. Такое устроил безобразие!
– А в чем причина скандал?
– Да я и не знаю. Что-то медицинское. Вроде бы у него кто-то в больнице лежит в коме. Говорят, мозг уже умер, человек живет только на аппаратах, вот ему медики предложили отключить родственника от системы жизнеобеспечения.
– Какай ужас! Так жалко.
– Жалко. Не то слово. Только никаких денег не хватит, чтобы практически мертвого человека искусственно поддерживать. А этот мужчина явно не из богатых. Ой, – женщина испуганно посмотрела на Лику, – не слушайте меня. Я лишнее болтаю.
Но Лика и сама уже отключилась. Она не понимала, что происходит с ее организмом. Сердце колотилось так, будто хотело выскочить из грудной клетки и убежать подальше. Дыхание стало учащенным и прерывистым. Лика чувствовала, как где-то в глубине ее сознания рождается крик. Вот он достиг языка, а потом сорвался и полетел по палате, сначала тоненький, слабый, но быстро набиравший силу и вес.
– А-а-а-а! А-а-а-а!
– Что случилось? Господи! Что случилось? – в комнату ворвался Кирилл, а следом за ним и Руслан. Мужчины бросились к кровати, пытаясь удержать Лику, которая металась из стороны в сторону и кричала.
– Я не знаю, – лепетала медсестра.
– А-а-а-а! Спа-си-те!
– Дорогая! Вика! Руслан, сделай что-нибудь! – взорвался Кирилл.
Лика видела суету вокруг, но не могла остановиться. Она сорвала с себя все провода и попыталась встать. Ей казалось, что сейчас она взорвется от боли, но не телесной, а душевной. Муж навалился сверху, чтобы удержать, а потом девушка почувствовала укол в плечо, и эта физическая боль неожиданно ее отрезвила. Она расслабилась и обессиленно откинулась на подушку, хватая воздух раскрытым ртом.
– Дорогая, милая, любимая, – целовал ее лицо Кирилл, оставляя соленые дорожки то на щеках, то на лбу, отчего кожа немного пощипывала. – Что с тобой? Я вышел на минутку за водой, а тут… такое… – он повернулся к медсестре, стоявшей у стены, схватил ее за плечи и хорошенько встряхнул, – говорите! Что вы сделали моей жене?
– Я? Ничего. Мы просто разговаривали.
– А ну, отойди! – приказал мужу доктор, и Кирилл сделал шаг в сторону кровати, – На тебе лица нет. Я сам разберусь. О чем вы разговаривали?
Лика переводила взгляд с одного на другого. Она уже успокоилась, но еще была не в состоянии разговаривать. Этот безумный крик и взрыв эмоций, казалось, отобрали у нее все силы. Тело будто одеревенело, Лика чувствовала, как из него по каплям уходит жизнь. Осознание того, что Веронике Сергеевне осталось недолго радовать этот свет, наполняло Лику ужасом. Она тяжело дышала. Огромное желание вырваться из больной оболочки и полететь, переполняло ее. Но куда лететь? Где ее тело? В глубине сознания начала рождаться догадка, и девушка прислушалась к разговору.
– Вероника Сергеевна не понимала, почему она у пала в обморок.
– И что?
– Я предположила, что ее испугал скандал, который случился в холле. Она спросила, какой скандал. Я и сама не знала, что произошло. Так и сказала. А потом это началось…
– Говорите точно, что вы наплели моей жене! – опять налетел на несчастную женщину Кирилл.
– Я боюсь, – шепотом ответила медсестра и показала глазами на Лику.
Муж резко обернулся. Они встретились взглядом. Руслан взял сиделку за локоть и вывел ее из комнаты.
– Дорогой, – начала Лика и закашлялась: крик пересушил горло так, что она не могла произнести ни слова.
Она показала рукой на бутылку с водой, которую Кирилл бросил на диван, когда влетел в комнату. Муж налил воду в стакан с трубочкой, которую и поднес к Ликиным губам.
– Ты что хотела сказать, любимая?
Лика с наслаждением пила прохладную жидкость и смотрела на его глаза, полные заботы, видела его отчаяние, но понимала, что ничего изменить не может, и помочь тоже.
– Скажи мне, почему я упала в обморок? – с силой спросила она, отдавая стакан, и сжала его руку. – И где в это время был ты?
– Прости! Я больше ни на мгновение не оставлю тебя одну, – красивое лицо перекосила боль.
Губы поехали вниз и задрожали. Брови будто жили своей жизнью: они то поднимались и складывались домиком, то собирались к переносице, то расслаблялись. Лика видела эту мучительную борьбу: сказать или нет, и давила, пытаясь узнать правду, которая была нужна ей как воздух.
– Куда ты убежал? Я спокойна. Не переживай, больше приступа не будет. Кто устроил скандал в холле?
– Дорогая, давай немного полечимся, потом я тебе обязательно все расскажу, – прятал глаза Кирилл, но сломить упрямство Лики было сложно.
– Я хочу знать сейчас.
– Ну…
– Рассказывай!
– Я не знаю, с чего начать, – Кирилл растерянно посмотрела на Руслана, только что вошедшего в палату. – Что делать?
– Расскажи ей все.
– А если моей жене станет опять плохо? – все еще не решался Кирилл и вместо того, чтобы начать свою историю, в упор смотрел на Руслана.
Эта игра взглядов надоела Лике. Она уже замерла от нетерпения, предчувствуя, что наконец-то приоткроется завеса над теми моментами, о которых она ничего не помнит, а тут сомнения мужа.
– Кирилл, – раздраженно начала она, – ты хочешь, чтобы я узнала о скандале в холле от посторонних людей? Ты
