Насколько сильно Малагате хотел заполучить монитор Тихальта? Устроит ли он наблюдение за каждым из космопортов? Теоретически это можно было бы сделать, подкупив служащих. Наиболее дешевым и действенным способом было бы объявление внушительной награды тому, кто сообщит 0 прибытии Герсена. Конечно, он мог бы предпочесть совершить посадку и в другой планетной системе, и, разумеется было бы затруднительно установить надзор за всеми космопортами Ойкумены.
Но в намерения Герсена совсем не входило стремление где-то укрыться. Ему необходимо было узнать, кто скрывается под именем Малагате. Для выполнения этой задачи напрашивалось два способа: он мог бы проследить за регистрационным номером монитора, либо ждать, пока на него не выйдет кто-нибудь из людей Малагате, а затем проследить за ним и выяснить все ступени власти в этой преступной организации, вплоть до самого верха.
Малагате же, скорее всего, примет во внимание намерение Герсена извлечь содержимое монитора и поэтому, вероятно, будет проявлять особенную бдительность в космопорте Киндьюн, обслуживающем Сан-сонтиан.
Но тем не менее, основываясь на целом ряде определенных причин, Герсен решил сесть в Главном межпланетном космопорту в Авенте.
Он приблизился к Альфинору, спустился на посадочную орбиту, перевел автопилот в режим стандартной автоматической посадки и вновь откинулся в кресле. Ревя тормозными ракетами, корабль сел на обожженную землю посадочного поля.
Двигатели выключились, и наступила тишина. Автоматически зашипели клапаны, выравнивая давления между кабиной и атмосферой планеты.
Прибыли чиновники космопорта в автомобиле на воздушной подушке. Герсен ответил на вопросы, подвергся краткой медицинской проверке, получил пропуск на выход из космопорта и проводил чиновников из корабля.
Вскоре прибыл автокран, поднял корабль и отвез его на свободное место на стоянке, расположенной в дальнем конце поля.
Герсен спустился на землю, чувствуя себя странно уязвимым вне надежных стен корабля. Подозвав рукой ближайшую летающую тарелку-робота, он собрался заняться демонтажем монитора. Но тут из-за корпуса ближайшего корабля вышли двое, и Герсен мгновенно узнал одного из них — уроженца Саркоя, который сопровождал Хильдемара Даске в таверне Смейда.
Когда они приблизились, Герсен сделал вид, что не заметил их появления, но все его органы чувств напряглись до такой степени, что ни одно их движение не могло остаться незамеченным. На уроженце Саркоя был скромный темно-серый костюм, на лацканах блистали опалы. Его спутник, худой мужчина с соломенного цвета волосами и быстрыми светло-серыми глазами, был одет в свободный рабочий комбинезон синего цвета.
Они остановились в двух шагах от него и стояли, казалось, без особого интереса наблюдая за незнакомцем. Герсен также принял безразличный вид и лишь скользнул глазами по пришельцам, хотя по коже у него пробежали мурашки и бешено заколотился пульс. Уроженец Саркоя прошептал что-то своему спутнику и подошел еще ближе.
— Мне кажется, что мы встречались с вами, — спокойно, но немного язвительно произнес он.
— Ваше имя мне неизвестно, сэр, — пожал плечами Герсен, не отрываясь от своего дела.
— Меня зовут Сутиро. Мивиж Сутиро.
Герсен внимательно посмотрел на саркоита: перед ним стоял человек среднего роста с удивительно плоской головой, характерной для жителей степной зоны Саркоя, — ширина его лица была больше, чем длина. У него были тусклые невыразительные оливковые глаза, вздернутый нос с темными ноздрями, широкий рот с толстыми губами — лицо, сформированное более чем тысячью годами эволюции и близкородственных браков.
Обитатели Ойкумены были весьма невысокого мнения о жителях Саркоя, прежде всего из-за отвратительных привычек в еде и чрезмерной активности и неприкрытости сексуального поведения, зачастую превращавшегося в откровенный эксгибиционизм. С презрением относились и к любимому на Саркое виду спорта, известному под названием «харбит», который заключался в избиении харикана, крупного, покрытого щетиной полуразумного двуногого существа, населяющего леса северной части планеты. Несчастное создание, доведенное до крайности голодом, загонялось в круг людей, вооруженных вилами и факелами, приводилось в состояние бешенства огнем и удерживалось в центре круга при каждой попытке бегства.
Саркой, единственная планета звезды Змееносца, была миром мрачных степей, болот, дремучих лесов и трясин. Саркоиты жили в высоких деревянных домах, окруженных частоколом из стволов деревьев. Даже самые крупные их города нередко подвергались набегам бандитов и кочевников из полупустынь.
Саркоиты, по традиции и накопленному опыту, были законченными отравителями. Убить человека каждый из них мог очень легко — просто пройдя рядом с ним.
Глядя на саркоита, Герсен не смог уловить признаков так называемого «дыхания смерти», характерного для наемных убийц. Эта привитая способность укорачивала их жизнь, а внешне она проявлялась в желтоватой глянцевитой коже и жестких, тусклых волосах. Кожа Сутиро была бледно-матовой, волосы — блестящими, черными и курчавыми, на правой щеке Герсен заметил маленький мальтийский крест одного из аристократических кланов Саркоя.
— Прошу прощения, уважаемый Сутиро, но ваше имя я слышу впервые. Не помню, чтобы мы с вами где-то встречались, — сказал Герсен.
— О! — Глаза Сутиро расширились, когда он услыхал почтительные слова Герсена. — Вы бывали на Саркое? На нашем любимом зеленом Саркое, с его безграничными степями и веселыми фестивалями?
— Веселыми, пока есть еще хариканы! А что будет, когда вы замучаете последнего?
Сутиро, как представитель расы, привыкшей спокойно переносить все оскорбления, не подал виду, что заметил обидные слова Герсена.
— Будем веселиться друг с другом. Я вижу, что вы хорошо знакомы с моей планетой.
— Довольно неплохо. Возможно, вы могли видеть меня на Саркое.
— Нет, — уклончиво ответил Сутиро. — Мы виделись с вами совсем в другом мире, и притом недавно.
Герсен покачал головой.
— Это невозможно. Я только что прибыл из Глуши.
— Вот именно. Там мы и встречались. В таверне Смейда.
— Неужели?
— Да. Я прибыл туда с несколькими попутчиками, чтобы встретить своего друга Луго Тихальта. Разволновавшийся Луго покинул планету Смейда в вашем корабле. Разве вы не обнаружили этого?
Герсен засмеялся.
— Будь у Тихальта намерение извиниться передо мною, я уверен, что он обязательно нашел бы меня.
— Точно, — кивнул Сутиро. — Луго Тихальт послал меня уладить ваши взаимоотношения. Он просит прощения за допущенную ошибку и желает только, чтобы я принес ему его монитор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
