— Отойдите в сторону!
Тристано вежливо протянул левую руку.
— Как бы вас ни звали, сэр, будьте благоразумны и следуйте за мной!
Размахивая из стороны в сторону вытянутой рукой, он подался вперед Герсен следил за выражением глаз противника, не обращая внимания на отвлекающие действия левой руки. Как только взметнулась правая рука, он отбил ее в сторону и ударил кулаком прямо в лицо Тристано.
Тристано отлетел назад, громко крича от боли, и Герсен притворился, что поддался на эту уловку. Он бросился вперед с отведенной назад рукой для повторения удара, но внезапно остановился, когда Тристано с невероятной ловкостью взмахнул ногой — удар, предназначенный для того, чтобы искалечить или убить.
Когда нога прошла мимо цели, Герсен схватил за носок и пятку и резко повернул. Тристано, мгновенно расслабившись, перевернулся в воздухе и сгруппировался, используя момент своего переворота и падения для того, чтобы, не повредив, освободить свою ногу от захвата Герсена. Он, как кошка, упал на четвереньки и попытался откатиться в сторону, но Герсен успел ухватить за его затылок и резко ударить лицо Тристано о свое колено. Хрустнули хрящи, затрещали зубы.
Совершенно ошеломленный, Тристано упал на спину. В течение какого-то мгновения он бессильно опустил руки. Герсен схватил ногу своего противника и, сделав замок, навалился на нее всем своим телом. Он почувствовал, как с треском сломалась кость. Тристано задохнулся и, схватившись за нож, открыл горло. Герсен нанес сильный удар тыльной стороной кисти по гортани. Горло противника было мускулистым, и он не потерял сознание, продолжая бессильно размахивать ножом. Курт выбил оружие, но больше не решался приближаться к Тристано, так как у этого землянина вполне могло быть припасено еще одно или даже дюжина хорошо спрятанных видов оружия.
— Оставь меня, — прохрипел убийца. — Оставь и убирайся, куда хочешь…
Он стал подтягиваться к стенке.
Герсен осторожно двинулся вперед, тем самым давая Тристано возможность для нападения, но тот не решился. Герсену пришлось протискиваться мимо его широченных плеч. Тристано почувствовал это. Взгляды их встретились. Внезапно землянин сделал захват, одновременно приводя в действие свою здоровую ногу. Герсен ушел от захвата, схватил ногу и приготовился сломать и вторую лодыжку. Позади него раздались крики, суматоха. С искаженным лицом по коридору неуклюже бежал Главный контролер Мосенсен. За ним семенили двое или трое служащих.
— Прекратите это! — кричал Главный контролер. — Что это вы делаете в этом здании? — Он буквально плевался слюной перед Герсеном. — Вы — дьявол! Преступник самого низкого пошиба! Вы оскорбили меня! Вы напали на моего клиента! Я постараюсь, чтобы опекуны внимательно присмотрелись к вам!
— Сколько угодно, — пыхтя, ответил Герсен, неожиданно ощутив приступ мстительности. — Зовите опекунов!
Мосенсен поднял брови.
— Что? У вас хватает нахальства и на это?
— Здесь никакого нахальства. — Курт злобно усмехнулся. — Просто добропорядочный гражданин помогает полиции в задержании преступника.
— Что вы имеете в виду?
— Есть одно имя, которое мне нужно будет только один раз произнести перед опекунами. Стоит мне хоть раз намекнуть им, что вы и это лицо являетесь сообщниками… Каковы мои доказательства? Этот человек. — Он взглянул вниз, на ошеломленного Тристано — Он вам знаком?
— Нет. Конечно же я не знаком с ним!
— Но вы же только что опознали его в качестве одного из ваших клиентов!
— Я подумал так, но сейчас вижу, что ошибся.
— Этот человек — профессиональный убийца!
— Вы ошибаетесь, мой ловкий друг, — захрипел Тристано, — я не убийца.
— Луго Тихальта нет в живых, чтобы опровергнуть твое заявление!
Тристано скривил лицо в выражении оскорбленной невинности.
— Мы говорили друг с другом, вы и я — разве вы не помните? — когда этот Тихальт умер.
— В таком случае, ни Даске, ни саркоит не могли убить Тихальта. Кто же еще прибыл с вами на планету Смейда?
— Там были только мы трое.
Герсен изумленно уставился на него.
— Мне трудно поверить этому. Хильдемар Даске сказал Тихальту, что его снаружи ждет Малагате.
В ответ Тристано едва заметно пожал плечами. Герсен стоял, глядя на него сверху вниз.
— Я уважаю опекунов и их плети. Я не осмеливаюсь убить вас. Но я вполне могу сломать вам еще пару костей. Так что, вполне вероятно, всю оставшуюся жизнь вы будете ходить боком, как краб! Я могу еще растянуть в сторону мышцы ваших глаз, и всю оставшуюся жизнь вы будете смотреть в разные стороны!
Лицо Тристано разгладилось в грустной улыбке. Он тяжело приперся к стене, безразличный, отупевший от боли.
— С каких это пор операции в Глуши стали называться убийством? — только пробормотал он.
— Кто убил Тихальта?
— Я ничего не видел. Я стоял рядом с вами у двери.
— Но ведь, по вашим словам, вас прибыло на планету Смейда только трое?
Тристано ничего не ответил и закрыл глаза. Герсен подался вперед, сделав быстрый выразительный жест. Тристано открыл глаза и тупо уставился на занесенную над ним руку.
— Кто убил Тихальта?
Тристано покачал головой.
— Больше я ничего не скажу. Лучше мне быть всю жизнь калекой и косоглазым, чем умереть от яда с Саркоя.
— Я могу сам отравить тебя этим ядом!
Герсен подался вперед. Но Мосенсен издал отрывистый срывающийся крик:
— Это невыносимо! Я не допущу этого! У меня будут кошмары! Я не смогу спать!
Герсен зло посмотрел на него:
— Вам бы лучше не вмешиваться в это, сэр!
— Я вызову опекунов! Ваши действия абсолютно незаконны! Вы нарушили законы государства.
Герсен рассмеялся.
— Ну, зовите же опекунов! Мы тогда узнаем, кто нарушил законы государства и кто подлежит наказанию.
Мосенсен стал тереть свои бледные щеки.
— Тогда уходите. Никогда не возвращайтесь сюда, и я ничего никому не скажу.
— Не так быстро, сэр, — произнес Герсен, чувствуя, что у него поднимается настроение. — Вы сейчас в крайне затруднительном положении. Я пришел сюда с совершенно законным делом. Вы же по телефону вызвали убийцу, который напал на меня. Такое поведение вряд ли можно оставить без внимания.
— Вы делаете ложное обвинение, сэр! И я это добавлю к тому, что сообщу опекунам!
Но это было тщетной попыткой испугать Герсена. Он рассмеялся, подошел к Тристано, перевернул его лицом вниз, стащив с него пиджак так, чтобы затруднить движение рукам, и связал их поясом землянина. Со сломанными ногами и связанными руками Тристано не мог сделать ни одного движения. Затем Герсен повернулся к Мосенсену.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
