Долго ждать Сергею не пришлось. Решение всех проблем появилось само собой, в кованых ботинках, камуфляже и при солидном вооружении. Около двух десятков человек сновали по монастырю. В подвале гулко отдавалась дробь их шагов. Слышались распоряжения командира. Беготня продолжалась уже минут пятнадцать. «Кажется, эта свора не собирается уходить», — констатировал Андреев, и это ему не понравилось.
— Начальник, среди убитых только наши.
— Искать! Если нет их трупов, значит они где-то здесь. Потерять столько крови и далеко уйти — невозможно. Проверить каждую щель, куст, дупло в радиусе ста метров. Найти их. Иначе, все пойдете на кормежку койотам.
Топот ног усилился. Кто-то приближался к убежищу Сергея. Майор подобрался. Обнажил клинок. Луч фонарика врезался во тьму укрытия. Не спеша, пошарил по стенам. Андреев приготовился к прыжку. Вот, в проеме показалась чья-то заросшая, косматая, давно не мытая голова. Свет выхватил из мрака бурые пятна на полу и двинулся по ним в направлении Сергея. «Следопыт», сразу, даже не понял, что предмет его поисков обнаружен. Он медленно, оторопело осветил фигуру майора с ног до головы. Когда их взгляды встретились, «исследователь подземелий» открыл рот и хотел что-то крикнуть. Но вместо этого, из горла раздался глухой невнятный звук. Андреев, быстро, насколько позволяла раненая нога, бросился к противнику и с проворотом воткнул ему в кадык нож, по самую рукоять. Но мгновением раньше, вояка пришел в себя и его крик о помощи слился с предсмертным хрипением.
— А-а-а-хр-р…
Со всех сторон, к подвалу побежали бряцая снаряжением боевики.
— Эй, Рэмбо, выходи. Не испытывай нервы, которые и так натянуты до предела, — раздался, судя по властным ноткам, голос командира, — вариантов у тебя нет. Нас больше и ты в ловушке. Либо сдохнешь, как собака, сейчас, и крысы, с удовольствием переварят твои останки, либо — есть шанс увидеть еще пару восходов солнца. Генерал Гонсалес желает тебя видеть. Хотя, будь моя воля…
— Заткнись, гамадрил. Оставь свое мнение при себе. Пугай этих вислоухих недоумков и свое отражение в зеркале. Что от меня надо Гонсалесу?
— Скоро узнаешь. А может и нет, если твой поганый язык не угомонится. Скажу генералу, что ты оказал сопротивление. Заплатят меньше, зато потешусь вволю. Выбирай. Считаю до трех.
— Почему только до трех? Любишь кино про ковбоев или в школе не учился?… Ладно. Ладно. Выхожу.
— Оружие оставь внизу и руки подними.
«Чем черт не шутит, — подумал Сергей, — может это и есть реальный шанс увидеться с Гонсалесом. А там, как карта ляжет».
Сбросив с себя амуницию, капитан выставил руки вперед и направился к выходу. Тот час, его подхватили два здоровяка. Вытащили из провала и бросили на землю. Тщательно обыскали.
— Чисто, начальник.
— Свяжите ему руки, — бородатый, кривоногий увалень, с поломанным носом, пнул Андреева в бок.
— Вставай. Разлегся, как на пляже. Пора в последний путь.
— А-а, так вот ты какой, северный олень. Оказывается, в своих фантазиях я тебя даже приукрасил. Гамадрил, в сравнение с тобой — «мистер Вселенная» с греческим профилем Аполлона и задатками эстета… — грубый и сильный удар прикладом в спину заставил Сергея замолчать.
— Пошел, сын собаки.
Все это время, две пары внимательных глаз внимательно смотрели из-за кустов папоротника на происходящее…
Глава 13
— Селесте, далеко еще? — Мельник тяжело дышал, — а то мне уже кажется, что несем не щуплого индейца, а медвежью тушу. Может, перекурим?
— Да, конечно. Давайте отдохнем. Я, как раз, осмотрюсь. Кажется, мы уже недалеко.
Опустив импровизированные носилки с Гомесом, мужчины плюхнулись на траву. Селесте, с ловкостью обезьяны, вскарабкалась на высокий платан.
— Я отойду, — сказал Саид.
— Давай-давай, — Мельник сладко, с хрустом потянулся и откинулся на ствол дерева, — как ты, Гомес?
— Бывало и получше, — проскрипел Почтальон.
— Не унывай. Скоро будем на месте. Шаман тебя выправит. Потерпи.
Из-за кустов показался Саид, капитан Улугбеков, невысокий, юркий азиат, сын степей и потомственный охотник. Взглянул на Мельника, и лицо его мгновенно преобразилось. Глаза, и без того узкие, превратились в маленькие щелочки. Рука медленно потянулась к мачете. Мельник недоуменно смотрел на друга, не в силах произнести ни слова. Таким Саид был всегда перед решительным, смертельным броском на врага.
— Са-Саид, ты чего?! — наконец, заикаясь выдавил из себя здоровяк. Он не мог пошевелиться, а уж, тем более, что-то предпринять против сверкающего лезвия. Их разделяло метров десять. Этого было достаточно, зная реакцию Саида.
Азиат угрюмо молчал. Полуприсев на пружинистых ногах, он стал похож на пантеру, наметившую свою жертву. Все последующее произошло мгновенно, так, что Мельник, даже не успел ничего понять. Заметил лишь, как блеснул клинок и тут же задребезжал над головой вонзенный в дерево. Игорь сидел белый, как мел. На лбу выступили капельки холодного пота. Он ошалело посмотрел на Саида, потом, как в прострации, поднял голову вверх. Несколько капелек крови из приколотой к дереву змеи, упали ему за воротник.
— Ты сдурел, псих ненормальный, — выдохнул Мельник, — я же чуть штаны не загадил.
— Видел бы ты свою рожу, — Саид весело хохотал. Даже Гомес улыбнулся, — жаль, что я не всегда с собой беру видеокамеру. Первый приз за видеоролик был бы мне обеспечен.
— В Кащенко тебе надо, к психотерапевтам, а не на конкурс. Врачи, наверное, с ног сбились, в поисках такого уникального шизика, как ты, — не зло буркнул Мельник, выдергивая мачете из ствола. Привстал и с разворота метнул оружие в сторону Саида. Острое лезвие срезало большую ветку над его головой, и она с шумом накрыла шутника. Тот, от неожиданности рухнул на землю и через секунду, снова расхохотался.
— Вы что, наркотиками балуетесь? — Селесте уже спустилась с дерева и непонимающе, вопросительно оглядела хохочущих мужчин.
— Нет, просто Саид демонстрировал новый способ охоты на ядовитых змей с помощью «живца». Нам он показался несколько экстравагантным. А что у тебя?
— Все в порядке. Идем правильно. Недалеко отсюда, я заметила дымок. Скорее всего, там и есть хижина.
— Тогда пошли. А то, нам еще обратно топать. Хотелось бы успеть до темноты.
Взвалив носилки на плечи, бойцы двинулись за девушкой…
…Посреди небольшой поляны, полностью очищенной от растительности стоял приземистый домик. Не хижина, не хибара, а самый настоящий, крепкий домишко, напоминающий русский деревенский сруб. Стены сложены из пальмовых стволов. Оконные проемы оказались застекленными. Крыша собрана из плотно подогнанного бамбука и накрыта широкими листьями. Напротив входа красовался высокий тотемный столб. Под ним — жертвенный очаг, который еще дымился. Столб окружали острые колья, увенчанные черепами животных. За домом, в ветхом сарайчике блеяла коза, и кудахтали куры. Все это природно-первобытное естество, никак не сочеталось с устройством, напоминающим солнечный генератор и установленном на прочном фундаменте гранитной глыбы. Провода от агрегата тянулись внутрь строения. Над крышей торчали длинные стебли антенн.
