не трогали Лаврова, дабы немцы не смогли его ни в чем заподозрить. Но, похоже, что он в Ровно именно по нашему делу.
– Лавров в Ровно. А что выяснили о том, где он был до Ровно? У нас давно с ним не было никакой связи.
– Очевидно, Лавров прибыл из Брайтенфурт.
Нольман ответил на это:
– Но агенты немцев, нами захваченные, утверждают, что такого инструктора в абвершколе Брайтенфурт уже нет.
– Сроки подготовки агентов там невелики, Иван Артурович. Возможно, что Лавров пока не занимается преподаванием. Может у него была иная задача. Да чего гадать? Скоро всё узнаешь сам.
– Нужно готовить агента для Ровно?
– Группу, – сказал комиссар.
– Группу?
– Из трех-пяти человек, Иван Артурович.
– Но в Ровно есть наши люди.
– Из ведомства Судоплатова есть. Отряд Медведева «Победители» с нами работать не будет.
– Почему же? У них такие возможности.
– У нас иная задача, Иван Артурович. Ты не будешь работать по немцам. А только по УПА.
– А что же полковник Одинцов? Это его специализация. Он ведь большой специалист по Украине.
– Его попытки внедриться в подполье ОУН-УПА провалились. Теперь твоя очередь, Иван Артурович.
– А Одинцов?
– У него пока хватает работы по сотрудничеству с поляками из Армии Людовой. Если он и станет вмешиваться в твою работу, то не сразу. Так что подбирай людей и готовь группу.
– Елена Костина?
– Именно, Иван Артурович.
– Роман Лавров знает её лично, товарищ комиссар.
– Разве это плохо?
– Я пока не знаю, Владимир Иванович.
– Обмозгуй все, старший майор. Составь список группы. Подбери лучших людей.
– Лучших у меня забрали, – напомнил Нольман.
– А ты поищи хорошо, Иван Артурович. В разведшколах поищи. В одной Москве их сколько. Неужели нельзя найти толкового агента?
– Толкового агента нужно воспитать, Владимир Иванович.
– Вот и воспитай. Тебе и карты в руки Иван Артурович…
* * *
Нольман вызвал к себе Костину и приказал ей изучить все материалы, что имелись по ОУН в управлении. Лейтенант Елена Костина была готова на следующий день.
– Изучила?
– Я ведь в 1942 году занималась ОУН. Правда неудачно.
– Докладывай.
– Организация Украинских националистов создана на базе УВО – Украинской военной организации – в 1929 году в Вене. В 1941 году ОУН разделась на две части ОУН (М) и ОУН (Б). ОУН (М) возглавил Андрей Мельник из старого крыла националистов. В 1914 году добровольцем вступил в Легион Украинских Сечевых стрельцов. Воевал на стороне Австро-Венгрии против Царской России в империалистической войне. Затем в 1918 году служил на командных должностях в армии УНР. ОУН (Б) возглавил лидер молодого крыла националистов Степан Бандера. Это именно он вместе с Ярославом Стецко 30 июня 1941 года провозгласил Акт о возрождении Украинской Державы во Львове. После этого арестован немцами и ныне содержится в концентрационном лагере «Заксенхаузен».
– Все это так, но это только общие сведения.
– Лидеры из руководства ОУН (М) и ОУН (Б) недолюбливают друг друга. Между ними существует жёсткое соперничество. Мельниковцы более гибкие политики и дипломаты. А вот Бандеровцы идут напролом. Для нас в будущем именно они будут представлять главную угрозу.
– Верно. Что еще?
– Сейчас немцы после поражения под Курском станут думать о восстановлении связей с ОУН. Не просто так ОУН активно формирует свою армию УПА. И по численности в ней уже больше 40 тысяч человек.
– А вот это сведения неточные и требуют тщательной проверки.
– Мне доверят миссию в Ровно? – спросила Костина.
– Да. Там уже находится твой хороший знакомый, Лена.
– Лавров?
– Он самый. Роман Романович Лавров. Наши агенты доложили, что Лавров прибыл в Ровно.
– Что он сообщает?
– Лавров? Ничего. У наших людей нет выходов на него. Они могут лишь наблюдать.
– Вы говорите о группе «Антиквара» в Ровно?
– Антиквар с Лавровым работать не будет. Его сеть разделена на две группы. Группа в Ровно поставляет нам информацию по передвижению войск. Группа в Здолуново также дает информацию и отлично работает по диверсиям на железной дороге. А ты знаешь как это сейчас важно, Лена. В паровозном депо на станции Здолбуново люди Антиквара в течении трех месяцев не выпустили на линию семьдесят паровозов.
– Но моя задача другая.
– Твоя задача ОУН и УПА.
– Но предполагается моя встреча с Лавровым?
– Нет. Лично с ним ты встречаться не будешь. Только в самом крайнем случае.
– А могу я задать вам вопрос по поводу полковника Одинцова, который стоит во главе Сарненской группы?
– Ты о своем давнем конфликте с Одинцовым? Не бери в голову.
– Он хотел отдать меня под суд в 1942 году. Только ваше личное заступничество тогда спасло меня от ареста. Не думаю, что наше с ним сотрудничество, будет эффективным.
– С Одницовым напрямую ты работать не станешь.
– Уже хорошо.
– У меня есть план, Лена. И работать нужно будет не просто осторожно, но ювелирно. Всё по моей инструкции и никакой самодеятельности!
– Сколько людей мне готовить для группы?
– Три человека. Это у тебя. Затем высадятся еще две группы. Но ты о них знать не будешь. Как и они не будут знать о тебе. И все три группы возглавят женщины.
– Вот как? Так задумано?
– Да.
– И каков состав моей группы?
– У тебя есть предпочтения?
– Вы смогли вернуть капитана Кравцова? – спросила Костина.
– Нет. Кравцов теперь в СМЕРШЕ. Нам никто его не отдаст. Особенно после того как Кравцова отметил САМ.
Костина поняла, о чем говорил Нольман. Речь шла об участии в операции против Абвера, которая проводилась в начале 1943 года. Немецкий генштаб и Абвер планировали грандиозную дезинформацию, в которой принял участие даже сам Адольф Гитлер. Канарис убедил его лично поставить свою подпись под фальшивыми картами, которые должны были убедить советский генштаб, что вермахт нанесет удар не под Курском, а на ином направлении. Дезинформация не прошла благодаря агентуре, в числе которой находился и капитан Кравцов.
– Значит все из молодых?
– Я отберу лучших из курсантов наших разведшкол, Лена. И я дам тебе выход на одного агента. Мне с трудом удалось уговорить комиссара госбезопасности Максимова.
– Это его агент?
– Да. Псевдоним «Тарас». Но к нему обращаться только в самом крайнем случае. Завалить такого агента мы права не имеем.
– Мое основное задание?
– Во-первых, сведения про УПА. Нам нужно знать все об этой организации. Они хорошо законспирированы и никогда не выступают под настоящими фамилиями.
– Нужно знать их лидеров?
– Это крайне важно, Лена. Во-вторых, уровень оснащения, социальную базу, связи. И, в-третьих, политические мотивы.
– Политические? – спросила Костина.
– Именно политические! Местное население сейчас по нашим сведениям их поддерживает. Пока это не так плохо для нас. Но
