Ответ был простым: этим чудовищем являлся он сам. Но согласно новым правилам, которые он разработал для их отношений, Энджи не приходилось рассчитывать на его жалость.
Вынув руки из карманов своей темно-синей пижамы, Роке тихонько поднял Энджи вместе с ее одеялом и замер, когда она зашевелилась и жалобно вздохнула. Его руки напряглись, готовые к бою. Но она всего лишь удобнее расположилась у него на плече, и он впервые за долгое время разлуки посмотрел на ее сонное лицо. Его тело задрожало от вихря эмоций, когда он остановил свой взгляд на ее чувственных приоткрытых губах. Роке с трудом подавил желание наклониться и поцеловать ее. Он повернулся и вышел из комнаты.
Энджи снилось, что она плывет. Ей было тепло и уютно, и она чувствовала себя в безопасности. Она повернулась, чтобы уткнуться лицом в подушку, и ей захотелось, чтобы вместо подушки она могла прижаться к теплому плечу Роке.
Ей казалось, что она слышит тяжелое дыхание Роке, которое всегда свидетельствовало о его желании овладеть ею. И она поклялась, что однажды встретит кого-то, кто навсегда сотрет Роке де Кальвоса из ее памяти.
Затем она поежилась, когда ее покачивающееся тело соприкоснулось с чем-то холодным, и она почувствовала, как кто-то стягивает с нее одеяло. Энджи открыла заспанные глаза и с недоумением посмотрела на свое одеяло, которое лежало аккуратно сложенным у ее ног. Не понимая, как такое могло произойти, она потянулась за ним и укрылась чуть ли не с головой. Вдруг ее внимание привлек какой-то звук. Она повернулась и чуть не упала с кровати. Она увидела Роке, неторопливо снимавшего свою шелковую пижаму.
Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
— Что ты тут делаешь?
Глава 5
Роке невозмутимо посмотрел на нее:
— Ложусь спать.
— Только не со мной. Ты не посмеешь этого сделать.
В ответ его пижама полетела на пол. Под ней ничего не было. Но Роке стоял перед Энджи, ничуть не смущаясь.
У нее пересохло во рту. Она не смогла воспротивиться желанию заново познакомиться с каждой клеточкой его мощного и вместе с тем грациозного тела. Она окинула взглядом сильные мускулистые плечи, потом проследовала к его широкой груди, покрытой курчавыми волосами, опустилась ниже к его бедрам и остановилась на его гордо возвышающейся до крайности возбужденной плоти. Она почувствовала жар внизу живота и, изогнувшись, еще плотнее завернулась в одеяло.
— Мы ведь договаривались.
— Я ни о чем с тобой не договаривался, — отрезал он и потянулся к одеялу, намереваясь забраться под него.
Энджи, подобно змее, молниеносно переползла на другую сторону кровати. Рядом на полу она увидела еще одно одеяло и изумленно огляделась по сторонам:
— Ты перенес меня!
— Ты будешь спать там, где сплю я. — Роке растянулся рядом с ней и, протянув руку, выключил свет. — Все. Не мешай мне спать. Я чертовски устал.
Это кто из них устал? Последнее время Энджи привыкла ложиться не позднее десяти, и сейчас она чувствовала себя полностью обессиленной. Она смотрела, как он устраивался поудобнее, и решила, что, как только Роке уснет, она вернется в другую спальню. Но потом передумала. Она слишком устала. Все ее тело налилось свинцовой тяжестью. Ее веки слипались, и Энджи подумала о том, что он все равно принес бы ее обратно.
Раздраженно фыркнув, она достала из-под головы одну из подушек и уложила ее посередине кровати.
— Если ты прикоснешься ко мне, пусть даже случайно, во время сна, на этот раз не поздоровится твоей верхней губе. — Энджи яростно взбила вторую подушку и улеглась, прикрыв глаза.
В комнате повисла звонкая тишина. Энджи еще крепче сомкнула глаза, и ее воображение начало рисовать яркие картины того, как она вдруг приобретает сверхчеловеческую силу и одним пинком выбрасывает с кровати это мускулистое животное. Сюжет настолько понравился ей, что она прокручивала его раз за разом в надежде, что он будет сниться ей всю ночь.
И вдруг Роке не сдержался и захохотал:
— Одно мое прикосновение — и ты растаешь.
— Ага, размечтался, — пробормотала Энджи.
— Ты никогда не могла устоять передо мной, — настаивал на своем Роке. — Снаружи ты как лед, но внутри у тебя бушует настоящее пламя. Энджи, стоит мне только взглянуть на тебя — и ты повержена. В сексе я — твой господин. Всегда был им.
Эта самореклама заставила ее подняться и сесть. Энджи смахнула волосы с лица и сквозь зубы сказала:
— Послушай, ты, самодовольное чудовище, а тебе не приходило в голову, что ты можешь быть не единственным мужчиной, с которым я испытывала подобные ощущения? — Она повернулась и посмотрела на него, уловив в его глазах насмешливые огоньки. — Конечно, не приходило. Ты искренне полагал, что, раз ты был моим первым мужчиной, это значило, что мне и в голову не могло прийти заняться любовью с кем-нибудь другим. Что ж, Роке, у меня есть новости для тебя. Я изменилась. Так же как и ты.
В его глазах промелькнуло что-то опасное. Никогда подобная бесстыдная ложь не давалась Энджи легко, но она стоила того, чтобы увидеть такую реакцию с его стороны.
— И не смотри на меня так, — буркнула она.
— Так — это как? — тихо переспросил он.
Энджи вдруг почувствовала настоятельную необходимость еще плотнее завернуться в одеяло.
— Как будто я говорю какие-то непристойности. — Она вскинула голову и презрительно засмеялась. — Тем не менее твой послужной список побед на любовном фронте впечатляет. Неудивительно, что ты пользуешься дурной славой бабника.
— Это правда? — едва слышно выдохнул он.
Энджи хотелось выплеснуть все обиды, накопившиеся за последнее время, и она кивнула в знак согласия. А потом снова упала на подушку.
— Но ты не единственный.
— Значит, ты решила последовать моему примеру и завести себе парочку любовников? Ты об этом мне сейчас говоришь?
В его голосе слышалась нескрываемая угроза, и Энджи постаралась отодвинуться от Роке как можно дальше.
— Ну, чтобы достичь твоего уровня, мне бы пришлось упиться виагрой. — Она поднялась и снова взбила подушку. — Я говорю о том, чтобы ты не занимал место на моем сексуальном пьедестале почета. Я теперь более опытная в подобных делах. Я встречала любовников и получше тебя, и похуже, так что…
Роке кинулся к ней настолько молниеносно, что она, даже ожидая подобной реакции, вскрикнула от неожиданности, когда ее руки оказались прижатыми к матрасу.
— Лучше меня? — хрипло спросил он.
— Что ж… здравствуйте, мистер Эго, — медленно произнесла Энджи, ощущая на себе его горячее дыхание.
— Скажи, что это неправда.
