сейчас нас могло закинуть обратно в коллапсирующую аномалию и растереть в порошок. Тем более что сам процесс слишком сильно затягивался. Начавшие появляться кристаллики льда, по какой-то причине слишком медленно продвигались по пальцам Севы. А в какой-то момент я и вовсе явственно почувствовал, что это сама ледяная аномалия не хочет нас отпускать, будто призывая остаться и завершить некий инициированный мною, но не завершённый процесс.
Между тем фигура мёртвого великана, приблизилась метров на 80, и все бойцы теперь тревожно на него косились, видимо инстинктивно чувствуя приближающуюся опасность. С каждым мгновением напряжение нарастало, и я ощущал сколько притянутой силы скопилось вокруг нас.
— Мля, да давай уже! — буквально прорычал Сева, содрогаясь от переполняющей его энергии и в следующий миг лёд с хрустом, покрыл его запястье и стремительно пробежав по руке к плечу, достиг подбородка.
* * *
Неведомая сила пнула под призрачный зад, и в тот же миг мне стало тепло. Очнувшись в собственном теле, я увидел стоявшую в проходе Наташу. Поспешно запахнув, накинутым на нагое тело белый халат, она ошарашенно уставилась на группу только что появившихся неоткуда, занесённых снегом людей, сгрудившихся у подоконника.
— Сева, ты!? Да откуда столько снега! — воскликнула девушка, наконец узнав блаженно улыбающегося, рыжего обалдуя, и принялась лихорадочно застёгивать неподатливые пуговицы.
— Наташа, мы тебя тоже все очень рады видеть — проворчал я и она, заметив, что я очнулся, кинулась ко мне.
Подбежав, она обхватила мою кружащуюся голову и не дав сказать ни слова, прижала к своей теплой груди.
— Как же ты меня напугал — прошептала она на ухо.
— Да я и сам чуть не обделался — проговорил я и указал на парней. — Наташ, у нас там тяжелораненый имеется в наличии, да и Севу неплохо зацепило, может позвоним Артему Абрамовичу?
— Как только ты вырубился, я сразу ему позвонила — ответила девушка и наконец меня отпустив, подошла к батарее и оценивающе осмотрела всех остальных. — Так двое в коридор за каталкой. Раненого пока не трогать. Всё оружие из палаты вынести наружу, сугроб с пола убрать.
Её окрики заставили всех зашевелиться, а я, воспользовавшись моментом смог слезть с кровати и надеть больничный халат. Затем помог Севе улечься на моё место, а раненого переложить на каталку.
А потом на пороге палаты появился сам Артем Абрамович Кац, в костюме и шляпе.
— Геннадий, даже не знаю почему, но я совсем не удивлен тому что здесь творится — с ходу заявил он и повесив шляпу на крючок, подошёл к лежавшему лицом внизу раненому. — А вот это интересно. Осколки торчат, пациент дышит, а кровь не идёт. Такое я за свою практику я точно никогда не видел.
* * *
Всего за несколько секунд док разительно переменился. Черты лица, выглядевшего мягкотелым врача, получили чёткий контур. Двигаясь словно взведённая пружина, он накрыл простынёй спину тяжелораненого и указал Севе на санузел.
— Все лишние вон отсюда! Геннадий остаётся. Будешь ассистировать. Наташа весь инструмент сюда, освящение на максимум! Затем палату на замок! Начнём с этого рыжего обалдуя — заявил док и пока Наташа возилась с инструментами усадил Севу на табуретку. Затем он положил ручищу штангиста на тумбочку и посмотрел на меня. — Я такого материала раньше не видел, так что придется поэкспериментировать на том кому не так сильно досталось.
Натянув перчатки, док взял скальпель с зажимом и обхватил самый большой осколок, торчавший из бицепса. Однако, как он не старался, осколок выходить напрочь отказался. Перейдя к ещё одному, совсем небольшому, он потянул его, но и тот будто приклеился к ране.
— А вот это совсем странно — растерянно проговорил доктор Кац. — Геннадий, а может вы попробуете с помощью своего телекинеза.
Услышав предложение, я сначала напрягся, но желание помочь Севе тут же пересилило неуверенность. Вспомнив как это делается, я поднял руку, затем сконцентрировался на призрачном осколке и потянул его на себя. Кусочек тут же подчинился и немного подёргавшись, вышел наружу. И как только он завис в воздухе, из раны появилась кровь.
Взяв кусочек прямо из воздуха, док увидел своё призрачное отражение и чертыхнувшись отложил осколок.
— Ну вот, я так и знал. Значит это точно не повышенная свёртываемость, а скорее эффект отторжения. Сам материал не позволяет крови себя касаться. Очень любопытное свойство. Даже интересно в каких местах вы подцепили подобную прелесть?
— Да Артем Абрамович, сами понимаете в такой организации работаем, чего только там не подцепишь — начал уклончиво отвечать я и Кац отмахнувшись, начал обрабатывать рану, при этом используя свои светящийся пальцы, для остановки крови.
А дальше я по отмашке тягал те осколки, на которые указывал док, а он в свою очередь быстро проводил все нужные медицинские процедуры. Минут через двадцать с Севой было покончено, и Кац приказал Наташе заняться его перевязкой.
Перейдя к лежавшему парню, док присвистнул, так как пока мы возились с Севой, Наташа срезала всю одежду с пациента и теперь перед нами предстал весь масштаб трагедии. Быстро осмотрев я насчитал три десятка довольно таки крупных осколков и ещё с сотню средних и совсем мелких. Одно было хорошо, несмотря на то что парень был совсем рядом с эпицентром взрыва призрачных зеркал, все они засели не слишком глубоко.
— Судя по отсутствию у пациентов сильных болевых ощущений, осколки каким-то образом парализуют нервные окончания. Чем дальше, тем интереснее — проворчал док и тут же указал на один из самых мелких. — Ну чтоб Геннадий приступим.
А дальше я снова самозабвенно тягал куски призрачной материи при помощи своих весьма странных навыков, а док обрабатывал раны. Пока шла операция, нам несколько раз приходилось останавливаться в сложных местах и переводить дух. Всего операция длилась часа два не меньше. А уже в конце её завершающей фазы, снаружи послышались шаги и в двери настоятельно постучали.
— Артем Абрамович, мне надо поговорить с лейтенантом Строевым.
Голос майора Нечаева я узнал сразу и понял, что парой фраз сейчас не обойдусь. Стоявшая рядом Наташа посмотрела на меня с укором и нервно дёрнувшись, едва не выронила инструмент с зажатым в нём окровавленным куском ваты.
— Гена, давайте тяните вот этот кусочек и сходите поговорите с майором. А то знаю я его, просто так не отстанет — проговорил доктор Кац и недовольно покачал головой.
Покончив с указанным доком куском, я отпёр дверь
