— Шишка на башке и двести пятьдесят за смену, — ответил я.
— Я знал, что ты справишься, русский, — просиял Даниэль. — Джулес редко ошибается.
— Увидимся, — кивнул я и развернулся, чтобы уходить.
— До встречи. Кстати, Хорхе уже дома.
Я на секунду замер, вспоминая, кто такой Хорхе, а потом поморщился. Сосед по комнате полностью вылетел у меня из головы, я и думать забыл, что придется ещё налаживать контакты с каким-то латиносом, вместо того, чтобы просто отдыхать.
— Спасибо, Даниэль. Удачи.
— Удачи.
Джулес оказался прав, через бомжа у входа я перепрыгнул почти рефлексивно. Пока я поднялся на свой этаж, было уже около десяти вечера. Стараясь особо не шуметь на случай, если мой сосед уже спал, я осторожно открыл дверь и так же аккуратно её за собой закрыл.
На кухне слышалась какая-то возня и шаги. Я услышал, как закипел чайник, и понес на кухню свой кулек.
— Привет.
Парень у плиты обернулся, окинул меня хмурым взглядом и вновь развернулся к сковородке, на которой жарилось, судя по запаху, что-то мясное.
— Привет.
— Ты Хорхе? Я Олег. — Я шагнул вперед и, невзирая на неприязненные взгляды парня, протянул ему руку.
Хорхе закончил что-то помешивать в сковородке и, накрыв её крышкой, повернулся ко мне. Положил на стол лопатку, тряпку и только затем, точно нехотя, протянул мне ладонь. Такие фокусы мне не понравились, но ссориться я тоже не хотел. Пожимая ему руку, я сдавил её чуть больше, чем надо, и Хорхе почти шатнулся назад, разжимая пальцы. Я тотчас пожалел о своем поступке. У парня, может, просто был плохой день, а тут ещё я. Кроме того, судя по его манере держаться, он явно не был здесь крутым. Всё, что ему надо — чтобы его не трогали, и я не мог его не понять. Впрочем, я плохо разбирался в людях.
— Давай начистоту, Хорхе, — я осторожно сел на скрипящий стул и принялся выкладывать на стол свои припасы. — Я очень сожалею, что тебе достался сосед по комнате, но сделать ничего не могу, пока не найду что-нибудь получше. Лучше я могу не найти, так что обнадеживать тебя я тоже не собираюсь. Я ни в коем случае не хочу тебе мешать и, надеюсь, ты поступишь точно так же. Хотя, скажу честно, не вижу причины, по которой мы не можем сосуществовать друг с другом более мирно.
— Джулес предложил тебе работу?
Я удивился. Хорхе повернулся ко мне, и я смог разглядеть его лицо. Ничем особо не примечательное, человек как человек. Не такой смуглый, как остальные латиносы, с которыми я сегодня уже прилично пообщался, и явно не такой наглый. Хорхе было около двадцати пяти или больше, он был худощавого телосложения, подвижный и жилистый, на его руках и ладонях я заметил крупные мозоли и царапины. В нем не было бы ничего интересного, таких, как говорят, тринадцать на дюжину, но единственное, что в нём казалось необычным — глаза. Взгляд карих глаз был проницательным, пытливым, и такому человеку лично я солгать бы не смог.
— Да. Охранником в клубе «Потерянный рай».
— Я бы не советовал.
— Почему?
— Поищи себе место получше.
Повернувшись обратно к плите, Хорхе сделал вид, что с головой ушел в готовку. Стало ясно, что разговор окончен, но так просто сдаваться я не собирался. Для начала я поднялся и направился в комнату, чтобы захватить чистую одежду, и ещё с порога заметил, что Хорхе всё-таки знал, что я приду. На полу у стенки уже был расстелен матрас, и брошена подушка без наволочки. Махнув рукой, я подумал, что для начала сгодится и так, а потом я намеревался выбить одеяло.
…Когда я вышел из душа, Хорхе уже доедал свой ужин, одновременно читая какую-то книгу, и я с удивлением обнаружил, что напротив него стоит нетронутая тарелка со второй порцией.
— Это тебе, — кивнул он, на секунду отрываясь от книги.
— Спасибо.
Мне казалось, я смогу проглотить сразу всё, не заметив, но голод куда-то ушел, так что ел я без аппетита, скорее из вежливости. Во время ужина поговорить не удалось. Хорхе отделывался короткими фразами, давая понять, что очень занят книгой, и я не стал настаивать. Честно предположив, что раз готовил он, посуду мыть мне, я быстро покончил с несколькими грязными тарелками, и, пожелав своему соседу спокойной ночи, отправился спать. Краем глаза я отметил, что Хорхе следит за мной, но мне было уже всё равно. Не у всех перемены происходят безболезненно, может быть, я для него нечто вроде ножа к горлу.
Я провалился в сон сразу, едва коснувшись головой подушки, и так и не услышал, когда отправился спать сосед.
Глава 3
Посему, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть. Вас постигло искушение не иное, как человеческое; и верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести. Итак, возлюбленные мои, убегайте идолослужения.
(1 Кор. 10:12–14).
Я проснулся не то чтобы выспавшимся, но бодрым и полным энергии. Похожее состояние у меня было на третьем курсе института, когда помимо стационара и военной кафедры я взялся работать. Моё тело было сплошным комком энергии, я был тогда настолько сконцентрирован, что не мог расслабиться даже во сне. Я спал пару часов в сутки, ел раз в день, когда выпадала возможность, брался за любое дело и даже доводил его до конца. А через два месяца на нервной почве у меня появилась дикая аллергия, которая прошла только когда я бросил работу. Перед отлетом отец мне велел не перерабатывать и не задерживаться. Приехал, посмотрел, попробовал, уехал. Возможно, так мне и стоило поступить. Но мне хотелось вернуться героем, привезти побольше денег и впечатлений.
Хорхе в квартире не было. Либо он в воскресенье работал, либо ушел подальше из квартиры, которая принадлежала теперь не только ему. Сказать по правде, никакого дискомфорта я не ощущал. Я не особо чувствителен, да и Хорхе, похоже, был из той незаметной породы людей, присутствие или отсутствие которых ничего не меняет.
Я скатал матрас, устроил его вместе с подушкой в углу, оделся и отправился на кухню в поисках еды. На столе стояла одинокая булка, купленная вчера мной в супермаркете, и я без всякого аппетита принялся жевать почти безвкусное тесто. Пока поставил чайник, я, глядя в грязное окно, дожевывал булку. Окно выходило во двор, как раз с той стороны, с которой был вход. Я видел, что у двери стоят несколько человек, но разглядеть, кто это был, не мог. Очевидно, та же компания латиносов, что и всегда. Я глубоко вдохнул, доев булку прежде, чем закипел чайник, и болезненно поморщился, потирая затылок. Джулес хорошо приложил меня в клубе. Если со спины, то я тоже так умею.
