Мы свернули в переулок, где было чуть меньше народу, и Джулес стал идти чуть медленнее.
— Понравилась главная улица города? — спросил он, усмехнувшись, и я несколько вопросительно посмотрел на него.
— Какая?
— Та, по которой мы только что шли. Мичиган-авеню.
Я невольно оглянулся на людную и шумную улицу, которую мы уже прошли, и почувствовал, как раздражение, которое я начинал испытывать по отношению к мулату, поднялось снова.
— Не мог раньше сказать, Джулес? — сдерживая себя, но всё же недовольно спросил я. — Я всё-таки действительно не знаю города, и мне было бы интересно знать, что тут и где.
— Не посчитал нужным тебя отвлекать, — отмахнулся от меня мулат, сворачивая в очередной проулок. Он был довольно коротким и почти безлюдным. — Ты был так отрешен от этого мира, так любовался небоскрёбами и нашими местными девушками, что я просто из человеколюбия не смог.
Я дернул щекой, нетерпеливо глядя на него. В тот момент мне больше всего хотелось вновь нырнуть в тот шумный мир, который почему-то так резко оборвался, и не видеть перед собой этого вездесущего мулата.
— Чикаго прекрасный город, русский! По крайней мере, после того, что я слышал про Нью-Йорк, я начал так считать. Взгляни — мы только что были в адском месиве, а сейчас мы в тихом и мирном местечке… Вот за что я люблю этот город! Это мир контрастов, русский, — поучительно закончил свою мысль Джулес, с некоторым превосходством глядя на меня.
Я огляделся и вопросительно посмотрел на него.
— Мы пришли, — подтвердил Джулес.
Я ещё раз посмотрел на большое трехэтажное здание ночного клуба, внимательно прочитал все имеющиеся неоновые вывески и вздохнул.
— Это оно?
— Не слышу энтузиазма в твоем голосе, русский! — прищурился мулат. — Это лучший клуб на Магнифисент Майл, можешь в этом не сомневаться. Если услышишь от кого-то нечто противоположное — смело бей недоноска. Всё понял, русский?
— И много тебе здесь платят? — поинтересовался я, оглядывая сияющее здание клуба.
— Я - это я. Но тебе будут платить тоже хорошо. Если покажешь себя с лучшей стороны и в отличной форме, можешь выбить не меньше пары сот баксов за смену.
Я кивнул. Предложение нравилось. Если ещё учесть плату за квартиру, получалось совсем здорово: выходит, поработав день-два, смогу оплатить аренду. Кроме того, как я понял, смены будут ночными, а значит, днем я тоже смогу что-нибудь придумать. Зря терять здесь время я не хотел.
— Идём?
Толкнув зеркальную дверь, Джулес первым вошел внутрь. Шагнув вслед за ним, я увидел, что у входа стояли два охранника, которые оглядели меня настороженно и с недоверием. Один из них что-то коротко бросил Джулесу, мулат кивнул, не останавливаясь, и пошёл дальше. Пройдя мимо дверей с табличками, надписи на которых я не успел прочитать, мы оказались в главном зале клуба. Я бывал в таких местах дома и не могу сказать, что мне в них нравилось. Блестящие полы и стены, несколько шестов в зале и на сцене, аккуратные столики внизу и кожаные диваны на верхнем этаже зала. Время было раннее, клуб пустовал. Один из диванчиков наверху облюбовала компания секьюрити, свободная от дел в отсутствие посетителей. Стойка располагалась недалеко от сцены, находившийся за ней чернокожий бармен поднял голову при нашем появлении и заулыбался, увидев моего спутника.
— Джулес! — негр обогнул высокую стойку и оказался рядом с нами. — Босс хотел тебя видеть, ты как задницей чувствовал, идя сюда.
— Тео, это… это русский, — представил меня Джулес, пожимая руку бармену. — Мне показалось, он нам подойдет.
— Русский? — негр на секунду замер, потом протянул мне руку. Пожимая его ладонь, я не мог отделаться от странного ощущения, что не должен, просто не должен здесь быть. Ещё этот мулат наверняка забыл моё имя, поэтому и представил меня как «русского». Мне это не нравилось. — Похож на крепкого парня, только слишком… белый. Ты уверен, Джулес?
Мулат пожал плечами.
— Проверим.
Чем дальше, тем сильнее укреплялось желание свалить отсюда. Это даже не баскетбол под открытым небом. Это было больше похоже на западню, и хотя я не боялся, от неприятного чувства отделаться не мог.
— Идём, — дернул меня за рукав Джулес.
Мы вошли в дверь, находившуюся рядом со стойкой и, миновав короткий темный коридор, поднялись по узкой лестнице наверх. Дверь была закрыта, и когда шедший первым Джулес открыл её, по глазам ударил яркий свет и гул голосов. Я прищурился, и вслед за мулатом зашёл в комнату.
Это оказалось похоже на отдельный элитный клуб, малую часть которого занимал стол с компьютером и огромный шкаф за ним, всё остальное — диваны и полки со спиртным. В углу стояла стеклянная статуя обнаженной женщины. Людей в комнате было достаточно. Четверо качков в форме секьюрити и две девушки в откровенной одежде располагались на диванах, а в отдельном кресле напротив входа сидел крупный седой мужчина в стильном и явно дорогом костюме. Когда мы зашли, все семеро мгновенно смолкли и совершенно одинаковым движением повернули головы к нам.
— Хорошо, что ты зашел, Джулес. — Мужчина обращался к мулату, но смотрел на меня. Девушки бесцеремонно принялись меня разглядывать; одна из них, с синими волосами, с пошлой ухмылочкой провела языком по губам. Я отвёл взгляд. — Ты, как всегда, не один. Это новый парень, которого ты мне обещал?
— Да, босс, — ответил Джулес таким тоном, что я с удивлением посмотрел на него. Такого мягкого, успокаивающего, почти заискивающего тона я от него ещё не слышал.
— Хорошо. О наших с тобой делах позже. Не станем задерживать его. — Мужчина наклонился, чтобы лучше разглядеть моё лицо, потом сделал какое-то неуловимое движение рукой.
Девушки, как по команде, соскочили с диванов и выбежали из комнаты. Пробегая мимо, девица с синими волосами умудрилась ущипнуть меня за задницу. Я ошарашено посмотрел ей вслед и, услышав смех, повернулся лицом к мужчине.
— Амели любит красивых мальчиков. — Он снисходительно улыбнулся мне. — Как тебя зовут, сынок?
Ни обращение, ни его тон мне не понравились. Кроме того, я не любил называть своё имя незнакомым людям. Я помедлил.
— Сынок, — с нажимом повторил мужчина, и в его голосе явственно слышался металл. — Я не привык задавать вопрос дважды. Те, кто на меня работают, прекрасно об этом знают. Ошибок я не прощаю.
— Я на вас ещё не работаю.
Мужчина, очевидно, очень удивился. Он выпрямился в кресле, изучая меня так, как оценивают кусок мяса в супермаркете, а затем рассмеялся.
— Кого ты мне привел, Джулес? — ровно спросил он, и мулат явно растерялся.
