той страстную ночь, плодом любви которой стал Матиус, унаследовавший от отца и его рода помимо дара в зельеварении, всем известную мстительность Медичи, а от венгров их скверный и даже паскудный характер. Правда проявлялись эти черты характера Белуссио лишь в отношении недоброжелателей, которых у него было очень много из-за его несдержанности в выражениях и скабрезного характера. Личностью он был не менее одиозной и популярной на территории континентальной Европы, нежели тот же Гораций Слизнорт в Британии. Только палитра чувств испытываемая в их адрес обществом была диаметрально противоположной. И если Горация всегда рады были видеть у себя в гостях и на приемах именитые и родовитые из-за наличия у того огромного мастерства в умении расположить к себе и коммуникабельности, то приглашение к себе на приём Матиуса было сродни показу публике льва в хлипкой клетке. Всегда среди общества не зависимо, одаренного или же простецов, находились любители экстрима и пощекотать себе нервы.
Некоторое время Белуссио даже преподавал в Дурмстранге, но из-за своего нрава похуже чем у Снейпа, долго он там не продержался. Этот факт мне стал известен намного позже моего знакомства с этим «добрым» дедушкой ставшим моим учителем по зельеварения и эликсироведению. Однажды Белуссио был приглашён недовольными его методами обучения и отношением к ученикам родителями студента Дурмстранга, где намеренно подстроили провокацию, в которой Матиуса «оскорбили», но в этот момент у пожилого мага случился недуг и он расчихался, результатом чего стал мор всего рода затеявшего эту склоку, который помер в течении недели после этого приёма от неизвестного магического вируса, впрочем как и немалое количество гостей, бывших в тот день свидетелями этого гнусного события. И вот совпадение, сдохли от вируса исключительно недоброжелатели профессора.
Правда стоит уточнить, что моим учителем он стал лишь когда мне исполнилось шесть с половиной, сразу же после того, как дед вновь слегка взбаламутил общественность. Гюнтер посчитал, что авторитета от единственного мастерства ему маловато для достижения наших целей, итогом чего стало мастерство в артефакторике. И два этих звания давали просто идеальную, практически безупречную крышу от разного рода возможных поползновений в наш адрес сильных мира сего. Если событие появления в Европе пятого в своём роде обладателя сразу двух перстней мастера в ритуалистике и в артефакторике подняло изрядный шум, даже бурю в научном сообществе, то среди реально обладающих силой и властью на Земле, это даже слабого волнения не создало. Так, всего лишь лёгкое любопытство. Что ритуалисты, что артефакторы, это маги не обладающие огромной личной силой, вот и не было до нас особо никому дела. А ещё стоит учесть, что существует негласное правило: «артефакторов и целителей не втягивать в конфликты, а наоборот, их надо всячески беречь». Угрозу правящей верхушке такие маги не несли, а вот пользу, очень даже. И только после этого события дед смог нанять для меня учителя в лице Матиуса. Да и то пришлось раскошелиться, оплатив моё ученичество «престарелому» магу, а ему было за две сотни, хотя от силы даш лет сорок пять, репликой нашего омута памяти, за который он должен будет довести меня до уровня подмастерья по теории зельеварения и выпускника триумвирата высших учебных заведений по практике (Хогвартс, Дурмстранг, Шармбатон). И достичь я этого должен до поступления в Хогвартс. Хоть дед пока и не согласился полностью с моим желанием поступать именно туда, но уверен, что до наступления моих одиннадцати лет я смогу убедить Гюнтера, что это наилучший выбор.
Мои занятия с Матиусом проходили у него в поместье дважды в неделю, куда я перемещался при помощи порт-ключа. За мою безопасность дед не переживал, так как подписанный им с Белуссио договор, строго обязывал моего учителя оберегать сохранность моей тушки. Это же касалось и всех других моих учителей.
У самого же Гюнтера в связи с тем, что он отчасти обнародовал факт уровня своих знаний и навыков в ритуалистике и артефакторике, теперь было очень мало свободного времени. На него посыпалось множество заказов по расчёту и проведение разного рода ритуалов, созданию специфических артефактов, целевой аудиторией которого стали магические рода Европы, но не из верхнего топа, а те, кто попроще. Дед, так сказать, нарабатывал связи и влияния, делая себе имя. И это означало лично для меня, что он всё же глубоко внутри себя принял моё желание учиться в Англии, отсюда и его стремление стать заметной величиной, дабы ограничить Дамблдора в методах моей вербовки, захоти вдруг тот меня использовать.
Но как бы Гюнтер не был занят, он всё равно находил в своём плотном графике время, чтобы проводить его со мной и именно дед просвещал меня по истории магии нашей планеты. Аненербе удалось собрать очень много различных исторических знаний из самых разных источников и уголков мира, которые затем свели вместе. Пусть эта деятельность не находилась в перечне приоритетных, даже в первом десятке их основных целей её не было, но как-то так вышло, что именно маги третьего рейха умудрились составить самый достоверный «учебник» истории нашего мира. И из него мною было узнано, что примерно 10–15 тысяч лет назад на нашей планете случился катаклизм, который очень сильно сказался на состоянии магического фона Земли. Это событие стало поворотным для судеб всех магических созданий и магов в том числе на нашей планете. С момента катастрофу, на протяжении нескольких тысяч лет, энергофон окружающего мира был очень агрессивным и это сильно и пагубно влияло на всех, кто был чувствителен к магии. И это послужило толчком к тому, что маги начали приспосабливаться к изменившейся обстановке, в результате чего на свет появились волшебники. Если ранее истинные маги использовали всё своё магическое тело для оперирования маной, при помощи которой влияли на реальность, то в новых условиях их душа стала эволюционировать и приспосабливаться к агрессивной среде, своего рода окукливаясь, обрастая защитной пленкой. Так появились на свет первые одаренные, у которых седьмая оболочка стала более статичной и которых позже начнут именовать волшебниками. Магический ноус волшебников обладал меньшей динамикой и это казалось спасением для бывших магов, которым приходилось постоянно поддерживать на себе магические щиты, которые отрезали их от внешнего энергетического фона планеты. Этот новый виток эволюции одаренных явил на свет первых волшебников, у которых постепенно стала прорастать система слабо эластичных манаконалов привязанная к уплотнению ноуса названного позже магическим ядром. Это этап длился около шести — восьми тысяч лет и уже к второму-первому тысячелетию до н. э. на нашей планете практически перестали рождаться классические маги, а доминирующую позицию заняли волшебники. Их устройство души было намного более приспособленней к новым обстоятельствам, менее
