видеть его глаза! (Если бы они у него были). Он уже ни на что не надеялся и готовился отправиться на свалку, а тут…
«Чудо-кулер, Чудо-кулер, Жить тебе легко и просто, Жить тебе легко и просто, Чудо-кулер».
Диспенсер утёр слезы и подхватил песню вместе со всеми.
«Чудо-остров – места лучше нет, Чудо-остров – мы не знаем бед, Чудо-остров – кто здесь прожил час, Чудо-остров – не покинет нас».
44.
Всё, что вложил в него Профессор, было живо и просилось наружу, и ему захотелось произнести для гостей пламенную речь. Выразить всё, что способен накреативить искусственный интеллект:
– Лица наши залиты потом, перепачканы в заводской грязи с металлической стружкой и копотью из устремлённых в небо заводских труб. Переломанные руки забинтованы. И вот мы объявили живущим на земле свою волю: Воспеть любовь к технике, энергии и бесстрашию. Хватит восхвалять задумчивую неподвижность, эротику и сон. Дайте место агрессии, оргазму, лихорадочной бессоннице и гонкам!
Ангелочки со страпонами уселись поудобнее, внимая словам уникального прибора. Он был вдохновлён:
– Великолепие мира обогатилось новой красотой – красотой скорости и сексуальностью машин. Вот он, гоночный болид, капот которого, словно огнедышащие змеи, украшают огромные трубы. Его мотор работает на крупной картечи, и он прекраснее, чем статуя Ники Самофракийской. Воспоём человека у руля, трахающего другие машины…
Слушатели хлопали в ладоши. Оратор не останавливался:
– Инженерное чудо не может быть шедевром, если оно не вошло в половую связь с аналогичной конструкцией. Яростно атакуем неведомые силы, покорим их и заставим технику склониться перед оргазмом!
Прыгая от восторга, гости закричали «Браво!»
– Не стоит оглядываться назад, если мы хотим сокрушить таинственные двери Невозможного, – жёг глаголом оратор. – Время и Пространство умерли вчера. Мы живем в Абсолюте, потому что мы создали вечную, вездесущую сексуальность. Мы будем восхвалять патриотизм и прекрасные идеи, за которые не жалко умереть!
Слушатели перестали сдерживать себя. Они бросились к диспенсеру и обняли его со всех сторон. Он был счастлив и продолжал:
– Мы будем воспевать огромные толпы, возбуждённые работой и удовольствием. Мы будем восхищаться дрожью и ночным жаром арсеналов и верфей, освещённых электрическими лунами. Мы поклонимся стройному звену самолётов, чьи пропеллеры, словно транспаранты, шелестят на ветру.
Дилдо и амуры смотрели на кулер с любовью и гладили его по белым бокам.
– Пусть же они придут, весёлые поджигатели с испачканными сажей пальцами. Вот они! Вот они!.. Давайте же, поджигайте Профессора. Поверните брандспойты, чтобы они затопили Лубянку. Какой восторг видеть, как плывут, покачиваясь, кораблики, сделанные из пилоток и кокошников в сторону Никольской. Гордо расправив плечи, мы стоим на вершине мира и бросаем вызов звёздам!
Кулер был в центре внимания. Не об этом ли грезит любой землянин с самого детства, когда кричит в магазине, когда пишет пост «ВКонтакте», когда надевает модную шапку. Разве можно зайти слишком далеко в таком деле, как это? Взявшись за руки со своими новыми друзьями, кулер водил хороводы и пел: «Я был когда-то странным прибором безымянным, Которого Профессор на свалке подобрал…».
В этот момент он ощущал полноту жизни.
45.
История наделала много шума. Высшие Силы не могли остаться в стороне. Им захотелось поучаствовать в судьбе странного прибора. Пришёл к Сатане Левий Матвей и сказал:
– Иисус просит тебя, чтобы ты взял диспенсер с собой и наградил его покоем.
– С какого хуя? – поразился наглости нежданного гостя Сатана.
– Неужели это трудно тебе сделать, Дух Зла? – грустно продолжал свои просьбы Левий.
– А что же вы не берёте его к себе, в свет? – поинтересовался Воланд.
– Он не заслужил света, он заслужил покой, – печальным голосом мямлил Левий.
– Я сейчас сблюю, – пожаловался Сатана.
Мимо шёл Отец Наш Небесный в семейных трусах, помахивая седой бородой. Он уже давно отошёл от дел, не заглядывал в свежую прессу. Политические игры между Князем Мира и Спасителем ему надоели. Старик наслаждался пенсией. Заметив кулер и послушав песни сострадательных резиновых членов, Создатель восхитился и запрыгал по лужам, как беззаботный детсадовец. Этот диспенсер, это шаловливое дитя напомнило ему, зачем был создан этот мир. Для игры и наслаждений.
46.
Свет проникал через окна в крыше цеха «Уралвагонзавода». Длинные и толстые лучи прорезали производственное пространство, упираясь в массивные станки. Рабочая смена закончилась. В подсобке у стены оставались двое. Умудренный опытом инженер Фёдор Валентинович Левша и молодой слесарь Андрей Бойко.
– Неужели нано-чугун невозможно уничтожить? – спрашивал Андрей.
– Никакими из имеющихся вооружений. Даже направленным ядерным взрывом, хотя некоторые хотят с этим поспорить, – гордо отвечал Фёдор Валентинович. – Я его тридцать лет создавал. Исключительный состав. С ним вообще ничего нельзя сделать.
– Как же его использовать?
– Строим из него бронепоезд и по железке гоним в ЕС.
– Вам не жалко европейцев? – внимательно посмотрел в глаза старшему товарищу Андрей.
– Это воспитательный рейд, – спокойно отвечал Фёдор Валентинович. – Представь, двести бронированных нано-чугуном вагонов с кислой капустой и жареной селёдкой. Через сутки от запаха охуеют.
– Фёдор Валентинович, а что делать с их ценностями там в Европе? Я их не совсем понимаю, но… – допытывался молодой.
– Здесь ещё работать и работать. Придётся вырастить поколение правильных европейцев. Несколько нано-чугунных шприцев с нашей спермой запульнуть на их курорты. Бабы-то у них голышом плавают.
Андрей представил воткнутый под Лазурный берег шприц со спермой патриотов и умилился.
– Фёдор Валентинович, но даже если правильные дети там народятся, пока расти будут, на их архитектуру, на их памятники насмотрятся и…
– Это решим. Нано-чугун не только вечен, он ещё и тяжёл. Просто нереально тяжёл. Более-менее массивное изделие с места не сдвинуть никакой современной техникой. Представь, на парашютах спускаем силиконовые формы для отливки «Рабочего и Колхозницы» на всех центральных площадях Польши. А затем с вертолета заливаем туда расплавленную смесь. Это уже навсегда. Уже не уберут, суки.
47.
Глава ФСБ включил ролик с балетом Серебряникова о судьбе геев-диссидентов, умерших от СПИДа. Одновременно зазвенела кремлёвская «вертушка».
– Александр Васильевич, здравствуй. Не помешал? Я вчера «Хованщину» переслушал, и знаешь что…
Президент говорил долго. Силовик, еле слышал его сквозь балетную феерию, и всё время перемежал его речь словами «да-да», «согласен», «сделаем». В конце разговора отчеканил:
– Слушаюсь, товарищ Главнокомандующий! – Положив трубку, глава спецслужбы опомнился: «Господи, зачем я согласился?»
Однако его растерянность длилась недолго. Спасительная идея озарила голову. Ударом ноги он опрокинул мусорную корзину и вынул из кучи бумаг записку от службы контрразведки. Утром он со смехом избавился от неё, но теперь…
Бухгалтер «Уралвагонзавода» доносил, что начальник литейного производства Левша, пользуясь служебным положением, организовал лабораторию, в которой на незаконно выделенные коллективу премии создал нано-материал, не поддающийся уничтожению. Системный администратор завода Лошкарёв информировал, что на жёстком диске компьютера Левши появились чертежи трёх видов вооружения: «Египетская сила», «Семёновна» и «Кузькина Мать». Жаловалась даже уборщица предприятия. Писала, что Левша открыл тотализатор и принимает ставки на пробой листа, сделанного из нано-чугуна. Победителю обещано три миллиона. Замдиректора завода уже проиграл
