Реальность оказалась не такой, какой я ее представляла в своих мечтах. Вместо продолжения волшебного вечера и тайного союза, между нами наступила неожиданная тишина.
Даже после моего возвращения, он так и не вышел со мной на связь. Где уж там завоевывать его и соблазнять!? Я даже не могу крикнуть ему в трубку "козел", потому как на мои звонки он не отвечал.
Внутри ощущалась горечь, ведь часть меня осталась на том острове, вместе с воспоминаниями о волнующем вечере.
Жалела ли я о том, что произошло между нами? Скорее всего, в сердце моем пробуждались двойственные чувства. С одной стороны, вечер моего дня рождения был наполнен волшебством и страстью, оставившими незабываемые воспоминания. С другой стороны, тишина и отсутствие каких-либо действий со стороны мужчины, создавали грустное чувство неопределенности и недосказанности.
И если вначале мои мысли петляли вокруг вопросов, почему он не проявляет больше интереса, почему не выходит на связь и не ищет со мной встречи? То спустя месяц, моя решимость не дать ему просто так отделаться, постепенно угасала.
Возможно, это и к лучшему для меня. А для него, так точно! Сама понимаю, что я — та еще проблема на его голову!
Но все равно, так обидно и больно, что он не соизволил поговорить со мной, объясниться. Мне было бы проще, если бы мы обсудили, что произошло и что будет между нами дальше.
Но судьба расставила свои карты иначе.
До середины осени я еще вспоминала, с болью в душе, нашу последнюю встречу с Вадимом. А ближе к новому году почти отпустила ситуацию. Оставив все наше общение в прошлом, я уже не так остро переживала разочарование от того, что он так легко исчез из моей жизни.
Ближе к праздникам так совсем было не до душевных переживаний, наступила пора зачетов. Погружаясь в мир знаний и учебных забот, откинув все мысли на задний план, я успешно закрыла сессию досрочно.
Дни в университете были наполнены лекциями, проектами и волнующими встречами с новыми людьми. Это, несомненно, помогало мне не думать все время о зеленых глазах, горящих страстью и похотью.
Ближе к концу осени я, окончательно собравшись с духом, набралась смелости и решила переехать в свою квартиру. Кирилл не настаивал на этом, но мне самой не хотелось становиться помехой в его отношениях с Аней.
И вот тут, когда вечером я оказывалась одна в квартире, мысли о Львовском возвращались ко мне, словно тень, напоминая о неразрешенных эмоциях. Я пыталась анализировать каждую деталь той ночи, каждое слово, каждый жест, надеясь найти ключ к его поведению. Мое воображение создавало различные сценарии, от самых оптимистичных до самых пессимистичных, но ни один из них не давал полного ответа на мои вопросы.
Поначалу в новой обстановке было даже слишком одиноко, а мысли о Вадиме усиливали это мерзкое чувство во стократ. Привыкнуть к тишине собственного пространства оказалось сложнее, чем я предполагала. Вечера становились длиннее, а размышления о том, что могло бы у нас быть, более глубокими. Поэтому я все никак не могла до конца забыть нашу встречу в день моего рождения и отпустить его.
Вспоминая ту ночь на острове, я чувствовала, что тот волшебный момент со мной навсегда. И каждый раз, когда я доставала "Мистера Пингвинчика", в памяти всплывал образ Львовского. Представляя его настойчивый язык, ласкающий меня, я быстро приходила с "финишу". Только получив физическую разрядку, я не испытывала морального удовлетворения.
Мне снова хотелось увидеть Вадима, ощутить его руки на себе. В моей душе витала неопределенность, и я чувствовала, что ответы на мои вопросы могли быть только у него.
Однажды даже решила попробовать связаться с ним еще раз, наступив на свою гордость. Новый год казался подходящим временем для разговора и, возможно, для понимания того, что произошло в момент встречи на острове.
Мои чувства колебались между решимостью поговорить с Вадимом и неопределенностью по поводу того, что это может принести. Сомнения мешали моему решению, и я понимала, что, возможно, это глупая затея. Поэтому, в последнюю секунду передумала и положила трубку.
Это он возжелал оборвать все общение, не стану унижаться и навязываться. Если ему не важно сохранить связь, то я тоже не буду настаивать.
Так, приняв окончательное решение не тратить свою эмоциональную энергию на попытки возродить общение, я поставила точку в своих размышлениях. Наметила фокус на себе, своих целях и интересах, оставив в прошлом свои чувства к Вадиму.
В новогодние праздники Вероника пригласила меня прогуляться по детским магазинам. Ей не терпелось подобрать наряды для своего малыша.
Решив отложить свои собственные заботы, я согласилась. Ведь радость выбора первых нарядов для маленького человечка, казалась отличным способом провести время.
Мы прониклись атмосферой, оказавшись среди ярких игрушек и малюсеньких вещичек. Вероника выбирала милые распашонки и аксессуары для своего ребенка, делясь своим счастьем и волнением от предстоящего материнства.
— О, Мира, посмотри, какие прекрасные костюмчики! Мне кажется, я потрачу тут все свои сбережения на наряды для малыша, — воскликнула Вероника, увидев очередной премилый комбинезон.
— Да, они действительно очаровательные. Ты уже представляешь, как твой ребенок будет выглядеть в них?
— Да, представляю, — ответила подруга с мечтательной улыбкой на лице, прижимая желтые ползуночки к груди, — так счастлива, что мне предстоит стать мамой. Каждый раз, когда вижу эти вещи, я просто таю от волнения.
В какой-то момент мы подошли к полкам с одеждой для беременных.
— Я уверена, ты будешь отличной мамой, — сказала я, разглядывая товар позади нее, — ой, смотри, что это там?
Рядом лежали накладные животы всевозможных размеров. Мы обе взглянули на них с улыбкой, затем переглянулись. По нашему лукавому и хитрому прищуру было понятно, что мы задумали.
Недолго думая, я поддалась неведомому порыву и решила примерить накладной живот с маркировкой "четыре месяца".
Вероника смеялась, глядя на эту забавную картину, как я, кряхтя, пытаюсь прикрепить его под кофту.
— Мне нельзя столько смеяться, еще рано рожать, — весело комментировала она, — ты великолепно смотришься с таким "беременным" животиком.
Мы обе улыбались, втягиваясь в эту игру и разделяя момент радости и дружбы.
В какой-то момент я обернулась и резко перестала смеяться, когда в витрине магазина, снаружи, увидела пронзительный зеленый взгляд Вадима.
Мое сердце замерло на мгновение, и внутренний порыв подсказывал сорваться с места и бежать куда угодно, только бы подальше от этого пронизывающего и обжигающего взгляда. Я ощутила, как лицо мое накрывает волна краски, и в глазах моих мелькнул вопрос: "Что он здесь делает?"
Мужчина обошел витрину и, немигая, двинулся в мою сторону. Его взгляд был прикован к накладному животу, который я не могла скрыть. В этот момент я почувствовала смесь дискомфорта и беспокойства. Что он думает? Как он воспримет эту забавную шутку?
Вадим приблизился, и взгляд его медленно поднялся от моего мнимого живота к лицу. В его глазах мелькнуло что-то, что я не могла однозначно определить. Возможно, удивление, возможно, ярость.
Когда Вадим в упор смотрел на округлившийся живот, его лицо мгновенно изменялось. В его зеленых глазах мелькало недоумение, а затем появилась зловещая тень раздражения. Брови нахмурились, создавая мрачный контраст с обычной спокойной манерой Львовского.
— Кто отец? — прогремел он, словно вспыхивая от негодования.
Он ошибочно принял мою шутку за реальность, предположив, что я действительно беременна. Меня поразило отсутствие приветствия после долгой разлуки и его тон. Я начала чувствовать раздражение, но вместо того, чтобы выражать свое недовольство прямо, я решила воспользоваться ситуацией и позлить его.
— Я вчера встретила принца на белом коне, и теперь мы ждем малыша. Совсем забыла рассказать, — с саркастической улыбкой ответила, играя вместе с ним в этот абсурдный сценарий.
