такими людьми контактировать. Поэтому она мило растянула губы в улыбке и пошла на работницу с распростертыми объятиями:
– Здра-а-а-авствуйте!
– Женщина! Что вам надо? Чего вы на людей кидаетесь? – на всякий случай, посторонилась вахтерша.
– А мне надо на третий этаж.
– Так и топайте! Чего ко мне пристали? К кому вам там?
– К Никитину.
– Понятно, – сразу переменилась в лице женщина. – Идите к своему Никитину…
И, когда Маша проходила по коридору, услышала за своей спиной:
– Старая ведь уже, а туда же – «к Никиииитину» ей.
Маша ничего не поняла, да и некогда ей было – она поднималась на третий этаж.
Двери открыл очень красивый мужчина в домашнем халате. Он открыл и тупо смотрел на то, как Маша переминается с ноги на ногу. А на Марию и в самом деле, напал приступ робости. Никак не могла начать разговор. Правда, потом она на себя разозлилась и смело шагнула в комнату:
– Пустите! – рявкнула она мужчине. – А то держите женщину на пороге… Вы Никитин Алексей Игоревич?
Мужчина растерянно посторонился и кивнул:
– А, а вы собственно…
– Меня зовут… Елена. Я по важному делу.
Никитин склонил голову, но приглашать не торопился.
– А ваша жена дома? Я про Ирину Карасеву спрашиваю.
– Про какую Карасеву? Ирина тоже Никитина. Мы с ней законные муж и жена.
– Ясно. А где ваша законная жена? – пытливо смотрела на супруга Ирки Маша.
Супруг был, скажем, так себе. Нет, по внешнему виду он мог четко собрать все десятки. Но вот… Вот не было в нем какого-то мужского стержня. Помнится, Федька Сазонов сначала в школе был таким… дрищем. Ну, худенький, маленький, плюнуть жалко – перебьешь. Но его все равно девчонки любили. Потому что… ну, вот чувствовался в нем какой-то стержень мужской. А потом уже в последних классах он еще и рост набрал, почти под два метра, так что… А вот этот красавец не впечатлял.
– Я одноклассница Ирины, и мне хотелось бы с ней встретиться, – начала объяснять Маша. – Дело в том, что она мне немного денег задолжала, так что…
– Если немного, давайте я отдам.
– Да я бы с ней лично хотела переговорить. Сами понимаете, мы давно не виделись, видео посмотреть с вечера, фотографии.
– Ничем не могу помочь, нет ее, – сухо отрезал Алексей Игоревич и хотел показать, что гостье пора, но Маша сделала вид, что не поняла.
– А вы ее сами привозили на вечер встречи?
– Зачем это? – удивленно вытаращил глаза супруг Ирки. – Она вызвала такси и уехала… Женщина, у меня вода в ванну набирается. Вы бы поторопились.
– Да я – то бы поторопилась, да только вы никак не хотите мне помогать. Где ваша жена? Вы какой-то слишком подозрительный, – пошла в открытое наступление Маша.
– да что вы ко мне пристали? Какой я вам подозрительный?!
Мужчина дал маху. В его голосе Маша услышала какие-то нотки беспомощности, а значит, мужчина чего-то боялся. А значит, его надо было дожимать.
– Вы очень подозрительный, – уставилась она на него взглядом голодной поварихи, – У вас не было жены всю ночь, и сейчас вы не знаете, где она. И вы нормально себя чувствуете? Вам не беспокойно?
– Да она уже… мы с ней… мы поссорились с ней. Давно уже. Месяц назад. Поэтому она и не живет со мной. Ушла она.
– А с чего бы вам ссориться?
– ну… для этого всегда найдутся причины, знаете ли… Короче, я в ванну!
– Я с вами! Мне…
– Да вы с ума сошли!! – всерьез испугался мужчина. – Я сейчас… Полиция!!!
Этот трус сегодня точно больше ни одного слова не скажет, Марья это сразу поняла. Но был столько всего непонятного, а вопросов становилось с каждой минутой больше, чем ответов. Но пришлось уходить. Мари я повернулась и, не попрощавшись, вышла.
– Чего-то вы быстро с Никитиным – то управились, – ехидно заметила тетка на вахте. – Видать, потому что ты старая. С молоденькими-то он долго прохлаждается.
– Говорите, долго? – мигом зацепилась Маша. – И часто к нему молоденькие ходят?
– А ты чего взвилась? Тебе какая разница? Даже жена его не слишком беспокоилась, а ты-то чего?
– Как это не слишком? Ирка не ревновала мужа к его любовницам?… Та-а-а-к, давайте-ка, женщина, поговорим. Разрешите представиться – я… короче, «Криминальное чтиво». Журнал. Я – редактор. Тут вот… куда-то запропастилась Ирина… Никитина. А домашние ее вообще не беспокоятся. А, может быть, с женщиной случилось чего?
На вахтершу совершенно не произвело впечатления высокая Машина должность, которую она сама себе придумала.
– А я тут причем? С ими и разбирайся. Чего ко мне прицепилась? А Ирка эта и в самделе, пропадала по неделям, так что… Чего с ей сделается? Погуляет, да вернется. Они с мужем ейным два сапога. Один другого стоит.
– То есть… вы хотите сказать, что у Ирины был кто-то?
– Про «был» ничего сказать не могу. А вот то, что ее дома не было – это знаю. Да чего вы меня мучаете, вы у подруги ее спросите. Галкой зовут. Вон, в магазине напротив кофейный отдел держит. А то ходют тут, ходют…
Маша побежала в отдел магазина. Но и здесь ее ждала неудача – хозяйка, оказывается, работает только с утра, а после четырех ее никогда не бывает. И адрес, конечно же, никто не даст. И лучше всего, если уж она так нужна, то завтра сюда и нарисоваться.
Маша решила, что на сегодня хватит трудовой криминальной деятельности. Итак стало ясно – с мужем Ирка была в ссоре, к отцу не заезжала, а вот откуда она приехала прямо на вечер, это оставалось загадкой. И еще – кто же так напугал женщину, что она прибежала прятаться к Ирке? И ведь не зря боялась – ее и убили. С другой стороны – а куда дели тело? И кому понадобилось мертвое тело таскать? Да, а еще – про кого Ирка собиралась говорить? Ведь она не просто ответила, что ее избили, она сказала, что хочет поговорить. А может… А может Ирка вовсе и не была убита? Да не-е-е-ет, была. Маша же сама ее трогала – тело было холодное. Неживое было тело. И Гришка весь пол носом вынюхал, и Дарик в гараже взвыл. Нет, нужна была Маше Иркина подруга.
Но сегодня уже совсем голова не работала. Да и долго нельзя было задерживаться. Федька – он тоже не дурак, мигом заподозрит, что Маша начала свое расследование, а этого он ой, как не любит. Его всегда прямо выворачивает, когда она в таких
