– Слысись? – обрадовался Алан.
– Хорошо, – согласился Киллер. – Крыльев я, пожалуй, вам не обещаю, но, если вы попадете в Меру, у вас у обоих будут пони и куча зеленых лужаек, чтобы кататься верхом. – Он повернулся к Ариадне, и вид у него снова сделался сонно-томным.
– А что захочет мама?
Разумеется, он и раньше говорил только для нее. Джерри наблюдал за ней.
– Тишины и покоя, – ответила она.
– Но там же столько замечательных занятий и славных людей, с которыми можно ими заниматься, – сказал Киллер. – Вы обязательно должны позволить мне показать вам все это!
«Это вряд ли!»
– А как добираться до этой Меры? – спросила Ариадна. – Какие компании летают туда?
– Обед готов! – решительно объявил Джерри. На самом, деле обед не совсем был готов, но он заставил их придвинуть стулья к столу, а Киллер осторожно отнес Алана в спальню и уложил на кровать – тот уже совсем спал.
Лейси тоже клевала носом, но заявила, что тоже хочет кусочек бифштекса, и уселась поближе к Киллеру.
Ариадна почувствовала себя неожиданно лучше – возможно, благодаря чаю или кофе, который Джерри поставил на стол, а может, это было странное чувство облегчения. Она действительно проголодалась, и бифштекс прожарился превосходно. Она добралась…
– Так вы сказали, что это Канада? – спросила она.
Джерри замялся.
– Я не знаю, – признался он. – Я сказал только, что вы попали в безопасное место, и что вы среди друзей… Если честно, я не уверен, что здесь так уж безопасно.
Вой послышался снова, ближе – настоящий волчий вой, не то «яп-яп-юююю», что обычно издают койоты. Но конечно же, койоты тоже умеют выть. Джерри и Киллер переглянулись, не в силах скрыть напряжение. Они не знают койотов, они не знают, по какую сторону границы находятся, и умеют отращивать выбитые зубы?..
До конца обеда никто не проронил ни слова.
* * *
Джерри сложил тарелки в таз и объявил, что они могут подождать до утра.
Потом посмотрел на Ариадну и спросил:
– Не хотите сыграть нам что-нибудь?
– Да, мамочка! – обрадовалась Лейси, не упуская повода не ложиться спать.
Ариадна задумчиво посмотрела на Джерри:
– С чего вы взяли, что я играю?
– А вы играете?
– Да.
– Хорошо?
Она пожала плечами.
– Да. Когда-то играла хорошо. – Нет нужды ковырять старые раны.
Он загадочно улыбнулся:
– Должна же быть причина тому, что в доме стоит это пианино. Мы с Киллером появились здесь примерно за час до вашего прихода. Мы ведь тоже здесь впервые. – Он кивнул в сторону сонной Лейси. – Но, может, вы все-таки сыграете? Оно хорошо настроено.
Она покачала головой.
– Я слишком устала. – «Он говорит, что пианино настроено…» – Сыграйте что-нибудь сами.
Он улыбнулся и подвинул стул к инструменту.
– Пойду посмотрю, как там кобыла, – объявил Киллер и захромал к двери.
Он не стал искать плащ, а так и вышел в джинсах и майке. Интересно, куда делись плащи, подумала она – ни вешалки, ни гардероба не видно, только два маленьких шкафчика у печки.
Джерри оглянулся и засмеялся.
– Он не переносит нашего гармонического ряда, – объяснил он. – Все, что сложнее октавы, режет ему слух. Ариадна, не давайте ему запугать себя. Он понимает, когда ему говорят «нет».
Значит, это серьезный разговор, так?
– Ну-ка, юная леди, марш в постель, – скомандовала она. – Мамочка сейчас придет и поцелует тебя перед сном. Смотри не разбуди Алана.
Лейси понуро поплелась в спальню, хлопнув за собой дверью.
Джерри явно колебался, и беспокойство отражалось на его лице.
– Это довольно сложно… Я собираюсь рассказать вам очень странную историю. Возможно, вы решите, что я сошел с ума. Только поверьте, что я не буду буйствовать, ладно? Я стопроцентно безобиден.
В это она верила.
– А ваш друг?
– Киллер? – переспросил Джерри и закусил губу. – Да. Он неразборчив, как козел, он развратник олимпийского класса и гордится этим, но он понимает, когда ему отказывают. Он не будет принуждать вас силой – он уверен, что вы и сами к нему прибежите. Поэтому просто твердо скажите ему «нет». Вам придется повторять это время от времени, но это действует.
– Вы смотрели на него так, словно он предпочел бы вас.
Он покраснел.
– Он был бы рад поиметь любого из нас, а еще лучше обоих. Он грек, так что унаследовал все худшие привычки античной Греции, отточенные четырехсотлетней практикой. Сейчас он не подходит к этому серьезно, так как выполняет задание. Вы еще увидите, как он занимается этим всерьез. Мне приходится говорить ему «нет» не меньше раза в неделю вот уже сорок лет.
Вот оно: четыреста лет, сорок лет – они оба несут какую-то чушь. Она не нашлась что сказать на подобное безумие. Джерри, уловив напряжение, вдруг улыбнулся.
– Разумеется, вы можете ответить «да» и посмотреть, что случится. После этого он не будет к вам приставать – во всяком случае, довольно долго.
– Нет уж, спасибо, – решительно ответила она. – Он для меня слишком молод… или слишком стар.
Он хохотнул.
– Одна моя знакомая леди утверждает, что опыт общения с Киллером уникален. Она говорит, это все равно что попасть под товарный поезд, пересчитав каждое его колесо.
Дождь, не стихая, колотил по крыше. Она облокотилась на спинку дивана.
– Шестьдесят девятая Олимпиада? – спросила она.
Он нахмурился.
– Я не могу утверждать этого наверняка; между прочим, раньше он не был так точен. Но если перевести это на наше летоисчисление, Ариадна, получится, что Киллер родился в пятисотом году до Рождества Христова.
Она смотрела на него молча: что еще ответить на такое?
Он пожал плечами.
– О'кей, я ведь предупреждал вас! Я не хочу этим сказать, что ему две тысячи пятьсот лет. Время в Мере не подчиняется законам Внешнего Мира, но если верить его подсчетам, он живет там уже около четырехсот лет. Я родился в 1914 году. Я прожил в Мере что-то около сорока лет, значит, мне около семидесяти. Я не знаю, какой год у вас здесь сейчас, но подозреваю, что здесь прошло ненамного больше времени… но это простое совпадение. В вылазках во Внешний Мир я бывал и в более ранних эпохах.
– Вы выглядите на пару лет моложе, – заметила она насколько могла спокойно.
Он вздохнул.
– Сломанные ноги срастались у меня в Мере за три дня, и разумеется… если вы верите нам, конечно, мы не стареем. Вы же видели зубы Киллера, Ариадна; если это подделка, нам пришлось бы потратить уйму сил для того, чтобы обмануть вас, правда?
Она мотнула головой, слишком ошеломленная, чтобы думать.
– Кстати, когда вы подъезжали сюда, видели вы деревья у дороги? – спросил он. – Мы приехали сюда на закате, и нигде поблизости не было ни дерева, только изгороди. Теперь здесь нет изгородей, зато есть лес. Это действует магия. Так оно и есть, Ариадна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
