книжке. Я прощаюсь с вами, – он пожал мне руку, и улыбка исказила его лицо, ещё бы журналист, а открывает счет на приличную сумму. Глаза его оставались холодно-изучающими, настороженным.
– Всего доброго, – ответил я, и после получения карточки и небольшой суммы наличных, вышел из банка.
Чековая книжка была нужна, не всегда можно рассчитаться с карточки. Дел у меня было не мало. Город я предварительно изучил по карте ещё во Франции, но теперь надо было ходить пешком, откладывая в памяти дворы, улицы, переулки.
В последующие несколько дней я изучал город, выбирал квартиру, и остановился на одной в районе Палермо. Квартира располагалась в трехэтажном доме, который удачно вписался среди многоэтажных собратьев. Квартир в доме было не много. Моё жилище состояло из двух комнат, кухни, туалета, душа, балкона, выходящего во внутренний двор. Мебель была добротная. В спальной большая кровать, тумбочка, шкаф для одежды. Пол был устлан пушистым ковром, который заглушал шаги. В зале светло-зёленый диван, два кресла, стол, вокруг которого стояло четыре стула. В углу телевизор, вдоль стены шкаф с посудой. Светлые стены. Пол был также устлан ковром. На кухне было всё, что необходимо для приготовления. Что радовало, так то, что квартира не была похожа на казенную с типичной мебелью. Был кондиционер, но учитывая, что дом был не высок, то солнечные лучи не прогревали квартиру, от них защищали высокие деревья. Движение по улице было односторонним, рядом было кафе и булочная, где можно по утрам купить свежую выпечку. До офиса было уже не так близко, но с машиной пока не торопился. Я перевёз немногочисленные вещи из гостиницы, прикупил кое-что по хозяйству.
В офисе я появлялся каждый день, но не надолго.
– Когда будешь на встречах? – поинтересовался Андре, в тот редкий случай, что я застал его в офисе.
– Скоро, дай устроится, – и, сообщил ему и Симоне свой адрес и номер телефона.
Но были и не очень приятные моменты от осмотра города, когда я его изучал. На другой день, после посещения банка я обнаружил «хвост», видимо господин Орселе сообщил о журналисте. По манере поведения я понял, что ребята местные и просто идет проверка. Они особо не скрывались, во всяком случае, моего опыта хватило их обнаружить. Я зашёл в магазин и вышел через другой вход, пройдя за остановку, наблюдая за их растерянными лицами. Они смотрели по сторонам, выискивая меня в толпе прохожих. Выбрав момент, когда они отвернулись, я вышел и стал смотреть на витрину, дав им возможность обнаружить меня. Когда они меня вновь увидели, я, насладившись эффектом, пошёл вдоль улицы.
Вообще в любом незнакомом городе, прежде чем приступать к работе, надо проводить проверку на предмет слежки, так, на всякий случай, чем чёрт не шутит, а его шутки в моём деле могут быть и скверными.
В один из дней я «естественным» образом ушел от слежки, надо было сообщить о своем прибытии. Единственное, что мне дали во Франции, это первоначальные каналы связи. В одном из районов, не самом престижном, я оставил метку, поставив крест на рекламе на автобусной остановке, как хулиган, выбрав момент. Завтра утром в потоке машин проедет машина оперативного работника местной резидентуры, он на ходу «снимет» сигнал и в тот же день Центр будет знать о моем прибытии.
Город был красив и интересен: улицы располагались в геометрическом порядке, а не запутанно, как в Париже. Как и сказал, Андре, богатые люди жили в северной части города, где только «свои». Популярны районы «кантри» с частной охраной, шлагбаумом. Кто победнее, живут в городе, в хороших районах типа Палермо, где стал жить и я.
Бродя по городу, я не только изучал его, я искал вторую квартиру и нашел её в не самом престижном районе. Важно то, что в ней был второй выход. Снимал я её, предварительно немного изменив свой внешний вид, а также одежду. Я стал усатым, одет попроще. Эту квартиру я не искал через агентство, чтобы не светиться лишний раз. Просматривал объявления, отмечая расположение домов, где сдавались квартиры. В конечном итоге я нашёл то, что меня устраивало. Не самый богатый район, но и достаточно спокойный. Я встретился с хозяйкой, а где её найти мне подсказали местные жители. Ей было лет пятьдесят, была она смугла, худощава и подозрительна.
– А вам она, для каких целей?
– Чтобы жить? – удивился я.
– Я не хочу, чтобы у меня из-за жильцов были проблемы.
– Я вас понял. Я живу тихо.
– Вы один?
– Да, я здесь в командировке, но часто буду отсутствовать, много поездок.
Она попросила паспорт, и внимательно изучив его, попросила плату за полгода. Мы поторговались и когда сошлись в цене, она вручила мне ключи. Паспорт был английский.
– Въезжайте.
Так я стал квартирантом конспиративной квартиры, которая по комфорту уступала другой, где я жил официально. Я купил необходимые вещи, чемодан и всё разместил в шкафу, зная, что хозяйка может явиться без меня, а пустые шкафы вызывают подозрения.
Закончив бытовые вопросы, я продолжал изучать город. Как-то вечером я забрёл в район Palermo Viejo – местный квартал красных фонарей, хотя с виду достаточно приличный район.
По прошествии недели, я стал бывать и на различных мероприятиях, куда приглашали журналистов. Почти одновременно с этим, примерно через неделю после того, как разместился на квартире и хождения по городу, я отдал Симоне написанную статью, чтобы она перепечатала и отправила. На другой день она мне сказала:
– А ты оказывается профи. Так написано, что я сама узнала много нового о городе, где живу всю жизнь.
Вошёл Андре: – Читал, мне понравилось. Давай я предложу в местную печать. Это их город глазами иностранца.
– Предложи, я не против. А скажи-ка мне, что это за район около автовокзала Retiro? Там полицейские и шлагбаум.
Андре усмехнулся: – Да, есть такое место, его даже на карте города нет, так зелёное место, словно там парк. Это Villja – 31– трущобы. Там почти тридцать тысяч населения, кстати, профессиональных манифестантов. Обычные аргентинцы редко ходят на демонстрации протеста. Там много нелегалов. Полное сплетение узких улиц. Этого района, как бы нет, хотя, как ты понял, он находится в центре города между самыми дорогими районами. Полицейские стоят, чтобы предупредить об опасности посещения данного района, но запретить его посещение, не могут. Это только издали он кажется мирным, спокойным, что нет карманников, бандитов с ножами. Там, кстати есть школа, стадион. Тихий быт, и кажется обычный спальный район хоть и мрачноватый.
– Я был рядом, там дома
