было её не жалко. Она маленький вредитель, который или что-то выкрутит, или куда-то заберётся, после чего вытаскивай её или из неё. Непослушная, неугомонная и неуправляемая.
А чувства… сострадания нет? У неё тоже теперь нет матери.
Матери?
Я бросил взгляд на девчонку, которая сидела на траве и плакала.
Страшно, да?
Чего? Её? Я ничего не боюсь. Мне не страшно встретиться лицом к лицу с ужасами. Я не боюсь вступать в схватки с теми, кто сильнее меня, я не страшусь неизвестности. Я идеальная машина для войны, я солдат Империи, её кулак и меч Императора, проводник его воли. Я не боюсь ничего, потому что…
Потому что мне некого терять. У меня нет слабостей, на которые можно надавить и которыми можно сломить меня или шантажировать. Я могу двигаться спокойно вперёд, потому что за моей спиной никого не будет и никому моя спина не понадобится, чтобы закрыться. И это позволяет мне полностью сосредоточиться на том, что впереди. На цели, на своей миссии. Я не хочу делать никому больно, я… я просто не хочу подпускать кого-либо слишком близко.
Да и ей будет лучше от этого. Боль закаляет характер, и мелкая со временем станет лишь сильнее. Девочка ещё скажет мне спасибо, когда вырастет, и ни единая боль больше не достанет её. У неё не будет слабых мест. Её никогда не заставят выбирать, как заставили выбирать меня…
Странное у тебя понятие сделать человека сильнее, сломав его…
Это опыт. Я…
Я пытаюсь вспомнить, откуда понял это, откуда узнал о том, что сейчас говорю, и в голове раздался звук, будто рвущейся бумаги или хруста костей. А может всего вместе. Память не сильно поддавалась. Какие-то бессвязные обрывки воспоминаний, смазанные и нечёткие вспыхивали и меркли, как гирлянда, и я… вспомнил лишь свою учёбу в военных лагерях, где нас готовили с детства стать теми, кто мы теперь есть.
Оттуда, наверное, и взял.
Тем временем мелочь проскользнула на корабль вновь, забившись в угол десантного отсека, откуда поблёскивала глазами на меня, как испуганный зверёк. Хоть капкан ставь на неё…
— Если будешь что-то трогать здесь, я посажу тебя на цепь. Ты поняла? — пригрозил я, указав на неё пальцем.
Она несколько раз кивнула головой, выглядывая из-за коленок как из-за бруствера.
Мелочь пузатая…
* * *
Выбор в итоге пал на корабль военных, так как если запас ресурса у нашего корабля и остался, то его хватит на пару полётов, не более. А значит стоило их приберечь для плана, который зрел у меня в голове. Подготовил я и Катэрию. Как бы она ни была не согласна, но по итогу согласилась со мной.
Безопасность превыше всего, да и нам будет гораздо легче от того, что можно всё держать под контролем и знать кто где.
Я сопровождал Катэрию до посадочной площадки прямо на крыше небоскрёба, где мы её и высадили.
— Взлёт? — спросил пилот, но я покачал головой.
— Нет, дождёмся, пока они войдут внутрь.
Помимо Катэрии её сопровождал ещё Зигфрид, Артемий и тройка солдат из поместья, которые уволились со службы ради служения семье Барбинери. Случись что, и им хватит сил по крайней мере заступиться за неё. Учитывая сам ресторан, в котором, со слов Катэрии, безопасность была превыше ранга аристократов, этого должно было хватить.
По-хорошему, я бы и вовсе не отпустил её, но она уверяла, что всё будет в порядке, что это её сестра, и что волноваться не о чем. Оставалось сделать то, что я не очень люблю делать — довериться ей и надеяться, что она права. Потому что…
Потому что это важно. Не хочу потом летать и спасать её.
Что же касается меня, то я как раз был готов воплотить пару планов в жизнь. Нехитрыми действиями мне удалось отключить район Лорье от водопровода, и теперь в ближайшую неделю они вряд ли смогут её получить из крана. Да, Лорье охраняли свою водонапорную станцию, которая обеспечивала в принципе тот район, а не только их, однако на любой замок найдётся отмычка.
Теперь после того, как насосов попросту не стало, их замена, как минимум, займёт у них неделю. И всю эту неделю, как бы Лорье ни хотелось, им придётся заказывать к себе цистерны с водой. И я собираюсь наполнить одну из них взрывчаткой, чтобы отправить её прямиком в их логово.
Это мы уже обсудили с Норманом, чтобы эффект был как можно более красноречивым. Я даже предложил наполнить бак наполовину топливом, чтобы благодаря газам, взрыв был не просто страшным, но и красочным. Нередко больше эффекта приносит демонстрация, а не сам действие.
И я как раз возвращался обратно, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя Катэрии. И честно говоря, я испытывал лёгкое волнение, когда брал трубку.
— Я слушаю, Катэрия. Всё в порядке? — был первым вопрос, который сорвался с моих губ.
— Да, Грант, всё хорошо. Мы всё обсудили, и Алианетта пригласила меня к себе. То есть ко мне… Короче, я хочу съездить домой.
— В поместье Голд, верно?
— Да, я могу поехать?
— Ты уверена, что всё хорошо? — решил я уточнить на всякий случай. — Ты можешь сказать ей «нет».
— Всё будет в порядке, я тебе это гарантирую. Мы же сёстры.
— Я знал братьев, которые были кровными врагами, Катэрия, и которые были готовы убить друг друга при первой встрече. Так что родство совсем не показатель.
— Это другое, — вздохнула она. — Как бы то ни было, я поехала к ней, да?
Сейчас я могу сказать «нет» и Катэрия не поедет. Она прекрасно понимает, кто за всех отвечает, и к её чести, не будет спорить с моим решением. И я не буду скрывать, что мне хотелось сказать «нет», потому что риск был очень велик. Здесь придётся полагаться лишь на случай и удачу, однако…
— Хорошо, Катэрия, если ты уверена, то делай как знаешь. Но помни…
— Как что, я вызову сразу тебя, Грант. Благодарю тебя за доверие, всё будет хорошо. До встречи.
И мне очень хотелось надеяться, что до скорой.
* * *
В тот самый момент, когда Катэрия разговаривала с Грантом, Алианетта, прикусив губу, набирала совершенно другой номер. Она немного сомневалась, прежде чем нажать вызов…
Но глубокий вдох, и палец нажал на зелёную иконку. Пошёл набор номера, через пару секунд послышались гудки в телефоне. Алианетта буквально
