что родившейся в его голове.
Попрощавшись с Ханной, Мейсон прыгнул в кресло и подкатился к столу. Домов с привидениями оказалось пруд пруди, однако, если отобрать среди них самые громкие и жуткие случаи за последнее время, возможно, появится надежда напасть на след Мии.
Просмотрев десятки сайтов, он пришел к выводу, что лишь единицы выглядели достаточно убедительно, чтобы оправдать визит Сновидицы. Он искал нечто значительное, но не попавшее в поле зрения популярных СМИ… нечто вроде Черной Лощины.
Чаще других упоминались два штата: Западная Вирджиния и Луизиана. Поскольку Западная Вирджиния располагалась ближе к Нью-Йорку, Мейсон решил начать поиски оттуда, и долго копать ему не пришлось.
Доун Макинтош предъявляет обвинения в сокрытии информации о призраках риелтору, продавшему ей недвижимость по заниженной цене в Саммерсвилле.
Мейсон бегло прочитал статью, она взбудоражила его интерес.
Жительница Саммерсвилля, уже потратившая тысячи долларов на услуги популярной команды «Охотники за привидениями», утверждает, что злые силы, терроризирующие ее дом, стали лишь активнее. Столкнувшись с осуждением соседей и равнодушием местного пастора, отчаявшаяся миссис Макинтош обратилась к специалисту по неизвестной практике, которую описала как «разновидность колдовства». Сообщается, что ведьма, чье имя осталось неизвестным, согласилась бесплатно очистить дом миссис Макинтош. По словам хозяйки, ее визит дал результат. Миссис Макинтош описала специалиста как молодую девушку. Та не представилась и лишь назвала себя «кем-то вроде ведьмы».
Открыв новую вкладку, Мейсон прочесал объявления о ведьминских услугах в Западной Вирджинии, но не нашел никого, кто подошел бы под описание Доун Макинтош. Тот факт, что миссис Макинтош, давая интервью, старалась избегать деталей, лишь усугубил подозрение Мейсона, что эта девушка – «кто-то вроде ведьмы» – лучшая зацепка из всех, что у него имелись. Шансы на успех оставались мизерными, но в его сердце горело желание выяснить, верна ли догадка. А кроме того, разве не будет работать бесплатно лишь тот, кому деньги ни к чему?
Мейсон почесывал руку, впиваясь ногтями в кожу. Зудело где-то глубоко, будто у самой кости.
Если бы только он мог узнать наверняка.
Зуд усилился, превратившись в жжение, кончики пальцев внезапно стали скользкими от влаги. Мейсон заметил кровь на внутренней стороне предплечья, рядом со странным черным полумесяцем, появившимся после визита родителей Мии.
Он пытался его игнорировать, наивно ожидая, что тот просто исчезнет. Но нет, метка осталась на том же месте, где и появилась.
Голос… был ведь еще и голос?
Если ты ищешь истину, я поделюсь ею с тобой.
Мейсон резко подпрыгнул, крутанув кресло так быстро, что отвалилось одно из колесиков.
– Кто здесь! – Его голос дрогнул, взгляд заметался по пустой комнате.
Слуга, – ответил голос.
Мейсон не верил, однако знал, что порой это лучший выход.
– У меня…
У тебя нет галлюцинаций, – голос звучал мягко, успокаивающе. – Помни, ты решил отказаться от рационализма.
Мейсон крепко зажмурился. Неприятно признавать, но голос был прав. Никто из его родственников не страдал психозом, да и состояние самого Мейсона, не считая эпизода в Черной Лощине, никогда не вызывало опасений с медицинской точки зрения. Со временем он пришел к выводу, что все случившееся с ним в Черной Лощине было реальным – с первой минуты и до последней.
Неужели настолько неправдоподобно, что его снова начали преследовать таинственные голоса и загадочные истины именно в тот момент, когда он решился на поиски Мии – Сновидицы и пропавшей девушки в одном лице?
Нет, нисколько.
– Почему я должен тебе верить? – дрожащим голосом спросил Мейсон, затем откинулся на спинку стула и оглядел кабинет.
Я не прошу доверия, – ответил голос. – Но могу обещать правду.
– Звучит неубедительно, – возразил Мейсон.
Голос на мгновение замолчал, по-видимому, обдумывая сказанное Мейсоном.
Я не умею лгать, – произнес он наконец. – Я отвечу правдой на любой твой вопрос.
Как бы Мейсону хотелось, чтобы с ним была Ама. Она бы сказала, что делать; она всегда знала, но попросить у нее совета сейчас не было возможности.
Придется встретить бурю в одиночку.
– Ладно, – фыркнул Мейсон, взглянув на отметину на руке. Рана начала затягиваться, а жгучий зуд сменился легким пощипыванием. – Кто помог Доун Макинтош очистить ее дом?
Та, кого ты ищешь.
Сердце Мейсона бешено заколотилось в груди. Интуиция его не подвела.
– Она все еще в Саммерсвилле?
Нет.
– Тогда где? – требовательно спросил он.
Не знаю.
– Я думал, ты знаешь все, – недовольно проворчал Мейсон.
Я никогда не утверждал подобного. Я лишь сказал, что отвечу правдой на любой твой вопрос.
– Почему же ты не знаешь ответа именно на этот вопрос? – допытывался он.
Потому что объект твоего любопытства – не человек. Она – бог во плоти. Боги появляются и исчезают, когда им заблагорассудится, порой бесследно. Она – хаос; ее не связывают законы вашей реальности. Она выше их.
Приняв поражение, Мейсон откинул голову назад и закрыл глаза.
– Как же тогда мне ее найти?
В комнате воцарилась тишина, но затем голос вновь заговорил.
Твою богиню породило насилие, к насилию она и вернется.
Мейсон распахнул глаза. Ну конечно. Богиня или нет, но люди – рабы своих привычек. Их тянуло к старым привычкам, к уже знакомым сценариям, проживаемым в течение жизни – или в случае Мии в течение нескольких жизней.
Гавран неоднократно твердил об этом. Мейсон хорошо помнил его жуткие бездонные глаза и широкую, острую как нож ухмылку.
Все в мире циклично.
Глава 7
КАЙ
Кай преследовал конкретную цель, уводя Мию из «Гадких пик». Его взгляд шарил по стенам цвета ржавчины, пока не наткнулся на узкий переулок, протянувшийся за одним из зданий. Голод разгорался все сильнее, призывая утолить острую потребность. Не в силах сдерживаться, Кай схватил Мию за руку и увлек в темноту.
Высоко в небе висела луна цвета кости; стрелки часов давно миновали девять, и на многие мили вокруг не было ни души. А даже если кто-то был рядом, Каю было наплевать. Огонь желания полыхал внутри, поднимаясь по ребрам к груди, где гулко билось его сердце.
Прижав Мию к стене, он прикусил ее губу и обхватил руками бедра. Девушка обвила пальцами его запястье и направила ладонь парня себе между ног. Ее вздох, сладкий и отчетливый, был для него музыкой. Мгновение спустя она стянула с себя джинсы и дернула его ремень.
В реальном мире секс ощущался гораздо приятнее. Все воспринималось острее – запах ее кожи, пот, тихие вздохи. Даже оргазмы казались ярче.
Все чувства пробудились к жизни, стоило только ему ощутить, как она кончает, крепко сжимая его бедрами. Девушка заглушила крик, уткнувшись в его плечо, а после испустила долгий, прерывистый вздох.
Во сне все было иначе, как будто не хватало какой-то важной детали.
Как только ее стопы коснулись земли, она подхватила свои джинсы, валявшиеся на мощеной дорожке, и повалилась вперед, прижавшись к груди Кая. Он обнимал ее обеими руками, наслаждаясь теплом ее тела, пока она с улыбкой не отстранилась.
– Не смог дотерпеть до отеля? – Мия стерла пот со лба, ее лицо
