прототипов, потом еще лет пять испытывали-обкатывали и только потом начинали выпускать в коммерческую эксплуатацию…
Как всегда, аборигенам откровения про другую реальность были до одного места.
— Наверное потому, что Западные государства сотни, даже тысячи правил ввели, помогая нескольким крупным своим корпорациям выпускать крылатые лайнеры, а остальным, наоборот, мешать, — с превосходством знающей ответ отличницы улыбнулась Лоля. — И, если уж по-честному, то экранопланы все-таки надо с кораблями сравнивать, а не с самолетами. Новый корабль за полгода — очень даже нормальный срок.
Сеня уже набрал в легкие воздуха для ответа — но тут ему стукнуло, что он играет не за ту команду. Вот уж кому-кому, а им с женой выгодно, чтобы задумких их коллеги-попаданца “выстрелили”! И не только потому, что лучше иметь виллу на курортном острове, чем не иметь. Мир магического средневековья куда удобнее и комфортнее, чем был бы мир средневековья обычного — но все равно та еще дыра. Где прямо за дверью твоего дома, грубо говоря, начинается Фронтир, где ты толком не знаешь, что ждет тебя за границами Обжитых земель (и не планирует ли наведаться в гости, ага). И где близкий человек, отошедший дальше, чем долетает крик, мгновенно оказывается вне зоны доступа. А у него как раз такой человек (ну пусть демонесса, разница вся в рогах) появилась недавно… В задницу такие “приключения” на ровном месте — даешь маго-технологический рывок и промышленную революцию!
Интерлюдия 3 без правок
Павел Георгиевич, он же Следопыт, кирин, рейнджер-пограничник Эльфийского запустынья, спец по выживанию в джунглях. Уник: “наблюдательность”.
— Иди, тебя там Талик зачем-то хочет видеть!
— Срочно? — Павел Георгиевич аккуратно опустил кайло, прервав серию методичных ударов. Тольок приноровился откалывать от пласта ебонита ровные куски.
— Просто попросил передать, чтоб зашел к нему в кабинет.
— Ясно…
Принадлежащая “Скромному приюту” башня-Источник вырастала из камней верхней части кальдеры и до основных помещений виллы до неё было метров четыреста. Разумеется, не по прямой, а по когда-то очень чистому широкому коридору-галерее, пробитому прямо в вулканическом камне. Именно этот источник решили очистить первым, резонно решив, что и тайну работ будет сохранить легче, и опасную смолу до склада под открытым небом не придется тащить до охраняемого склада. Работа не требовала какого-то дополнительного обучения, потому так или иначе киркой успели помахать все из экипажа Рыбы, кроме пленников и беременных жен капитана.
— Можно?
— Заходи, Павел Георгиевич, — послышалось из-за двери. — Третьим будешь.
Рейнджер послушно зашел… и едва не раскашлялся от открывшейся картины. В кабинете Талика было два стола: за одним он, собственно, работал с бумагами — а второй, побольше, установленный перпендикулярно служил для собраний и обсуждений. Вот за ним и устроились хозяин кабинета и его первейший советник с острыми ушами и кисточками на оных. Именно за столом: Мудрослав тоже сидел примерно по-человечьи. И не просто сидел, он держал в лапах чашку! Из которой то и дело отпивал — именно отпивал, а не лакал! Фантасмагорию завершал утилитарного вида — бак на ножках с топкой снизу — но все равно узнаваемый самовар!
— Безалкогольный грог, угощайся, — предложил капитан, не глядя выуживая еще одну кружку из тумбочки.
На грог варево не то, что бы не походило… Вкус казался знакомым, но запах сбивал с толку, не давая построить ассоциацию.
— Лана захотела среди ночи грога, но ей же нельзя, — в ответ на немой вопрос развел руками Талик. — Что делать, пришлось будить Траву и Сопрано и вместе соображать замену. Дорогумо выпила стакан и успокоилась, опять заснула — и остальное мне досталось. Вместе с лабораторным котлом — не выливать же.
— Газировка “Байкал”, только горячая, — в голове Павла словно щелкнуло. — И без газа.
— Да ну! — земляк-попаданец аж подпрыгнул. — Совсем не то же… То есть, не совсем то. То есть… а-а, к черту! Грог ведь можно и холодным пить, верно? Надо только углекислоты сообразить, для пузырьков.
Кэп было погрузился в раздумья, но Мудрослав звучно изобразил кашель, и Талик вернулся к действительности.
— Спасибо за идею! И хорошее настрое, — он улыбнулся Следопыту. — Мы тебя вот чего позвали. Как я помню, у тебя время отпуска по, хм, “состоянию здоровья” у Рейнджеров Запустынья кончилось? Проблем не будет от того, что мы тут, на острове, гм, застряли?
— Я специально уточнял этот вопрос перед увольнительной, — пожал плечами Павел Георгиевич. — При объективной невозможности вернуться продляется неоплачиваемый отпуск — вплоть до года, в отдельных случаях — до пяти лет.
Следопыт немного и добавил, чтобы исключить последние сомнения:
— Обязательно сказал бы о проблеме, — он еще подумал, и на всякий случай уточнил. — Заранее.
— Одной проблемой меньше, — Талик стянул со своего рабочего стола блокнот и что-то зачеркнул. — Тогда вот что хочу спросить: как думаешь, командование Рейнджеров вообще заинтересовано в сохранении торгового маршрута “Золотистые гавани — Щедрая Чаша”?
Вот так вопрос! Паша ощутил давненько не посещавшее его чувство: контролная — а ты вообще ни в зуб ногой! Он честно попытался сообразить и хоть что-то ответить, но в голове словно поселилась космическая пустота.
— Давай я выскажу свои…. Наши мысли, — поправился самоназначенный губернатор, бросив короткий взгляд на своего пушистого советника. — А ты, Павел Георгиевич, может сможешь чего добавить или опровергнуть?
Пришлось молча кивать.
— Охрана ближней и особенно дальней морской зоны — дорогое удовольствие. Клиперы нужно не только ремонтировать и обслуживать, но и кормить экипажи в дальних рейдах и прибрежных патрулях. Мало того, платить боевые при столкновениях с пиратами, — начал перечислять Талик. — Все эти деньги должно выделить правительство Эльфийского Запустынья. Даже с учетом того, что клипера корабли многоцелевые, а не чисто военные — догрузка их попутными грузами ну никак не может отбить расходы. Пограничники плотно сидят на бюджете, это нормально.
Следопыт опять кивнул. О финансировании организации, в которой состоял, он не задумывался от слова “совсем”, но слова коллеги-попаданца звучали логично.
— К сожалению, год от года защита морских путей и портов требует совершенно разных сумм. Когда-то происходит минимум столкновений, а когда как в прошлом году — минус три клипера разом в замесе у Чаши! Бюрократы же раз за разом пытаются дать меньше, чем просят, тыкая в “хорошие” года и вереща в уши собственного руководства о перерасходе бюджетных средств. Откуда я это знаю? Поверь, оно во всех мирах одинаково работает. Короче получается, что морское направление мало того, что вынуждено отжирает деньги из всех других, так еще и трудозатратно, и потери в живой силе на нем самые большие из-за все тех же
