— и мы вместе будем воплощать их!” — абордажница тоже внимательно слушала тогда своего босса. А еще знала подоплеку, вылившуюся в подготовку и произнесение этой речуги: у Талика попросту не хватало рук, чтобы восстановить в срок жизнь хотя бы верхнего квартала. Причем серьезно так не хватало. В ходе проверки водопроводной и канализационной систем выявилась куча дополнительных проблем и поломок. Включая “пласт камня съехал на десять метров вниз вместе с трубами, в нем когда-то проложенными”.
Учитывая неосторожно данные обещания, все это могло привести к серьезному напряжению среди остатков коренного населения Чаши. Такого, что сама Марго на месте любовника задумалась бы: а не добить ли втихую остатки аборигенов? Благо техническая возможность устроить подобный геноцид у капитана “Рыбы моей мечты” явно была. Но нет, вместо этого Талик походил по комнате с бумажками и веревками. Поговорил с ней и другими своими советниками и помощниками, нашел более-менее приемлемый путь решения комплекса социальных проблем: вместо куска города подготовить одно единственное общежитие. А потом одним публичным выступлением просто перевернул все с ног на голову!
Не “поселимся вместе на неорпедленный срок”, а “займите место, достойное вас!” Не “договоритесь сначала между собой, что в городе восстанавливать”, а “вы — истинные ленлорды”. И так далее. И ведь повелись же! Не в последнюю очередь потому, что для уцелевшей полусотник Талик отдал под жилье целый этаж, ранее предназначенный для гостей резиденции. Причем не зажал вообще ничего, включая упомянутое столовое серебро. А также выплаты за проделанные работы продолжил вовремя отдавать. И все: даже те, кто пошел под руку самозванцу исключительно от отсутствия выбора вообще говорили о капитане-многоженце теперь только в уважительном тоне.
Когда Марго доела свою удвоенную порцию, “общественная дискуссия” окончательно перешла в бесполезный базарный спор с делением шкур неубитых медведей. Не снятый еще урожай (причем по большей части чужой) островитяне в своем воображении уже благополучно продали и теперь до хрипоты спорили, что именно нужно на вырученное закупить. И, главное, пускать ли назад сбежавших горожан назад — или пусть катятся нафиг, раз все один раз бросили! Советницу губернатора ни у кого даже в мыслях не появилось привлечь к планированию чего-либо: все и сами с усами.
Меж тем даже Талик ждал пиратов в гости сразу после окончания сезона штормов — и уже успел навесить на абордажницу проработку чернового плана защиты Чаши. В том смысле, где дополнительно сделать берега недоступными для высадки десанта и как ограничить возможность швартоваться у причалов неугодным судам. При этом с магией, как он обещал, проблем не будет. Как-то это все звучало… мутно.
Её любовник — все-таки бывший или нет? — определенно что-то скрывал. И его команда — тоже. Цепочка декларируемых целей, пока человек её озвучивал, казалась очень простой и реализуемой. Но вот стоило задуматься… Ценность острова как океанской базы кэп собирался вернуть, построив корабль нового типа (!) на техно-магических принципах! Причем построить буквально за считанные месяцы. Успешный образец настолько должен был заинтересовать Высокогорную Хималию, что маленькая горная страна должна была выслать сюда свой военный контингент. При этом самого самозванного губернатора они должны были признать. В том числе и как единственного, кто достаточно шарит в местных реалиях.
Ну допустим. В слова Талика про то, что военная база несомненно получит потрясающую транспортную связность с материком — даже верилось. В утверждение про поддержку семьи, захватившей остров — пусть с усилием, но тоже. Хоть обычно военные чужаков не терпят. Даже если это гражданские их собственной страны. Но пусть. Со скрипом — в техномагический транспорт. Как и в обещание сделать уцелевших местных кем-то вроде дворян — Хималия ведь королевство. Но когда все эти звенья логической цепи нужно было сложить вместе, причем самой — все чувства Марго так и вопили “невозможно!” Ну не бьется, и все! Вот только какого-то иного, альтернативного предложения действовать по-другому все равно не было.
Добравшись до своей комнаты — шикарной, надо признать — бывшая хозяйка гостиницы уселась на кровать и крепко задумалась. И “очнулась” только когда уже вытащила из ящика рабочего стола стопку бумаг и моток бечевы.
— Талик, что ты со мной делаешь? — простонала она вслух схватившись за голову. — Что ты со всеми нами делаешь?
“Пролезь в постель, оттрахай хорошенько и у расслабленного спроси начистоту” — посоветовала она сама себе. — “Благо мужик на такие формы, как у тебя, явно западает!”
“Скорее это он меня затрахает до состояния желешки!” — вспомнив первый и последний опыт секса с капитаном, невольно схватилась сначала за живот, а потом и за голову абордажница.
“Слабачка!”
“От слабачки и слышу!”
Внутренний диалог, всегда раньше помогавший сжать кулаки и подниматься, сейчас дал сбой, внезапно заставив женщину истерично расхохотаться. И вслух ответить своим внутренним голосам:
— Не страшно, если оттрахает и от вопросов отмахнется. А что если ответит? Честно ответит?!
“Голоса” пропали как не было. Им тоже стало страшно.
Интерлюдия 2 без правок
Сеня, человек, исследователь магии, боевой маг высшей категории, изобретатель первого в Новом мире магического топлива. К своему собственному удивлению, снова женат. Уник: “Познавший основы”.
— Долбанёт, — оглядев опытно-испытательную конструкцию, авторитетно заявила Сопрано.
Слишком основательно сложенная для своей расы бескрылая фея-алхимик фактически заняла место помощника и лаборанта при маге-попаданце. А её муж-человек, которого абсолютно все звали немудрящим прозвищем “Трава” стал основным добытчиком важной части сырья для стихийно сложившейся лаборатории. И четвертой в команде НИОКРа стала Хризантема.
— Не должно, — не согласился Арсений, отсчитывая шаги.
Щит-артефакт, лично выданный Таликом для защиты научников во время практических испытаний, обладал отличным защитными свойствами. Однако полагаться только на его силовое поле не следовало. В чем ученый смог лично убедится — и повторения полученного опыта как-то не желал.
— Шурфы проделаны, — Лоля одной рукой придерживала на плече треногу угломера, а в другой держала шаурму, от которой периодически откусывала. Как всегда на природе гербаристку пробрало на хавчик — только теперь еда была предусмотрительно захвачена с собой в нужном количестве. — Так что можете подрывать — все как надо расколется.
Сеня вздохнул, но ничего не сказал. Испытательный прибор представлял из себя всего лишь простейшую горелку, в которую залили очередной вариант жидкого мана-топлива, где крохи ебонита до нескольких литров развели присадками. Магически-алхимическая задача на первый взгляд была простая: после поджига форсунки огонек должен был давать контролируемый непрерывный выброс маны. При этом основной объем не должен был заняться следом за форсункой. О сложностях в достижении цели
