class="p1">– Тогда сотворим чудо, – оборвал его Норманфентон, – если нам это необходимо. Джентльмены! – Он встал, высокий и долговязый, с поникшими плечами, и говорил он спокойно. – Мы собрались не для того, чтобы обсуждать, можно ли взять Вест Пойт или это невозможно, а для того, чтобы сделать это.
Глубоко в его угрюмых глазах горел огонь, и Дикару показалось, что медленно и постепенно такой же огонь загорался в глазах других.
Глава VIII. Воинский клич
Дикар знал, что только дикая кошка способна в темном лесу увидеть, что он не часть дерева, к коре которого он прижимался спиной. Он знал, что азиафриканец, идущий по широкой сторожевой тропе, огибающей весь Веспойнт, не может его увидеть. Но Дикар боялся.
Он боялся, что азиафриканец уловит запах, который он сам ощущает так остро, запах зверей-людей, в глубине леса ожидающих времени, чтобы выполнить свою роль в плане, принятом военным советом.
Для Дикара запах так силен, что, хотя Норманфентон, Джондоусон и Уоштон снова и снова говорили ему, что азиафриканцы не могут его услышать, он не мог в это поверить. Он не мог поверить, что солдаты не слышали зверей-людей, шумно шедших за Группой от Горы. Не мог избавиться от страха, что азиафриканцы предупреждены, что они подготовили западню для американцев.
Иначе не может быть.
Неожиданно Дикар застыл. Крикнула сова – тихо и далеко. Крик повторился чуть ближе, потом снова и еще ближе. Голоса ночи летели к нему в темноте; теперь его очередь, и Дикар крикнул совой.
Азиафриканец остановился и повернул голову в сторону звука. Кожа на плечах Дикара натянулась; он поднял лук, наложив стрелу на тетиву. Крики совы звучали дальше в темном лесу.
Азиафриканец пожал плечами и снова пошел. Дикар, обретя способность дышать, считал крики, пока они не кончились. Все Мальчики Группы на месте. Дикар мрачно улыбнулся в своем укрытии.
Теперь черный был в десяти шагах от Дикара; в звездном свете представлял отличную цель. Дикар, сведя губы, отправил в ночную тишину резкий, далеко разносящийся свист древесной жабы. И закончился этот свист щелчком тетивы.
Из зеленой груди азиафриканца торчала стрела, ноги солдата подогнулись. Он упал, и самыми громкими звуками, сопровождавшими его смерть, были удар тело о землю и звон ствола ружья о камень.
В тихом лесу последовали другие щелчки и другие глухие удары. Двадцать один раз ударила крылатая смерть. Пробел длиной в двадцать один раз по сто шагов образовался во внешней линии охраны Вест Пойнта, но единственными звуками были только эти, еле слышные.
Это было началом.
Подходя к неподвижному телу на тропе, Дикар думал, как странно, что так много людей могут так тихо умереть; но еще более странно, что Группа, которую Старшие учили убивать только ради пищи, могла убить так много людей. Но эти смерти вызваны гораздо более важным поводом, чем голод.
* * *
Дикар снял с неподвижного тела патронный пояс, подобрал с земли ружье. Тяжело дыша, он вернулся к дереву, давшему ему убежище, и постучал рукой по стволу – такие звуки производят кролики в своих ночных танцах. И повернулся, почувствовав чье-то присутствие, которые не выдавал ни один звук.
– Дикар, – прошептала неясная фигура рядом с ним. – О, Дикар, я так боялась, что он увидит тебя, когда ты крикнешь совой.
– Но он не увидел, Мэрили. – Он протянул к ней руки, но на это не было времени. – Ты должна торопиться. – Он сунул ей в руки ружье и пояс с патронами. – Ты знаешь, что должны делать Девочки. Отнеси это Норманфентону для зверей-людей; они умеют с этим обращаться. Передай, что они могут продвигаться вперед до этой тропы. Быстрей, Мэрили.
Ее губы обожгли его, и она исчезла, но тут же рядом оказались другие фигуры, и меньшая из них прошептала:
– Я попал своему в шею, Дикар, и он упал, пытаясь выдернуть стрелу. Он…
– Тише, Биллтомас, – прошептал Дикар. – Это прошло и стало прошлым, а нам пора двигаться дальше. У тебя нож в руке?
– Да, Дикар.
– А у тебя, Карлбергер? Нож в руке, лук на плече, чтобы ты мог двигаться быстро и бесшумно?
– Да, Дикар.
Он видел только, что они стройны и не очень высоки, но знал, что это безбородая молодежь. Как дела у старших Мальчиков Группы Джонстоуна, Хэнфилда, Патоши и еще троих? Собрали ли они свои группы младших?
Дикар издал чррр – крик рассерженного скунса и услышал шесть таких же криков. Он получил ответ.
– Не разговаривайте, – прошептал Дикар. – Даже не дышите, если сможете. То, что мы сейчас сделали, это лишь ягодки по сравнению с тем, что впереди.
– Пошли! – возбужденно воскликнул маленький Биллтомас. – Чего мы ждем?
Дикар снова свистнул древесной жабой, и они перешли тропу часовых. Три тени, издающие не больше звуков, чем тень листвы вокруг, они шли по лесу. Лес кончился, теперь вокруг только кусты, видные в предательском свете звезд. Но враг должен быть совсем близко, чтобы понять, что подлеском идут люди.
Кусты кончились, и теперь склон покрыт только длинной сухой травой. Все мастерство Мальчиков не может остановить шорох этой травы, по которой они проходят. У Дикара пересохло в горле. Его лоб обвязан металлической лентой. Вчера во время долгого пути через лес Уоштон рассказал ему, что способен сделать пулемет.
Он легко коснулся Биллтомаса, ползущего рядом. Биллтомас остановился и лежал неподвижно. Шорох, который создавал Карлбергер, тоже прекратился. Дикар медленно поднял голову, так что его глаза оказались выше травы.
Запах азиафриканцев, остановивший его, исходил из каменного пулеметного гнезда, расположенного на склоне. Он видел стволы, торчащие из прорезей в круглой стене. Видел также светлый желтый квадрат – дверь.
Уоштон сказал ему, что если кто-нибудь из солдат в одном из этих дотов почувствует опасность, на дверь опустят железный занавес, холм ослепительно ярко осветят, и пулеметы разразятся дождем пуль. Дикар и его путники умрут, но что еще хуже, тревога будет передана в крепость. Сотни солдат проснутся и неожиданное нападение на Вест Пойнт будет сорвано.
– Ваш единственный шанс, – объяснил Уоштон, – проникнуть внутрь дота и убить всех солдат в нем, прежде чем они поймут, что происходит.
* * *
У Мальчиков было два преимущества. Азиафриканцы надеялись на линию часовых перед собой, но из-за того, что только что произошло, никакого предупреждения они не получат. И Мальчики ползли в траве, издавая не больше шума, чем ветер над их головами.
Они шумели даже меньше, чем ветер, когда снова двинулись по сигналу – прикосновению Дикара. Снова опустив
