однажды, зайдя расплатиться, Сергей увидел за дверью пустой гроб. «Меня дожидается», – объяснила старуха. Теперь он не мог отделаться от ассоциации, что в этих часах Илюшина и похоронят.
Сказать об этом Макару – чтобы тот перевесил чертов будильник! – было совершенно немыслимо. Оставалось привыкать.
Бабкин позвонил Маше, услышал, что у них с ребенком все в порядке, и, успокоенный, пошел заваривать кофе. Илюшин разговаривал по телефону. Закончив, он пришел на кухню с открытым ноутбуком и сообщил:
– Нашли «тойоту» Габричевского. Мне тоже сделай, только без сахара!
Кофемашина вздрогнула, зашумела, космически сверкнула огнями и исторгла из своего чрева жалкий кофейный плевок. Бабкин каждый раз поражался несоответствию между торжественностью подготовки и мизерностью получившегося продукта.
– Почему тридцать граммов кофе она варит вкусно, а сто для нее – непосильная задача? – сердито спросил он. – Ты столько выложил за эту дуру, что она должна стирать белье и возить тебя на работу. А я даже чашку американо у нее допроситься не могу! Что там с «тойотой»?
– А что там с моим кофе?
Бабкин вздохнул и поставил перед Илюшиным свою чашку.
– Белая «тойота» съехала с шоссе к Битцевскому парку в три часа ночи с минутами, – сказал Макар, одновременно что-то быстро печатая. – В двенадцать минут четвертого, если быть точным. Номера были заляпаны грязью. Один человек сидел за рулем, второй на заднем сиденье – оба в масках, закрывающих лица, и в бесформенной одежде. Водитель, вероятнее всего, женщина. Когда нам покажут запись и покажут ли вообще – неясно, поэтому я бы положился на Силаева. Раз он говорит, что фигура женская, значит, так и есть. Они съехали с шоссе на грунтовую дорогу, вытащили из багажника что-то, завернутое в большой пакет, и понесли в лес. Вряд ли ошибусь, если скажу, что это было тело Габричевского. Двадцать минут спустя эти двое вернулись, сели в машину и уехали. «тойоту» проследили до Восточного Бирюлева. Там они свернули, пропетляли по району и бросили тачку в одном из открытых дворов. А сами ушли пешком. Ну, или у них был подготовлен транспорт. Но я в этом сомневаюсь. Ногами проще.
Бабкин закатил глаза:
– Обалдеть! Под камерами вытаскивать труп из багажника – они что, идиоты?
– Идиоты или нет, а найти их пока не могут. – Макар допил кофе и помыл чашку. – Оперативная группа изучает записи с дворовых камер. Но там качество… сам понимаешь.
– Про спортивную сумку Силаев не говорил?
– Сумки не было.
– А хоть какое-то описание фигурантов? Рост, вес?
– Ничего. Но думаю, он упомянул бы хромоту, полноту или высокий рост. Несмотря на камеры, мы знаем ненамного больше, чем без них. Было очевидно, что труп тащили двое. Теперь стало известно, что Габричевского доставили к Битцевскому лесопарку в его собственной «тойоте». Скорее всего, эксперты найдут что-то в салоне – не отпечатки, так волосы. Но до какой степени это касается нашего дела, пока не ясно.
Бабкин вспомнил, что собирался выпить кофе. Он достал молоко из холодильника и вслух начал подсчитывать:
– Значит, в двенадцать часов Габричевский крадет кота. В промежутке с трех до семи вечера встречается с убийцей – или убийцами. В три ночи его тело выгрузили в лесопарке и оставили, даже закапывать не стали. Знали, что труп быстро найдут. Но прикрыли. Проявили деликатность! – Поразмыслив, он намазал маслом хлеб и порубил на него сверху холодную вареную сардельку. – Кота нет. Габричевского нам описывают как полное ничтожество. Но главное – он тунеядец, интроверт и игроман… – Сергей сел напротив Макара. – Слушай, а кража кота не могла быть заданием в игре? Ты успел посмотреть, во что рубился Габричевский?
– Шутеры и файтинги, – отмахнулся Макар.
Бабкин отложил бутерброд и мрачно уставился на него:
– Это что ты сейчас такое прочирикал?
– Перевожу: ходилки-стрелялки и махалки руками. Доступно?
– Вполне! – Сергей сделал первый глоток кофе и со вздохом облегчения откинулся на спинку стула. – Эх, неплохая была идея! Если у нас подлец-молодец живет анахоретом, друзей не завел, девушками не увлекается, откуда к нему может прийти идея стибрить кота?
Илюшин щелкнул пальцами:
– Кстати! Ты не совсем прав. Я посмотрел, с кем Габричевский переписывался в Ватсапе. Список не очень велик. Родители, брат, некая Эльза Страут…
– Что за имя такое?
– Пока не знаю, Яндекс ее не ищет. Но есть кое-что намного интереснее: Габричевский вел активную переписку с Любовью Яровой. Знакомое имя?
– Яровая, Яровая… – пробормотал Сергей. – Это же что-то из старого кино? Актриса?
– Писательница, и довольно популярная. У нее в Ватсапе создан свой чат, называется «Тук-тук». Так вот, Габричевский был одним из его участников.
Бабкин отставил чашку.
– Тук-тук? Что за детский сад?
Неожиданно Илюшин широко улыбнулся:
– Даю подсказку: это аббревиатура.
– Сразу сдаюсь. Хотя нет, подожди… Товарищество Упоротых Котоловов?
– М-да, – сказал Макар. – А еще кофе пьешь, чтобы взбодрить нейроны! «Тук-тук» расшифровывается как «Твоя Успешная Книга – Твоя Удачная Книга». Это сообщество для начинающих писателей, Яровая – его руководитель, модератор и ведущий. Я пробежался по ее сайту. Фактически она – кто-то вроде литературного коуча. Из того, что я увидел, получается, что Габричевский общался только с ней и с членами своего кружка.
– И с какой-то Эльзой Страут. – Бабкин одним глотком допил кофе и зачем-то посмотрел в чашку, как будто на дне могла оставаться дополнительная порция. – Надо пробить, кто она такая. Слушай, а может, сразу ей позвоним? Готов поспорить, наш порнограф отвез кота к ней.
– Почему ты так уверен?
– Ну баба, к тому же Эльза… – туманно объяснил Сергей. – В женщинах, знаешь, сильнее развито милосердие… И к кошкам они в целом теплее относятся.
– Дедукция на грани фантастики, – уважительно сказал Макар. – Впрочем, ладно, звони.
Телефон Эльзы Страут был отключен.
– Ну и пес с ней. – Бабкин сунул смартфон в карман. – Я вот что думаю, Макар… Убийцу Габричевского найдут довольно быстро. Следак работает не за страх, а за совесть: вон его ребятки камеры ухитрились проверить за два часа. Я бы полдня возился. Теперь они займутся телефоном Габричевского, определят, с кем он вчера встречался, прошерстят свидетелей и отыщут душегуба. Скорее всего, кто шляпку спер, тот и тетку пришил – в смысле, кто тюкнул Габричевского по кумполу, тот и забрал кота. Следак мужик противный, но упырь. На допросах тема Якова Соломоновича точно всплывет. Он потом еще нам будет припоминать, что раскрыл за нас дело, и требовать свой процент. Я это все излагаю не к тому, что мы можем сидеть на попе ровно и ждать результатов расследования… Нет. Но выпрыгивать из трусов и дублировать процесс, по-моему,
