никак не унимался. Приходилось забираться по броне. Отвык я это делать, пролазить внутри проще. Зато туман рассеивался.
Марк первым забрался на руку-платформу и посмотрел в бинокль.
— Их две! — сказал Марк. — Две ригги. Одна — осадный Рейтар, там, на холме. А под холмом Катафракт. Идёт в нашу сторону.
— Зараза! Дай сюда!
Я взял бинокль и уселся на технической ступеньке. Эй, а я тебя видел. Ригга Катафракт — это та самая, что обстреливала тюрьму. У неё желтая молния на лобовой броне. Она только что дала залп, но не в нас, а куда-то в сторону города.
Так, это точно заговорщики. И у них два шагохода.
В бою возникли новые обстоятельства, и у меня два варианта. Первый — попытаться увести Паладина подальше от этого места, надеясь, что эти две ригги пойдут за мной. Далеко не факт, что выйдет.
Второй — кружить с ними в бою, пока из города на помощь не придут ригги гарнизона. Это опасно.
И есть третий вариант, но он самый рискованный.
Осадная ригга класса «Рейтар» находилась выше второй. С холма стрелять хорошо, видно далеко, дальность стрельбы тоже растёт. Хотя ей наверняка пришлось далеко обходить, чтобы забраться сюда, ведь с этой стороны холм слишком крутой.
Да, план рискованный, но может сработать. Только сначала надо забраться внутрь машины. Я уцепился за орудийную руку-платформу и упёрся ногами в рёшётки секций охлаждения (которые вообще-то требовалось прикрывать при обстреле).
Теперь можно добраться до плеча, а оттуда пролезть в кабину. Марк уже ждал наверху. Вот и открытый люк. Я взялся за края, засунул внутрь ноги и спрыгнул сам.
Наконец-то нет этого ветра. Но какая же здесь вонь! Будто кто-то разбил кучу тухлых яиц. Так всегда пахнет горелый игниум, минерал, который применяют как топливо или взрывчатку. Значит то оружие, которое прожгло броню, как-то использует снаряды из игниума.
Марк запрыгнул следом за мной.
— Один живой, — шепнул он.
— Вижу.
Первому пилоту не повезло. В обугленном кожаном кресле сидели ноги в чёрных брюках и идеально вычищенных кожаных ботинках. И часть торса. Больше ничего не осталось. В спинке кресла видна обгоревшая сквозная дыра.
Второй пилот был жив. Светловолосый парень в чёрной кожаной куртке пилота сидел возле двери в электрокамеру, обхватив колени и глядя перед собой потухшим взглядом. На одном плече нашивка в виде жёлтого и объятого огнём копья.
— Он в ступоре, — сказал я. — Но хоть жив. Надо провести осмотр.
Мой голос привёл парня в чувство. Он посмотрел на нас и расстегнул кобуру, висящую у него на поясе.
— Вам конец! — выкрикнул он, выхватил револьвер и взвёл курок. — Это вам за Адама!
Глава 6
Я вытянул руку, чтобы прибить пилота цепью… но лучше мою способность не показывать при посторонних. Да и пилот не горел желанием нас убивать. Ствол револьвера, вообще нацеленный мимо, дрожал.
Руки у парня тряслись, как у алкоголика после запоя.
— Спокойно, — сказал я. — Мы пришли помочь.
— Мы пилоты, — добавил Марк. — И хотим завести эту малышку.
Сработало и без кровопролития. Пилот ригги взял револьвер двумя руками, чтобы спустить курок, но просто протянул оружие мне, боясь случайно выстрелить. Я спустил курок и убрал ствол в карман.
— Простите, — сказал пилот слабым голосом и снова отошёл к стене. — Я думал, это враги пришли.
Внутри кабины горел красный свет тревожной лампы. И понятно, как работает это Копьё. Заряд проплавил броню насквозь, уничтожил пульт управления, на пути сжёг пилота, кресло и ещё одну дверь, которая вела в электрокамеру. На двери был нарисован череп белой краской.
А этот парень с револьвером, скорее всего отходил в этот момент, потому и выжил.
Три кресла, но к креслу канонира, стоящего в середине кабины, не подведены системы управления огнём. Только перископы и прочая оптика. Понятно, это учебная ригга, на этом месте должен сидеть инструктор.
Оставшиеся два кресла для пилотов. Два пилота, всё управление должно дублироваться. И это хорошо, потому что пульт со стороны первого пилота почти уничтожен.
Над пультом висела стальная табличка с выбитой надписью:
'БРЛР — 117. Боевая ригга Лингерта Риггера. Класс Паладин. Наименование: Стальной Бык.
С пультом понятно. Я обошёл кресло с телом и открыл дверь электрокамеры.
Так, всё не так плохо, как думал. Я отогнал дым рукой. Лампы перегорели, как и часть проводки, но в самом верху горел огонёк. Чёрная свеча духа предков, как и во всякой ригге.
Многие думают, что это дань традициям, но давно мёртвый предок в своей свече был такой же необходимой частью управления, как дуговые контакторы, блок-магнит или реле времени. Без него топливо, игниум, не будет сгорать с нужной скоростью и температурой. Как-то это связано, но как именно, я не знал.
Хоть на что-то сгодились старые души. Если ещё не забывать, что с помощью такой свечи меня переселяли из тела в тело.
— Как быстро перезаряжается Копьё? — спросил я.
— Минут десять, — ответил Марк. — Оно долго остывает, и очень хрупкое. Почти как стекло.
— Значит, времени у нас мало.
— Мы заметили угрозу, — произнёс второй пилот, поднимая голову. — Адам сказал атаковать и…
Он взглянул на своего товарища, побледнел и отбежал к смотровому лючку. Теперь слышны только спазмы. Не, я хоть его и понимаю, но в такой ситуации он будет нам только мешать.
— Надо завести риггу, Марк, — сказал я. — Но сначала оценим повреждения. А этого надо отправить в укрытие. Дальше мы сами.
— Нет! — второй пилот отошёл от лючка и вытер мокрый от пота лоб. — Я не имею права бросать машину! Я должен остаться.
Он выпрямился передо мной, как перед старшим офицером.
— Представьтесь, пилот! — гаркнул я, вспоминаю старые времена.
— Ян Варга! — выпалил парень. — Второй пилот боевой ригги «Стальной Бык»! Первый пилот, Адам Сантек, погиб в бою.
Голос стал спокойнее, и его даже не стошнило, когда посмотрел на кресло. Тем лучше, меньше времени потратим, вытирая ему сопельки. Сейчас начнётся работа для уверенных мужчин, а не сосунков.
— Хорошо, Ян Варга. Я, Роман Загорский, принимаю командование на себя. Марк, ты назначен первым пилотом, Ян — ты остаёшься вторым, а я командую риггой.
Пока говорил, я усаживался в жёсткое и неудобное кресло канонира. Марк спихнул с кресла
