Тетрадью, из-под которой послышалось невнятное ворчание.
«Молчи, Май-Бритт, молчи. Лучше терпеть дурацкие шутки, чем остаться с ним один на один», сказала я себе. И чуть-чуть ослабила давление на затихшую тетрадь.
— Сдается мне, что вы, господин Виернарон, муд…
Я так хлопнула ладонью по тетради, что на мгновение испугалась, будто раздавила поганцев. Но лишь на мгновение.
— Прошу прощения за моих питомцев, господин Виернарон, — скороговоркой выпалила я.
— Ничего, — его глаза были холодны, как лед, — ничего. Как я полагаю, вы крепко связаны. Ваши эмоции находят отклик в поведении ваших питомцев, а значит мне нет нужды сердиться на них.
В аудитории висела напряженная тишина. Кажется, господин маг умудрился выпустить свою ауру из-под контроля и тем самым разбил пелену очарования, над которой работал с самого начала занятия.
— Ритуал я проведу на себе, — сказал Виернарон, когда тишина достигла своего апогея. — Я не боюсь ничего из того, что может всплыть. Невинность меня давно покинула. Итак, мы берем каплю крови и используем на ней простейшее заклинание, которое изучают на втором курсе. Познание сути. Вы спросите — почему же это считается магией крови? Потому что в данном случае мы познаем именно кровь. Весь смысл сегодняшнего урока в том, чтобы вы поняли — не все заклинания из книги крови всегда относятся к магии крови. Но любые заклинания, оказывающие воздействие на кровь — всегда магия крови. Путано, но логично. И вот, смотрите. То, что раньше говорило вам о степени свежести продуктов или о составе блюда, сейчас говорит о моем возрасте и общем состоянии здоровья.
Капля крови, подвешенная им в воздухе, превратилась в пушистый приятно-салатовый шар.
— Однородность цвета и повышенная пушистость — я молод и здоров. На сегодня все. Май-Бритт, задержитесь.
Я не успела испугаться, как вокруг меня воздвиглись две фигуры. И если поддержка Лин ожидаема, то Вер-Тарна, вставшая слева от меня… Это было странно.
— Если у вас есть вопросы по теме лекции, — холодно произнес Виернарон, — то подождите в коридоре.
— Я — Анндра, принявшая в семью Безродную. Я слежу за ней, я отвечаю за ее поступки перед главой рода.
— Я — Вер-Тарна, староста Второго Факультета. Из-за прискорбной случайности, сейчас мне приходится отвечать еще и за Третий Факультет, — тягуче, как-то мурлычаще протянула оборотница. — Мне от вас нужен лишь лист наказаний. Я отнесу его в секретариат.
— Куда? — оторопел дракон.
— В секретариат, там сидят ши-тари и заведуют всеми бумажками академии. Этот секретариат придумала и внедрила Доркас Каулен, — проворчала Лин.
А меня отпустило.
— Я не хотел доводить дело до бумаг, — мягко произнес Виернарон. — Зачем портить аттестат? Май-Бритт достаточно извиниться, да прибраться в моей аудитории пару вечеров. Официоз потянет за собой куда более серьезное наказание.
— Я не боюсь ни пятен в характеристике, ни серьезного наказания, — спокойно произнесла я.
— Признаться, — Виернарон отошел к кафедре и вытащил все ту же папку, — у меня есть листы наказаний, но я, видит Кас, не понимаю, как их заполнять.
— Вы часто поминаете это мелкое темное божество, — Лин склонила голову на бок, — не боитесь привлечь его внимание?
— Нет, — скупо произнес дракон.
И, противореча своим словам, быстро заполнил графы в листе наказания. А граф там было всего три: первая — место и время, вторая — суть проступка и третья — рекомендуемое наказание. Как правило, секретариат всегда шел навстречу рассерженным преподавателям.
— Прошу, — он вручил листок Вер-Тарне, а после лишь махнул рукой и девчонки вылетели за дверь аудитории.
Мы остались наедине.
«Я буду сопротивляться», промелькнуло у меня в голове.
И в этот момент он схватил меня за оба запястья и подтащил ближе к себе.
— Надеюсь, вы будете усердны Май-Бритт, — шепнул он, пристально вглядываясь мне в глаза. — Не стоит разочаровывать меня еще больше.
— Что вам за дело до меня, господин маг? — прищурилась я и одним движением освободилась из его слабого захвата.
Что, надо признать, меня удивило. Я не питаю особых иллюзий и точно знаю, что все мои боевые навыки, это уйти в скрыт и оттуда напинать противнику. Подло, но действенно.
— О, вы так важны, Май-Бритт, — он подошел вплотную ко мне и провел большим пальцем по моему лбу, — вы бесценны. Вы итог всего. И я дрожу рядом с вами.
Это он выдохнул мне прямо в губы. И меня едва не вывернуло прямо на него.
Отшатнувшись, я прижала к губам ладонь и с ужасом на него посмотрела. То, чем пахнет его дыхание… Этот смрад — не гнилые зубы и не больной желудок. Это гниение. Это сладковатый душок разложения.
Виернарон использует запретную магию, что дает своему адепту великую силу. Запретную магию, которая забирает здоровье.
От родов ли умирали его жены? Или он скидывал на них, беременных, откат? Но это невозможно, откат можно передать только родствен…
— Вы все еще здесь? — он, уже стоящий за кафедрой, усмехнулся, — или у вас есть ко мне вопросы?
— Нет вопросов, — хрипло произнесла я и, развернувшись, деревянной походкой вышла из аудитории.
Захлопнув за собой дверь, я чуть не рухнула на пол. Лин вовремя подхватила меня под руку и, не говоря ни слова, потащила в сторону.
— Мой кузен крупно проигрался в карты, а его родителям надоело платить, — пропыхтела она, и подтолкнула меня к арке, за которой скрывался коридор с малоиспользуемыми аудиториями.
— Давно пора, — я пожала плечами, — он уже берега потерял.
— Ага, а денег у него не оказалось и я отдала половину своих сбережений, — она хмыкнула, — в обмен на доступ в тайную комнату.
— А? — после произошедшего в аудитории я слабо соображала.
— Это не родовой дом, — напомнила подруга, — здесь каждый, кто обладает толикой ума и наглости, может создать свою собственную скрытую комнату.
— Мог, — поправила я ее, — это запретили еще до нашего рождения — от обилия скрытых комнат пространство Академии начало разрушаться. Я слышала, что планируют отыскать и уничтожить каждую комнату.
— Но старыми комнатами пользоваться можно, — усмехнулась Лин.
— Ты не говорила никогда об этом, — я склонила голову на бок, — почему?
— Он отказывался давать доступ, — скривилась подруга. — Переживал, что я буду туда парней таскать и, мгм, развлекаться по всякому. А он же на мне жениться планирует.
— Кузен?!
— Так он дурачок, — отмахнулась Лин, — что ты от него хочешь? Какой ум, такие и желания.
— Ясно.
А еще мне до судорог было интересно, нет ли подобной комнаты у моего бывшего рода. Наверняка ведь есть. Не могут великие специалисты скрыта не заиметь свою собственную комнату!
«Почему мне самой эта мысль не пришла в голову?» задалась я вопросом. «Ладно,
