— Я не успею. Физически не успею!
— Я хочу кушать. Я не усну на голодный желудок, — заваливаюсь на стул и наблюдаю как она раскатывает тесто. Скорей наблюдаю за ее сосками, которые торчат из под футболки.
— Кушайте, что хотите.
— Ты и готовить не умеешь?
— Я не собираюсь готовить. Я как вы видите, занята тортом.
— Пожарь яйцо. Уверен ты тоже проголодалась.
— Вот и жарьте, — она отставляет скалку, полоскает руки и спешно покидает кухню.
Мне остается только поднять свою задницу и готовить яичницу. Это единственное, что я умею. С беконом.
Она же вернется?
Тут же коржи, черт бы их побрал.
Уже жалею, что захотел этот торт. Сейчас бы с ней занимались чем-нибудь интересным, а не тортом.
Хотя. если бы ни этот торт, ее бы здесь не было.
Глава 8
АЛЕНА
Как вы считаете, нормально в таком настроении готовится к новому году? Когда хочется крушить все кругом и убить?
Да, правильно, тоже считаю не нормально. С таким паршивым настроением не встречают, не готовятся к новому году.
Вот сейчас я реально жалею, что не уехала к родителям.
Надо было послать к черту шефа с его корпоративом и новым годом. Встретила бы дома, с мамой и папой, в маленьком уютном доме, где тепло и уют, и родные, любимые люди.
Но я же не могу, черт бы меня побрал, бросить все и уехать. К черту эти горы! Да красиво и волшебно, но вся эта ситуация полностью выбивает меня из колеи. Этот торт, крем которого не удался с первых минут. Сгорело нахрен все. Молоко все пролилось и с успехом догорело и прилипло к плите. Которую я отмывала два часа. Вот оно мне надо?
И сейчас, вон время поздно, ночь, а мне эти коржи печь. С недотраханным боссом. В ом, что у него не доТрах, сомнений нет, он в открытую пожирает меня глазами. Надеюсь он съест свою яичницу и уйдет спать. А то от его взглядов, в мою сторону, я покрываюсь мурашками. Краснею и смущаюсь. Хотя я ничего не сделала, но мне стыдно. Будто я его провоцирую, потому я молча поднялась и надеваю лифчик. Черт бы его побрал, терпеть не могу носить лифчики. Особенно дома, но тут выбора нет. С самых первых дней, когда мама купила лифчик, я его возненавидела. Мне кажется он давит на мою грудную клетку, мне дышать тяжело в лифчике, потому я его надеваю только на работу, или когда куда-то выхожу с дома. А тут этот извращенец глаз не сводит с моих предательски торчащих сосков!
Надеваю сверху свою футболку и спускаюсь вниз, откуда мне уже доносится аромат яичницы с колбасой. Вроде колбаса. Рот сразу наполняется слюной. Я действительно проголодалась.
И запах моего коржа. Черт, подбегаю к духовке и быстро вытаскиваю противень с готовым коржом. Перекладываю на него новый раскатанный корж, и так по кругу.
— Покушай со мной, — Герман перекладывает на тарелки готовую яичницу с беконом.
— Мне надо раскатать очередной корж.
— Оставь пока, давай садись, нормально покушаем.
— Ладно.
— Нарежь пока пару огурцов и помидор, — это сейчас похоже на просьбу, а не на приказ, поэтому я молча достаю из холодильника овощи, мою, нарезаю. А Герман достает бутылку вина из холодильника, наливает в два бокала и садится за стол, напротив меня.
— Я не буду вино.
— Почему? Оно полусладкое и очень вкусное.
— Посмотрите кругом, сколько мне еще печь.
— Я помогу, — говорит, а сам смотрит на мои груди, я невольно тоже опускаю взгляд на свои груди, может что не так? Футболку задом наперед надела или что-то другое? Но вроде ничего, соски теперь не торчат, только вот от чего-то он все так же пялится на мои груди.
— Как вы себе это представляете? — я отламываю кусочек хлеба, руками беру яичницу, ем. Очень вкусно. А Герман ни ест, но глотает слюни, — ешьте, а то остынет. У нас тут одна духовка, так что благодарю за предложение помочь, но это невозможно, — Герман отмирает и начинает есть, — можете сразу подняться к себе спать. Я сама тут справлюсь.
— Я не оставлю тебя тут одну. Допечем вместе.
— Я справлюсь одна. Вы лучше спать идите, чтоб утром рано ехать за молоком.
— Ты со мной поедешь.
— Зачем? Вы три пакета молоко не сможете не купить?
— Я игрушки не смогу купить. Ты поможешь. Бери, — он поднимает бокал, и указывает на мой.
— Я если выпью, я не..-договорить не дает.
— Ты замерзла сегодня, выпей чтобы не заболеть.
— В таком случае надо выпить и лечь спать, тогда не заболею.
— Хоть раз, один раз молча послушайся, — и я как по команде, поднимаю свой бокал, стукаюсь с ним и пью. Оно такое вкусное, что идет по горлу, как по маслу.
Игристые пузырьки приятно щекочут горло, в животе сразу становится горячо. Ощущаю приятную легкость, улыбаюсь.
— Вкусное, — кладу в рот огурчик.
Не помню как и что пошло не так, но рот у меня не закрывается. Пока сидим едим, я заваливаю босса вопросами, на которые он отвечает. Рассказывает отрывки своего веселого детства, я же как сумасшедшая смеюсь, иногда делюсь отрывками своего детства Вечер, ночь проходит незаметно. За бокалом вина, я не замечаю, как выпекаю все коржи. Весело смеясь, шутя с Германом. Наверное вина моего и его игривого настроения-это безобидное, полусладкое вино, которое мы допиваем. Оставляем на кухне бардак и отправляемся спать.
— Я утром рано встану и все уберу, — пока поднимаемся по лестнице, я то ли ему, то ли себе даю обещание.
— Охотно верю.
— А есть повод не верить?
— Нет, — он останавливается, тянет меня за руку к себе, — Алена.
— Что? — его глаза жадно блуждают по мне.
— Ты очаровательна.
— Правда?
— Поцелуй меня, — тянет меня к себе, плотнее прижимается, одна рука
