«Что это было?» – спросил Роберт у Доминика, когда кораблик исчез из поля зрения.
«Космический катер», – ответил Доминик.
Это было еще одно из Забытых Слов. Так называли приспособление, позволявшее перевозить людей и грузы через небольшие водные пространства. Роберт сообразил, что в данном случае имеется в виду не водное, а космическое пространство небольшой протяженности. Ансон опустился на кочку рядом с Домиником.
«Шесть лет назад, – телепатировал Стогов, – когда стало известно, что мы приблизились к Надежде, в нашем отсеке кинули клич – кто желает стать первопроходцем. Первым ступить на Надежду. Я и моя жена были добровольцами. Нас и еще других таких же наивных идиотов спустили на Надежду – на этом маленьком кораблике».
Роберт почувствовал, что пауза затянулась, и решил подбодрить собеседника:
«Так вот откуда ты знаешь слово «зимний».
«Да… У нас были схемы, инструменты. Не было только оружия. За два года мы построили там, внизу, чудесный город. А потом нас пригласили на стадион. На праздник по случаю завершения работы».
«Стадион?»
«Ээээ… рекреация».
«Понял!»
«Это было вечером, – продолжал Доминик. – И когда включились огромные фонари над стадионом, люди начали умирать. Каждый, на кого упал этот свет, был словно сожжен им. Но… изнутри… я не знаю, как тебе объяснить…»
«Я знаю», – ответил Роберт.
«Знаешь?»
«Да. Судя по тому, что ты говоришь, в фонарях были стволовые жилы Корабля. Небольшие кусочки. Эти жилы нельзя обнажать. Они очень мощные, в них суть и дух «Нового Рассвета». Из них растут, например, туннели с лифтами, которые соединяют отсеки. Каждый нервожил знает это, – ответил Роберт спокойно. – Но как же ты выжил?»
«Выжил не я один, – ответил Доминик. – На стадионе было несколько мест, куда прямой свет не попал. Нас было человек пятнадцать, обожженных и насмерть перепуганных. Мы бежали в лес. Среди нас был Эйс Штильнахт – это он устанавливал свет на стадионе. Во время проб Эйс случайно подставил руку под свет и понял, как он опасен».
«Я думаю!» – воскликнул Роберт.
Индикатор кислорода снова начал краснеть. Пора было возвращаться. Но Роберт не решился поторопить собеседника.
«Мы долго скитались… Некоторые умерли от ран и голода. В лесу можно добыть пищу, но мы сначала совершенно не знали как. На нас охотились. И однажды я понял, что мы все здесь умрем – по одному. Надо нападать, а не бежать. Мы захватили один из катеров и вернулись сюда, на Корабль. Тут я узнал, что мы, оказывается, уже три года летим к другой звезде», – закончил Доминик.
Роберт немного подумал.
«Значит, шлюз для катеров находится где-то рядом, – сказал он. – Но вам не дойти до него по Обшивке, не хватит воздуха. Вот зачем тебе нужен воздуховод. Подзаряжать баллоны с кислородом по пути».
«Да, – сказал Доминик. – Мы заберем все катера, всех джонситов, что живут в краевых секторах, и улетим отсюда. В город, который принадлежит нам!»
«Я тебя понял… Нам пора возвращаться», – передал Роберт.
«Рваное солнце, и точно», – опомнился Доминик.
Они торопливо добрались по Обшивке до шлюза сектора Тонга. Цветы колыхались вокруг них. Сейчас их пламя стало невыносимо голубым. Роберт уже начал задыхаться, когда Доминик поменял ему баллон, а затем поставил новый баллон и себе. Путники ступили на живую дорогу, и она понесла их обратно. Когда они были уже на полпути к шлюзу сектора Палау, Роберт увидел свет в одной из жилых ячеек Тонга. Он схватил Доминика за плечо и указал рукой на свет.
«Этого не может быть! – изумился Доминик. – А нет, может…»
«Мы должны помочь им», – сказал Роберт.
«Нет, – сказал Доминик. – Это ячейка начальника охраны. Он чуял, к чему дело идет, и, видимо, загерметизировал ее».
«Мы поможем этим людям, кто бы они ни были», – ответил Роберт и сошел с дороги.
Ансон шел мимо полуразрушенных коттеджей, уже наполовину съеденных эрозией – в отсутствие воздуха и тепла она происходила очень быстро. Мимо жутковатых трубок промышленной части сектора. Когда он проходил мимо огромной круглой нашлепки Желудка, из которого подавалась еда во все коттеджи отсека, его догнал Доминик.
«Спасибо», – передал ему Роберт.
«Не за что, – ответил тот. – Я подумал, что это будет здорово – убить этого гада своими руками».
Ансон содрогнулся.
«А ты не думаешь, что он может быть тебе полезен? – спросил Роберт осторожно. – Как моя бригада, как я?»
«Нет, – ответил Доминик. – Доминго умеет только убивать людей и командовать людьми, которые убивают людей. А это умею и я сам».
Они поднялись по ступеням навсегда замершего эскалатора, который вел к жилым ячейкам на стене. Ячейка начальника охраны действительно имела более толстые стены, чем остальные. Роберт поднял руку и, чувствуя себя совершенно абсурдно, постучал. Внутри ячейки воздух все еще был, и звук раздался. Некоторое время ничего не происходило. Затем дверь приоткрылась. Роберт услышал свист, с которым кислород вырвался наружу.
– Скорее! – крикнул тонкий голос.
Роберт и Доминик ворвались в ячейку. Доминик захлопнул дверь. Она закрылась с омерзительным причмокиванием.
Роберт прищурился от света. Он увидел девочку лет двенадцати в синем джинсовом костюме и красном свитере. Длинные светлые волосы спускались на плечи. К лицу девочка прижимала кислородную маску. Глаза девочки, голубые и огромные, были устремлены куда-то под потолок. Роберт проследил направление ее взгляда и увидел датчик содержания кислорода. Красные цифры на нем сменились желтыми, потом зелеными. Девочка отняла от лица маску и приветливо улыбнулась Роберту.
«Послушай, она не может быть начальником охраны, – передал Роберт Доминику. – Эту должность можно занимать только с восемнадцати лет, а ей ведь нет и пятнадцати!»
«Я вижу! Кто ты такая?» – осведомился Доминик, но девочка и ухом не повела. Телепаты составляли примерно половину населения «Нового Рассвета». Сейчас перед ними стоял тот самый статистический «каждый второй», который не слышал мысленной речи. Роберт облегченно вздохнул. По крайней мере, убивать эту девочку Доминик не собирался. Стогов тем временем откручивал шлем. Девочка спокойно наблюдала за его действиями.
– Я так рада, что вы нашли меня, – произнесла она, как только Стогов смог ее услышать. – Мне было очень одиноко.
– Как тебя зовут? – спросил Доминик.
Роберт тем временем возился со своим шлемом. С непривычки ему никак не удавалось расстегнуть крепежную петлю. Доминик рассеянно протянул руку и отщелкнул ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
