Уже спустя пятнадцать минут Холли смотрела на простирающиеся за окном кареты просторы Мастерфилд-Парка. Такое огромное поместье и должно быть у герцога, полагала она. Дом оказался чрезмерно большим, но пропорциональным; старинная архитектура незатейливо сочеталась в нем с современными тенденциями.
Зато конный завод Эшуортов — конюшни, пастбища, закрытые загоны — поразил Холли.
Как только карета подъехала к широкой лестнице, ведущей в дом, им навстречу выбежала леди Сабрина в элегантном синем костюме для верховой езды, подбитом шотландкой.
— Все уже собрались на ипподроме, — сообщила она. — Скачки вот-вот начнутся.
— Скачки?
Холли обменялась недоуменными взглядами с сестрами. Они думали, что этим утром им всего лишь покажут лошадей.
— Разве вы не знали? — Леди Сабрина наклонилась, чтобы через Холли и Уиллоу посмотреть на Айви, сидевшую на противоположном сиденье. — Когда вы приезжали к леди Харроу, была весна, так что едва ли мой брат показал вам скаковой круг, который он обустроил тут в прошлом году.
С этими словами она забралась в карету.
Холли внимательно оглядела костюм для верховой езды, который так шел леди Сабрине, и приметила, что ее блестящие голубые глаза и светлые волосы были в точности такими же, как у брата.
— Вы собираетесь принять участие в скачках? — спросила она.
Сабрина иронично усмехнулась.
— Если бы я сочла, что мой брат стерпит это, то непременно поучаствовала бы, — сказала она в ответ. — Но нет, моя роль сводится к тому, чтобы продемонстрировать бег пары молодых кобылок и жеребцов — нужно показать, на что они способны на охоте. Не все чистокровные лошади годятся для скачек.
Про себя Холли не могла не восхититься молодой женщиной.
— Должно быть, вам очень нравится ваша жизнь здесь, — заметила она.
Леди Сабрина лишь молча пожала плечами.
Объехав дом, кучер направил карету по посыпанной гравием дорожке, которая, обогнув сад, убегала вперед еще на полмили. Владения Эшуортов были большими и впечатляющими. Уиллоу, видимо, была того же мнения, потому что она то и дело вертела головой, глядя на те интересные места, на которые указывала леди Сабрина.
— А это наши конюшни, — сказала леди Сабрина, указывая на постройки справа от них. — За ними есть каретный сарай. Первые постройки — это непосредственно конюшни. Наши личные лошади живут с правой стороны, а скаковые — с левой. Слева расположен и ветеринарный флигель.
Карета остановилась, и Сабрина спрыгнула на землю, не дожидаясь чьей-то помощи.
— Надеюсь, вы не против того, чтобы прогуляться? Скаковой круг находится позади закрытых загонов, это совсем недалеко.
Главные конюшни образовывали два крыла, соединенные широкой аркой. Повсюду пахло сеном и лошадьми. Женщины прошли под аркой. Двустворчатые двери с обеих сторон были распахнуты, и они увидели длинные широкие проходы между денниками, которые уходили вдаль и терялись в тени. Холли заметила конюхов, которые сновали взад-вперед с разнообразной лошадиной упряжью в руках. Ей ужасно хотелось прогуляться по одному из проходов, чтобы полюбоваться на лошадей Эшуортов, представлявших собой настоящее сокровище. Это желание было рождено ее собственным любопытством и чувством долга перед Викторией.
На солнечный свет они вышли посреди множества разнообразных загонов, окруженных аккуратно покрашенными заборами, где конюхи выгуливали около дюжины скакунов. Вдалеке, на пастбище, окружавшем Мастерфилд-Парк, паслись и играли на утреннем солнышке кобылы с жеребятами. Ближе к ним, около зданий, прогуливалось около сотни людей — настоящая живая мозаика из цилиндров, солнечных зонтиков и ярких шляпок с лентами. Некоторые сидели на стульях, выставленных вдоль ограждения, другие бродили по траве или пили прохладительные напитки в тени большого вяза.
— Господи, какое зрелище, просто дух захватывает! — воскликнула Айви.
— Боже правый, такое впечатление, будто все светские любители скачек собрались здесь! — восхищенно произнесла Уиллоу.
Леди Сабрина посмотрела на нее с некоторым удивлением.
— А чего же вы ожидали? — спросила она.
Холли с сестрами переглянулись.
— Лорд и леди Уилтшир, позвольте мне представить вам сестер Сазерленд: леди Харроу, мисс Холли Сазерленд и мисс Уиллоу Сазерленд. О, лорд Бичем, это…
Леди Сабрина представляла сестер собравшимся, когда они шли через толпу.
Повсюду их встречали с показной вежливостью, но Холли чувствовала, что на нее с сестрами поглядывают со скрытым любопытством. «Кто такие эти незнакомки, явившиеся на скачки?» — так можно было истолковать вопросительные взгляды гостей. Знают ли эти зеленые девицы, что к чему? Смогут ли их мужчины подобающим образом повлиять на них? Вдруг они бросят вызов сложившимся устоям, и это нарушит размеренную светскую жизнь?
— Они смотрят на нас, как на потенциальную угрозу их кошелькам, — тихо проговорила Холли после того, как леди Сабрина, извинившись, скрылась в толпе.
Айви со щелчком открыла свой солнечный зонтик.
— На этих аренах делаются и теряются целые состояния, и мы привносим свою долю в эту суматоху.
— Будьте предельно внимательны ко всем, с кем будете разговаривать, и при первой же возможности подробно все описывайте, — напомнила сестрам Холли. — Надеюсь, вы не забыли прихватить с собой записные книжки и карандаши?
Сестры кивнули, а Уиллоу похлопала по своему ридикюлю.
— Шпионаж все-таки очень возбуждает, не так ли? — усмехнулась она.
Айви приложила палец к губам, призывая сестру помалкивать. И выразительно взглянула на Холли. Та резко повернулась. Прямо у нее за спиной стоял Колин Эшуорт, на лице которого было вопросительное и удивленное выражение одновременно. Как давно он тут появился? Много ли слышал? Холли принялась лихорадочно припоминать, о чем они с сестрами говорили минуту назад.
— Мы с сестрами разговаривали об общих… вещах… о скачках, — нашлась она, надеясь, что бешеное биение сердца не вызовет прилива крови к щекам.
Не помогло даже то, что на нем был бархатный костюм для верховой езды насыщенного коричневого цвета, отчего его волосы стали казаться золотистыми, а голубые глаза потемнели до кобальтового оттенка, и то, что эти глаза замерцали, когда он наградил ее обезоруживающей улыбкой.
— Неужели? — спросил Колин.
— Разумеется. Мы приехали сюда, чтобы узнать как можно больше.
Что-то в ее широко распахнутых глазах вызвало у Колина подозрение, что он вмешался в разговор, не предназначенный для чужих ушей. Пока ее сестры улыбались ему, Холли Сазерленд, моргая, смотрела на него, явно пытаясь взять себя в руки и приготовиться…
