Читаем без скачивания Последние ритуалы - Ирса Сигурдардоттир

— И еще я узнал от доктора, что один из порезов на груди Гаральда сделан уже после его смерти. Сначала они подумали, что это недавнее тату, но при более пристальном рассмотрении выяснилось, что нет. Похоже на магический символ…

Маттиас достал из кармана ручку и потянулся за салфеткой. Он начертил символ и подвинул салфетку к Торе:

— В чем тут смысл, никто не знает. Полиция не смогла его расшифровать, и не исключено, что убийца импровизировал на месте. По другой версии, преступник нервничал, и у него не получилось так, как он хотел. Вырезать по коже, наверное, трудно.

Тора придвинула салфетку и посмотрела рисунок. Он напоминал поле для игры в крестики-нолики. Только на концах всех линий имелись дополнительные перекрестья, а в центральном квадрате был изображен небольшой круг, от которого отходила горизонтальная черта с полукругом на конце.

Тора вернула салфетку.

— Увы, я ничего не понимаю в магических символах. У меня когда-то было руническое ожерелье, но я не помню, что там что означало.

— Значит, надо поговорить с теми, кто разбирается. Боюсь, полиция в эту сторону не копала. — Маттиас разорвал салфетку на четыре части. — Убийце зачем-то требовалось нанести этот знак, он вкладывал в него какой-то смысл. В большинстве случаев преступники думают лишь о том, как побыстрее скрыться.

— Быть может, убийца — психопат? — предположила Тора. — Вряд ли кто в здравом уме станет вырезать на теле руны и выковыривать глаза. — Ее передернуло. — Или же обкурился до потери сознания. А это похоже на того парня, которого держат сейчас под арестом.

— Может быть. — Маттиас пожал плечами и отхлебнул кофе. — А может быть, и нет. Нам бы встретиться с ним как можно скорее.

— Я свяжусь с его адвокатом, — сказала Тора. — Пусть организует свидание, это в общих интересах. Если мы найдем настоящего убийцу, то тем самым оправдаем его клиента. Но перед встречей надо изучить все улики, а для этого получить от полиции следственные документы. Надеюсь, мой запрос уже у них. Родственникам потерпевших материалы расследования обычно выдают без задержки, за исключением особо деликатных случаев.

Маттиас взглянул на часы.

— Не осмотреть ли нам сейчас квартиру Гаральда? У меня есть ключи, и полиция уже вернула часть изъятого при обыске.

Тора согласилась. Она послала сыну эсэмэску, попросив на обратном пути из школы забрать сестру с продленки. Как-то спокойнее, когда Соулей дома. Гильфи нормально реагировал на ее редкие просьбы, а она этим не злоупотребляла. Не успела Тора закрыть телефон, как пришло сообщение от Гильфи: «Ок когда верн-ся?» Тора тут же ответила, что около шести, и задалась вопросом: чего это Гильфи интересуется, когда она придет? Наверное, хочет, чтоб никто его не дергал, пока он играет на компьютере. Странно, в последнее время он стал ее об этом спрашивать довольно часто. Потом позвонила в офис предупредить, что задержится. Никто не снял трубку, и после пятого звонка включился автоответчик. Пришлось оставлять сообщение неизвестно кому. Подходить к телефону — одна из основных обязанностей Беллы. Торе иногда приходилось звонить в офис, но трубку снимали только в половине случаев. Она вздохнула, зная, что бессмысленно это комментировать.

— Я готова, — сказала она Маттиасу, который воспользовался паузой и доел свой деликатес. Тора выпила остатки кофе, встала и надела пальто.

Они подошли к кассе. Маттиас заплатил, подчеркнув, что все расходы за счет Гунтлибов. Тора не знала: он так сказал, чтобы ситуация не выглядела как его приглашение — а значит, свидание, — или же просто оповестил ее о положении дел. Она неопределенно кивнула и поблагодарила.

Они вышли на холод и забрали машину с крытой автостоянки. Квартира Гаральда находилась в Тингхольте — центральном квартале Рейкьявика, на Бергстадастрайти, недалеко от Хверфисгата. Тора хорошо изучила движение по Тингхольту, когда начала работать на Скоулавёрдустигур, и без проблем сориентировала Маттиаса, хотя иностранцы там обычно путались: улиц не много, но все узкие и с односторонним движением. Они припарковались у дома с величественным фронтоном. Это был двухэтажный особняк, в прекрасном состоянии, к тому же на одной из самых престижных улиц, и Тора даже не пыталась представить себе его цену. Теперь понятно, почему в договоре аренды Гаральда указана астрономическая сумма квартирной платы.

— Ты здесь был? — спросила Тора, пока они огибали дом и шли к боковому входу. Парадная дверь, выходящая на улицу, вела к апартаментам на нижнем этаже, где, как сказал Маттиас, жили владельцы дома.

— Да, был, — ответил Маттиас. — Два раза приходил с полицией. Им требовался свидетель, когда они изымали документы и вещи и когда возвращали. Но по собственному, так сказать, почину я здесь первый раз. Мы осмотрим квартиру более тщательно, чем это сделали полицейские. Они уже тогда были уверены, что убийца — Хюги, поэтому проводили обыск достаточно формально.

— А квартира такая же странная, как и сам Гаральд?

— Нет, вполне обычная, — сказал Маттиас, вставляя один из двух ключей в дверной замок. Ключи висели на брелоке с исландским флажком, и Тора предположила, что его купил сам Маттиас. Она не могла представить Гаральда в туристическом магазинчике среди традиционных шерстяных свитеров и чучел местных птиц.

— После вас, — произнес Маттиас, открывая дверь.

Не успели они зайти, как из-за угла появилась молодая женщина и обратилась к ним на хорошем английском.

— Извините, — сказала она, поеживаясь на ветру и запахивая кофту. — Вы представители семьи Гаральда?

Судя по одежде, она только что вышла из хозяйской квартиры. Маттиас протянул женщине руку и сказал по-английски:

— Мы уже встречались. Вы передавали мне ключи. Я Маттиас.

— Да, я так и подумала, — сказала женщина, улыбаясь и пожимая ему руку. Она была элегантна, стройна, лицо и волосы ухоженные, явно состоятельная. Лишь когда она улыбнулась, Тора заметила морщинки вокруг рта и в уголках глаз и поняла, что хозяйка не так молода, как показалось вначале. Женщина протянула Торе руку.

— Здравствуйте, меня зовут Гвюдрун, — сказала она. — Мы с мужем сдавали Гаральду верхние апартаменты.

Тора назвала свое имя и улыбнулась в ответ.

— Мы тут хотели бы осмотреться. Не знаю, долго ли пробудем.

— О, не беспокойтесь, — поспешила сказать женщина, — я вышла только спросить, известно ли уже, когда освободится квартира. — Она снова улыбнулась, на этот раз как бы извиняясь. — Нам поступают предложения, вы понимаете.

Честно говоря, Тора не понимала. Насколько она знала, Гунтлибы продолжали платить за квартиру, а это должно быть выгодно: получать деньги и при этом не иметь хлопот с жильцами. Она повернулась к Маттиасу, ожидая, что он ответит.

— К сожалению, неизвестно, — сказал он. — Но ведь срок договора пока не истек. Ведь так?

Гвюдрун немедленно извинилась.

— Пожалуйста, не поймите меня превратно — конечно, это так. Мы просто хотели бы знать, когда родители несчастного Гаральда планируют его расторгнуть. Это дорогая собственность, и всегда хорошо, когда находятся жильцы, которые в состоянии платить назначенную цену. — Она смущенно взглянула на Тору. — Нам поступило предложение от инвестиционной компании, не хотелось бы им отказывать… Отчасти это зависит от ваших планов. Вы же понимаете, что я имею в виду.

Маттиас кивнул.

— Я понимаю, но, к сожалению, обещать ничего не могу, — сказал он. — Многое зависит от того, что мы выясним, разобрав вещи Гаральда. Не хотелось бы упустить ничего, что может иметь отношение к случившемуся несчастью.

Дрожа от холода, женщина кивнула:

— Да-да. И если я могу как-то посодействовать, пожалуйста, непременно дайте мне знать. — Она вручила им свою визитную карточку.

Тора достала свою и протянула ей:

— Звоните, если вспомните что-нибудь, что могло бы нам помочь. Мы пытаемся выяснить, кто убил Гаральда.

Хозяйка дома вытаращила глаза.

— Но ведь убийцу уже арестовали!

— У нас возникли некоторые сомнения, что убийца именно тот человек, — как можно мягче сказала Тора, заметив, что женщина потрясена. — Не стоит беспокоиться. Кем бы он ни был, он вряд ли сюда заявится.

— Нет, не в этом дело, — пролепетала Гвюдрун. — Просто я думала, что все закончилось.

Они попрощались, и Тора с Маттиасом вошли наконец в прихожую. Белая лакированная лестница вела в апартаменты на верхнем этаже. Здесь же была дверь, за которой, как сказал Маттиас, находится общая бытовая комната. Наверху Маттиас открыл квартиру вторым ключом, и они вошли.

Первое, о чем подумала Тора, изумленно озираясь по сторонам, — что Маттиас довольно свободно обошелся с правдой, когда описал квартиру как «вполне обычную».

Глава 8