старший из братьев Блум тайно воздыхал пригласила Санни пойти с ним на весенний бал.
Александр познакомился с Бекки на литературном салоне, внеурочном кружке, на котором ученики обсуждали книги, прочитанные в свободное время.
Бекки, как и Александр обожала читать, но так же придумывала и свои собственные истории. Александру нравилось то, что девушка всегда была готова выслушать и принять критику, высказать и конструктивно обосновать свое мнение, где-то проявить чувство юмора или ответить колкостью.
Но увы, как оказалось у Блумов были схожие вкусы. Корвус подошел к младшему брату на перемене и сказал:
– Я слышал, вы с Бекки идете вместе на школьные танцы, это правда?
– Да, Корви, а что такое?
Корвус замялся и нехотя ответил:
– Просто ты знаешь… она давно мне нравится… ты не мог бы, ну скажем, заболеть, чтобы я пошел с ней на осенний балл? Пойми, Санни, я уже так давно люблю ее, что если ты откажешься, я наверное умру, ведь жизнь без любви, лишь жалкое низменное существование.
Александр тогда подумал, что не может пожелать нечто подобное своему брату. Он прекрасно понимал, каково это, страдать, ведь он так же был влюблен в Бекки и тот факт, что он должен был уступить ее старшему брату означал, что страдать теперь придется ему. И нем не менее он согласился, он отказал Бекки, сославшись на то, что завалил тест и не может пойти с ней на вечер. Ошеломленная Бекки не знала, что делать и поэтому, когда Корвус подошел, чтобы пригласить ее на балл, она, в смятении, согласилась.
На осеннем балле Корвус пытался поцеловать Бекки, а когда та отказала выболтал ей, что ее Александр намеренно не захотел пойти с ней танцевать, ведь она недотрога и страшная фифа. Так, одним небрежным словцом Корвус испортил целых две любовных истории: свою и своего брата, ведь узнав, что Александр соврал ей про оценку девушка поверила и в остальные росказни Корвуса и больше никогда не заговаривала с Александром. А тому не хватило смелости подойти и объясниться.
Сейчас Александр сидел в полной темноте и гадал, почему же всю жизнь брат настолько ненавидит его. Он вышел из дома и направился в лес. Блум… наверное он видел его в последний раз. Его сердце обливалось тоской, когда он видел, как медленно умирает любимое в его жизни место.
Когда то давным давно Герман Блум с его экспедицией потерялись и несколько дней блуждали по лесу в поисках выхода. У них не было ни еды, ни воды и они мечтали только об одном – найти выход из леса до того, как начнутся заморозки. Они молили богов леса дать им возможность найти источник воды, ведь без живительной влаги они не протянули бы и недели.
На последний день, когда запасы воды были осушены, исследователи оказались на полянке у ручья. Они вдоволь напились воды и принялись дальше молить духов леса об удаче.
Тогда ученые попросили у лесных духов еще и немного еды и о чудо, на следующее утро они выбрели на заросли дикой голубики и лесных орехов, смогли наестся и пополнить запасы провизии. А уже через два дня они смогли выйти на место, которые сегодня называли Земляничной Поляной. Именно с этого времени появилась легенда о том, что духи леса Блум способны исполнить сокровенное желание любого в лес входящего в лес с чистой душой.
Суждено ли было сбыться желанию Александра? Он вошел в почти опустелый лес. Вокруг него был лишь сухостой, ничто уже нельзя было вернуть. Время Блума ушло. Жизнь ушла из него. Только где-то вдалеке каркал ворон. « Я хочу, чтобы малышка Мия осталась жива, чтобы отходы от фабрики не убили ее. А для этого есть только один выход» сказал про себя писатель. Александр зажег факел. Огонь отразился в глазах писателя. Он бросил факел на сухую траву. По его лицу текли слезы. Перед ним пылало обжигающее дикое пламя. Все было кончено. Так было нужно… Он развернулся и пошел по направлению к пряничному домику.
На пороге к нему бросилась Эмбер.
– Александр, мне правда жаль, я думала, что исследование было нужно для того, чтобы сюда провели дорогу, поставили вышки или что-то в этом роде. Если бы я знала, что они посягнут на лес, то никогда бы не ввязалась в это. Я… я любила этот лес… Прости, Александр, ты… ты слышишь меня?
Она посмотрела ему в глаза. Они были полны грусти.
– Да ладно тебе, сказал писатель, он открыл дверь и жестом пригласил Эмбер войти.
Она села на диван у камина, а Александр взял свою рукопись и стал рассматривать ее, теребя в руках. Хотя была ночь Эмбер видела его лицо из-за светящегося за окном зарева от лесного пожара.
– Александр, давай уедем…я ушла с работы, мы уедем далеко отсюда, в тихое место, мы… мы сможем наслаждаться жизнью друг с другом, ты будешь писать, а я заниматься исследованиями, мы будем счастливы, мы сможем обрести покой и уют.
– У меня уже был покой и уют, но я их потерял, со вздохом сказал Александр и слабо улыбнулся ей, мы не сможем ничего вернуть, нам остается лишь два пути : оставаться с тем, что есть или исчезнуть, забыть обо всем, что было и начать все заново. Он помедлил, опустился перед камином на колени, бросил в огонь рукопись и стал наблюдать, как в пламени исчезают листы бумаги с эмблемами « Блум Принт Корпорейт ». Он смотрел и плакал. Он видел этот лес в последний раз. Воспоминания из детства, история его семьи, мгновения радости и счастья…Они тлели и превращались в пепел перед ним, прямо у него на глазах… Такие прекрасные, хранящие столько сокровенных воспоминаний и прекрасных мгновений, ветви этого леса… Прощай, Блум…
