поворачивается ко мне. Сначала смотрит в глаза, а потом её взгляд ползёт вниз, на мою одежду.
— Ты переоделся, — замечает она задумчиво.
Но больше ничего не говорит.
Может, сегодня день такой? Магнитная буря? Затмение?
Сейчас Дашка выглядит как Лерка. Так, словно её обидели.
Но я вроде ничего такого не сделал...
— Познакомишь со своим новым другом? — киваю на пса у её ног.
Моргнув, Дашка тоже переводит на него взгляд, и на её губах расцветает немного неуверенная улыбка.
— Он не сказал мне, как его зовут...
— Тайсон! — неожиданно орёт кто-то за нашими спинами. — Тайсон, ко мне!!
Мы оборачиваемся. К нам приближается какой-то мужик с поводком в руке.
— Это Ваш? — Дашка изумлённо взирает на собаку и на его хозяина.
Пёс уже вовсю вьётся у его ног.
— Да, — мужик глухо смеётся, потрепав пса за холку. — Пол утра его ищу. Не бойтесь. Он, вообще-то, неагрессивный.
— Что Вы, что Вы! — восклицает Дашка. — Он составил мне отличную компанию. Мы даже вместе позавтракали.
— Вот попрошайка!
Хозяин собаки расплывается в улыбке. Пристёгивает поводок к ошейнику, который, оказывается, был на шее пса. Но под густой шерстью его тяжело было разглядеть.
— Здорово, что он не бездомный, — с улыбкой говорит Дашка. — И что Вы так быстро его нашли.
— Хорошего дня, молодёжь, — машет нам на прощание мужик. Обращается к псу: — Пошли домой, Тайсон!
Тот, виляя хвостом, уходит с хозяином.
Мы с Дашкой переглядываемся. И если незнакомцу с собакой она улыбалась, то мне явно не собирается. Вздёрнув нос, вновь смотрит на море.
Это злит!
Я вскакиваю с качелей. Встаю перед ней.
— Рязанова, ты не с той ноги встала?
Она равнодушно пожимает плечами.
— Возможно... А что? Такая девушка тебе не нужна? Она должна быть всё время как кукла? Постоянно улыбаться?
— Нет! — отрезаю я. — Мне нужна нормальная. Не кукла. Живая! Но нормальная!
— Значит, я ненормальная. Смирись, Артём!
Если прямо сейчас не уйду, то мы наговорим друг другу лишнего.
— Увидимся позже, — бросаю ей и обхожу качели.
Мне в спину доносится:
— Ты ещё не передумал? Может, откажешься от этой дурацкой сделки?
Развернувшись к ней, отвечаю:
— Не дождёшься. Я не изменю своих планов.
А про себя добавляю: «Нравится тебе это или нет, но на все каникулы ты моя. Со всеми вытекающими последствиями».
Иногда мне хочется быть моим братом, чёрт возьми! Потому что он никогда не задумывается о последствиях своих действий. И всегда прёт напролом. В то время как я полон сомнений.
Но я не он... Хотя... Можно попробовать и его тактику.
Глава 11
Артём
Я же говорил Дашке, что могу взять ключ от её номера. И взял.
Потому что с самого утра она избегала меня.
На звонки и сообщения не отвечала. И по номеру, видимо, передвигалась на цыпочках, потому что там всё время стояла гробовая тишина. Ну и дверь, соответственно, она тоже не открыла.
Поэтому я сам это сделал.
Управляющий не знает, что я спёр ключ, если что. И я стараюсь не думать о последствиях своего поступка.
Оказавшись внутри, тихо прикрываю дверь за собой. Прислушиваюсь. Негромко играет музыка... Вроде бы в душевой. И вода шумит. Значит, Рязанова в душе.
Это будет чертовски интересно...
Я подхожу к дивану и сажусь. Скрестив руки на груди, упираюсь взглядом в дверь ванной. Минуты через две и музыка, и вода выключаются. Но, кажется, Дашка решает допеть песню...
Невольно улыбаюсь, слушая, как она перевирает все слова. Но голос у неё красивый, мягкий...
Дашка перестаёт петь, и через минуту дверь распахивается. Рязанова в одном полотенце, которое обмотано вокруг её стройного тела и закреплено над грудью, выплывает в гостиную. Волосы и плечи мокрые. Глаза опущены вниз. И пока она меня не замечает.
Идёт к спальне, уже почти заходит внутрь, но вдруг останавливается как парализованная. Медленно поворачивается ко мне.
А я совершенно серьёзно, без улыбки, бросаю:
— Бу!!
Она отпрыгивает. Начинает прикрываться руками.
— Ты офонарел, Соболев?! Какого чёрта ты здесь делаешь?!
Рванувшись, пытается скрыться в спальне и захлопнуть дверь, но я вскакиваю и в два прыжка оказываюсь рядом. Выставив ногу, не даю двери закрыться. А потом и вовсе врываюсь внутрь.
Наступаю на неё до тех пор, пока Дашка спиной не врезается в шкаф. Она выставляет руки перед собой, которые тут же упираются в мою грудь.
— Давай только без глупостей! — грозно говорит она.
Испуг уже сменился раздражением. Но я и дальше собираюсь её пугать. Сомкнув руки на талии девушки, прижимаюсь теснее. И шепчу возле виска:
— Ты такая красивая, Даша... Едва в руках себя могу держать.
— Господи... Что? Да пошёл ты!! — пытается меня оттолкнуть. — Что ты себе позволяешь?!
— Я позволяю себе то, что хочу! — отрезаю я. — Ты же здесь совсем одна! Никто тебе не поможет, ты ведь понимаешь?
Она ничего не отвечает. Я немного отстраняюсь, чтобы заглянуть в её лицо. У Дашки дрожат губы, а во взгляде реальная паника.
Я перегнул палку...
— Ты не посмеешь, — выдыхает она.
Наклоняюсь к её уху, задев губами щёку девушки. Она вздрагивает, когда я начинаю шептать:
— Конечно, не посмею... Но не уйду и не позволю тебе одеться, пока ты не расскажешь мне, что произошло.
Резко отпрянув от неё, подхожу к кровати. Вытягиваюсь на ней, скинув обувь. Заложив руки за голову, смотрю в потолок и лениво протягиваю:
— Начинай, Даш. Я жду!
Она долго молчит, и я перевожу взгляд с потолка на неё. Рязанова стоит всё там же, у шкафа, уперев руки в бока. И сверлит меня недобрым взглядом.
— Ты в своём уме? Встань с моей кровати!! И уходи!
— Я же сказал, что не уйду. Но тебе, видимо, нравится, когда я веду себя грубо. Рассказывай, что случилось! Вчера мы хорошо провели время, а сегодня ты называешь меня пикапером!
Порывисто сажусь. Обещал себе не заводиться, но, увы, не получается. Дашка иногда реально бесит.
— Я хочу понимать, что произошло, раз сегодня я стал
