Этим вечером Эвелин провела много времени перед зеркалом. Она никак не могла выбрать наряд для сегодняшнего бала. Три раза переделывала прическу, дважды меняла обувь. Наконец выбрала платье из голубого шелка. Надев его, она пришла в ужас.
Но в платье из розового шелка она, к сожалению, выглядела еще хуже. Ей так не хотелось привлекать к себе внимание!
Собственно говоря, ей никогда не нравились балы. А сегодняшний бал, видимо, станет худшим из всех, на которых ей довелось присутствовать, потому что ей придется танцевать с Мартином. Мартин! Впрочем, может, до этого и не дойдет. Он скорее всего забудет о том, что собирался потанцевать с ней. Ведь раньше он всегда забывал о ее существовании. Вернее, вообще не помнил. Если и на этот раз лорд Лэнгдон проигнорирует ее, что ж, Эвелин не будет разочарована. Если у нее есть хоть капля здравого смысла, то она должна только обрадоваться этому. И вздохнуть с облегчением.
Наконец настало время ехать на бал. Эвелин вышла из комнаты в коридор и закрыла дверь. В эту минуту за ее спиной раздался щелчок – кто-то тоже запирал дверь другого номера.
– Какой сюрприз! – услышала она рядом с собой мужской голос.
От неожиданности Эвелин вздрогнула. Ее поразило не то, что мужчина заговорил с ней, а то, что его голос показался ей знакомым. Она резко обернулась. Перед ней стоял Мартин. Кого-кого, а уж его-то Эвелин никак не ожидала сейчас увидеть. Ее рука все еще сжимала дверную ручку.
На Мартине был официальный черный костюм, под ним белый жилет, белая шелковая сорочка и очень красивый галстук-бабочка. Его густые черные волосы крупными волнами падали на широкие плечи. В голубых глазах прыгали озорные огоньки.
Эвелин смутилась, но быстро взяла себя в руки.
– Да, действительно, – холодно ответила она, надеясь, что Мартин уловит сарказм в ее голосе.
Он повернул ключ в замке, а потом с улыбкой посмотрел на Эвелин:
– Кажется, вы преследуете меня, миссис Уитон.
Эвелин пожала плечами:
– А мне показалось, что это вы преследуете меня. Я была просто готова оттрепать вас за уши сегодня днем за вашу очередную выходку.
Мартин засмеялся, и его голубые глаза снова озорно заискрились.
– О, вы совершенно правы! Так и надо было сделать. Видит Бог, я заслужил это, потому что вел себя как последний негодяй.
Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, а потом Мартин шагнул к Эвелин. Его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ее лица. Она была вынуждена отступить назад.
Мартин оперся рукой о косяк двери и слегка наклонился вперед. Эвелин почувствовала, как кровь быстрее побежала по венам. Она не привыкла к такому фривольному обращению со стороны мужчин.
– Хочу сказать, что в какой-то момент во время нашего сегодняшнего разговора мне показалось, что вы действительно не можете вспомнить меня. Я-то ведь все помнил. Ну, по крайней мере большую часть…
Эвелин снова вздохнула, ее сердце продолжало оглушительно стучать.
– Как я могла забыть? Вы так отчаянно флиртовали с моей подругой, что она поверила, будто между вами существуют какие-то романтические отношения, что вы любите ее. А потом выяснилось, что все это лишь игра. Сердце бедной Пенни было разбито. И вы еще смели обвинять меня в том, что из-за моих необдуманных действий вас отстранили от занятий!
Мартин ухмыльнулся. Эвелин, не отрывая глаз, смотрела на его полные, чувственные губы. Подбородок и щеки Мартина были тщательно выбриты, но на них лежала едва заметная голубоватая тень. Ей вдруг захотелось провести ладонью по его лицу. Эвелин улыбнулась и на мгновение закрыла глаза, Нет, лучше не стоит думать о всяких глупостях.
– Все совсем не так, миссис Уитон, – проговорил он своим теплым, бархатистым голосом.
Эвелин решительно покачала головой и усмехнулась:
– По прошествии стольких лет вы по-прежнему не хотите отвечать за свои поступки.
– Вы тоже. Более того, вы ведь упорно носите маску непогрешимой добродетели. Если бы вдруг все узнали о том, как себя вела жена викария в юности, вот было бы разговоров!
На лице Эвелин появились отстраненность и холодность.
– Не понимаю, о чем вы, сэр.
Мартин улыбнулся, его глаза засветились радостью. Теперь в нем не осталось ни капли той горечи, которая так ясно проступала на его лице в тот день на перроне… И он снова поддразнивал ее, шутил с ней, очаровывал ее. Да, скандальная репутация лорда Лэнгдона возникла не на пустом месте.
Именно в этого ловеласа так безнадежно была влюблена ее подруга. И, видимо, не только она. Очаровательный негодяй. Чемпион.
Но с какой стати Мартин пытается очаровать ее сейчас? Раньше он и внимания-то на нее не обращал, ведь Эвелин никогда не отличалась красотой.
Ах, как же она могла забыть? Все дело просто в ее наследстве! Ведь это именно та причина, по которой и другие мужчины принялись активно за ней ухаживать. Она только что сняла траур и теперь была готова к заключению нового брака. Это ли не повод интересоваться ею? Но, надо признаться, женщине это не может не льстить.
«Или Мартин просто хочет одержать победу над своим соперником, лордом Брекинриджем?» – вдруг спросила себя Эвелин. Она заметила, что эти двое стараются ни в чем не уступать друг другу.
Но как бы там ни было, по какой бы причине лорд Лэнгдон ни пытался ее соблазнить, она не должна поддаваться ему. Во рту у Эвелин пересохло.
– Ваша репутация может стать в одно мгновение такой же скандальной, как и моя, – проговорил он. – Ведь для этого есть почва. И все вышесказанное означает, что мы с вами одного поля ягоды. Разница лишь в том, что вы известны как добродетельная женщина, с массой мыслимых и немыслимых достоинств, а я… Я обладаю как раз прямо противоположными качествами. Моя известность основывается именно на них, как это ни прискорбно.
Эвелин напряглась.
– А я полагала, что вы стали знаменитым благодаря победам в двух предыдущих регатах, – сказала она. – Я ошибаюсь, да?
Он снова улыбнулся:
– Нет, не ошибаетесь. Вы ведь умная женщина.
Под его тяжелым пристальным взглядом Эвелин опустила глаза. Господи, как глупо она себя ведет! Смущается, как девчонка. Но на нее всегда так действовал Мартин. Когда он стоит с ней рядом, такой красивый, чувственный, такой обаятельный, она просто теряет голову.
Ее сердце колотилось. Ей надо успокоиться и еще раз напомнить себе, что перед ней стоит Мартин Лэнгдон, безжалостный соблазнитель, искатель приключений, авантюрист и известный сердцеед.
А она всего лишь Эвелин Уитон, набожная, скромная серая мышка.
Привычным жестом поправив очки, Эвелин оттолкнула его.
– Вы правы в одном, лорд Мартин. Я умная женщина. И прошу вас, помните об этом.
