в столицу, обязательно найду время и, кроме отчёта о моей научной деятельности, напишу путевые заметки лёгкого содержания.
Чтобы ничего не забыть и не упустить интересных деталей, я буду описывать всё, что покажется мне достойным внимания. Позже я буду опираться на собранные здесь заметки для более точного изложения истории моего путешествия.
Дата: 2-е мая 1898 года
Сегодня осматривали усадьбу и знакомились с людьми. Нужно отдать должное хозяину: здесь всё устроено замечательно. Дом не дом — дворец. Мои покои напоминают княжеские. Я просто утопаю в непривычной мне роскоши. Но это не главное.
Более всего меня поразила лаборатория. Я бывал во многих университетах Европы и могу со всей ответственностью сказать, что едва ли хоть один из них может похвастаться той степенью оснащённости, которой обладает лаборатория Ирия. Я давал рекомендации Михаилу Николаевичу, но не думал, что он столь педантично выполнит их все.
Лучшего и желать нельзя: уединённое живописное место, загадка природы, благородная миссия поиска лекарства от неизлечимой болезни и новейшая лаборатория для работы. Что ещё может желать скромный учёный? Михаил Николаевич предугадал все мои желания и даже больше!
Дата: 3-е мая 1898 года
Привёл лабораторию в удобный мне порядок. Оборудование распаковано и установлено на места.
Ходил сегодня к озеру. Оно необычно. Кажется, в нём никто не обитает. Живущие тут уже пару месяцев работники говорят, что пытались ловить рыбу, но ничего не поймали.
Завтра возьму сачок и поищу каких-нибудь небольших беспозвоночных на мелководье вдоль береговой линии. Конечно, это не моя область, но думаю на досуге собрать коллекцию местных видов. Полагаю, они могут иметь ценность для коллег в университете. Переправлю Илье Петровичу с оказией.
Сегодня были взяты первые пробы воды у берега на простой химический анализ. Занёс в журнал результаты. Пока ничего необычного, но делать какие-то выводы можно будет лишь по окончании всех исследований.
Далее в журнале аккуратной таблицей были записаны данные, полученные профессором. Я неплохо знал основы химии, так как она являлась одним из обязательных предметов, которые изучаются в академии будущими врачами. Полученные данные описывали кислотность воды и содержание в ней некоторых солей. Также были сделаны пометки о физических свойствах воды. Отдельной ремаркой было упомянуто, что вкус она имеет необычный, приятный, хотя и слабо различимый.
Потом пошла череда дней, где скрупулёзно описывались опыты, которые проводил Август Альбертович: нагревания, выпаривания, смешивания с различными реактивами. В общем, это была рутинная часть журнала, которую я читал бегло, не заостряя своего внимания.
Такие части не были в полном смысле научным журналом, все результаты анализов и протоколы опытов профессор заносил в отдельные тетради, здесь же были скорее некоторые выводы и идеи, отображавшие ход научной мысли учёного, вперемешку с личными переживаниями. Далее Август Альбертович отложил на время литературный труд, видимо, углубившись в исследования, поэтому следующая заметка личного характера была написана спустя почти три недели.
Дата: 22-е мая 1898 года
Сегодня взял себе отдых.
Днём вернулись геологи-разведчики, работающие на Михаила Николаевича. Они обследовали подножие горного хребта далеко к северу от Ирия. Не вникал в подробности, ибо это вопрос коммерческого интереса промышленника.
Похоже, экспедиция оказалась успешной. Группа прибыла в Ирий в прекрасном расположении духа. Да и Стужин был после разговора с начальником партии в приподнятом настроении.
Накануне разведчики добыли лося, мясо было отдано женщинам на кухню, а мужчины отправились в баню смывать дорожную пыль.
Вечером был устроен небольшой праздник на открытом воздухе. Перед домом был установлен стол, который к ужину накрыли.
Естественно, главным блюдом была лосятина, под которую Михаил Николаевич велел принести превосходное красное вино из своих запасов, для которых в усадьбе устроен отдельный погреб.
Пир удался на славу. Хозяин произнёс тост за процветание Ирия и всего нашего начинания. После чего подарил всем мужчинам прекрасные охотничьи ножи, с красивыми ручками из лосиного рога, лезвиями из булата и гравировкой «Ирий» на них. Буквы были нарисованы в древнерусском стиле, столь любимом Михаилом Николаевичем. «Первопоселенцам и первопроходцам нашего рукотворного рая!» — так он объяснил символизм своего подарка.
Ножи эти изготовлены на одном из его заводов и являются предметом его гордости. Да и стоят они недёшево, судя по всему. Я не разбираюсь в ножах, но бывалые разведчики и охотники восхищались и цокали языками. Мне, естественно, тоже был презентован один.
Когда стемнело, развели костёр. Из дома принесли самовар. За чаепитием собралась вся усадьба.
Разведчики развлекали нас рассказами о своих приключениях. Среди них был проводник из народа вендов. Мы попросили рассказать его местные легенды, и он охотно поделился ими.
Особенно впечатлили его рассказы о борьбе каких-то сверхъестественных сущностей. Я почти уверен, что никто всерьёз не изучал богатейший фольклорный материал этого исчезающего народа. Когда проводник снова окажется в Ирие, я обязательно выкрою день и запишу все его истории, выспрашивая подробности.
Венд также сказал, что озеро, которое мы изучаем, возможно, обладает целебными свойствами из-за обитающего в нём то ли древнего духа, то ли языческого бога из рассказанной нам легенды.
Боюсь, такое объяснение Михаила Николаевича не устроит, так как божественную сущность не разлить по пузырькам и не синтезировать в лаборатории, как того желает практический ум промышленника. Поэтому завтра продолжу свои опыты.
Дата: 23-е мая 1898 года
Легенды легендами, но, кажется, я получил первые стоящие результаты. Вода содержит необычные соединения, среди которых имеются похожие на органические кислоты, исходя из свойств, которые они демонстрируют; а также соли этих предполагаемых кислот. Но мне они не известны. И, скорее всего, не известны пока никому.
Я попытаюсь выделить эти вещества по отдельности, а затем буду создавать растворы с каждым из них, чтобы понять, какое именно соединение или элемент оказывает лечебный эффект на Соню.
Но это при самом оптимистичном взгляде на будущее. Возможно, окажется, что в отдельности эти вещества не проявляют лечебных свойств, и тогда придётся их комбинировать.
Работа такая сложная и объёмная, что я без иронии могу сказать, что при удачном стечении обстоятельств я сделаю большое открытие, а при неудачном могу до него не дожить, учитывая мой солидный возраст. И кому-то придётся продолжить мой труд.
Нужно будет обсудить с Михаилом Николаевичем приезд сюда хотя бы одного помощника. Я мог бы пригласить одного из моих бывших студентов, окончивших обучение в прошлом году. Там была пара талантливых молодых людей с задатками больших учёных. Если бы кто из них согласился, я бы вздохнул с облегчением. С помощником дело пойдёт быстрее. Да и мне будет спокойнее
