твоему приходу.
Он повернулся и устало потащился на холм, прочь от нас. Я смотрела, как он растворяется в клубящемся тумане, который, казалось, появился из ниоткуда и стремительно опускался к нам.
— Он ушёл, — пробормотала я. Моё чувство юмора исчезло вместе со стариком. — Пошли.
— Что он сказал?
Я поджала губы.
— Что они нас ждут.
— Кто?
— Мёртвые ведьмы, полагаю, — тихо ответила я.
Мы с Винтером обменялись взглядами. Он открыл рот, чтобы заговорить, но я покачала головой. Я знала, что он собирается сказать.
— Нет. Мы должны продолжить путь и посмотреть, что на самом деле происходит.
Он не спорил, но потянулся ко мне, взял меня за руку и сжал её.
— Хорошо.
Словно наша совместная решимость заслуживала немедленной кары какого-то мстительного бога, на нас обрушился проливной дождь. Переживая по поводу того, что может случиться, если я попытаюсь колдовать, я быстро описала Винтеру руну, которую придумала годы назад. Он внимательно выслушал, после чего сделал, как я сказала, используя магию, чтобы сформировать над нашими головами защитный купол. Его руна вышла немного шаткой, что ожидаемо для первого раза, но конечного результата оказалось достаточно, чтобы сохранять нас сухими.
— Впечатляет.
— Это просто магический зонтик, — ухмыльнулась я.
— А ещё это хитрое заклинание.
Воодушевлённая его похвалой, я исполнила серию прыжков. Что явно было ошибкой, поскольку я поскользнулась на покрытом слякотью участке тропы. Я проехалась вперёд, размахивая руками и не в состоянии контролировать ноги. Остановиться я смогла только когда доелозила до того, что больше напоминало глубокое озеро, нежели большую лужу. Я едва сумела не приземлиться туда лицом, но это не означало, что я осталась сухой.
— Аааааааа!
Оказавшись по самые причиндалы в холодной, грязной воде, я обернулась, ожидая, что Винтер мчится вызволять меня. Вместо этого он очень, очень сильно старался не рассмеяться. Я скрестила руки и сердито посмотрела на него.
— Ха. Ха. Ха.
Он крепко поджал губы и подошёл ко мне, протягивая руку, чтобы помочь выбраться. Я её проигнорировала. У него был шанс. Громко сопя, я попыталась вылети из гигантской лужи, но грязь по краям была слишком вязкой, и опереться было не на что. Я пошарила руками, но мои пальцы нашли лишь коричневую липкую жижу, пахнущую дерьмом, а не землёй. Я вспомнила, что Винтер говорил об овцах. Проклятые создания. После моего так называемого приключения в Шотландии я их ненавижу.
Я подпрыгнула, пытаясь воспользоваться инерцией, чтобы выбраться. Это тоже не сработало. Когда я рухнула обратно, всплеснулась грязная приливная волна, так что я умудрилась окатить ещё и верхнюю часть своего туловища.
Винтер наклонился вперёд.
— А теперь ты позволишь мне помочь тебе?
Я пробормотала что-то себе под нос и, избегая его взгляда, вытянула ладонь вверх и помахала ей. Он ухмыльнулся и схватил мою руку, вытягивая меня. К несчастью, не все мои части пожелали выбраться: мой левый ботинок остался в луже. К тому моменту, как я выбралась и показалась перед Винтером, я с ног до головы была покрыта жидкой грязью, стоя в одном ботинке и очень мокром носке.
Теперь, когда он был уверен, что я излечилась от своих горестей и болезней, голубые глаза Винтера лучились весельем. Хмм. Я ему покажу.
Быстро моргая, я чуть выпятила нижнюю губу и заставила её задрожать. Плакать по запросу я не умею, но могу попытаться. Я опустила голову и отвернулась, словно смущаясь, из-за того, что меня застали плачущей. Винтер отреагировал сразу же — схватил меня и крепко обнял. Бонусом было не только тепло его сухого тела, но и тот факт, что он держал меня близко к себе. Только после того, как я убедилась, что прижалась к нему каждой своей частичкой тела, я отстранилась.
— Ха! — показала я язык. — Это научит тебя не смеяться надо мной, мистер!
Винтер был в недоумении, и я показала на грязные пятна на его одежде, оставшиеся там, где я к нему прикасалась. Если я буду выглядеть как тварь из Чёрной лагуны, то и он тоже.
(«Тварь из Чёрной лагуны» — фильм ужасов 1954 г., — прим.)
— Ах ты маленькая…
— Маленькая кто? — изогнула я брови.
Он покачал головой.
— Наверное, безопаснее будет не говорить.
— Держу пари, что так.
Винтер вздохнул, наклоняясь, словно собираясь стряхнуть грязь со своей одежды. Мгновение спустя раздался звонкий шлепок — он швырнул в меня комок грязи. Первый пролетел мимо, второй угодил мне прямиком в щёку.
Я задохнулась от притворного ужаса.
— Ты…
— Я кто?
Рот мой бесполезно открывался и закрывался. Я выдохнула через сжатые зубы и бросила на него испепелявший взгляд.
— Наверное, безопаснее будет не говорить, — пауза. — Подлый трущобный крючкотвор.
Винтер склонил голову на бок.
— Трущобный крючкотвор? Если я трущобный крючкотвор, тогда ты, несомненно, тупоголовая тунеядка.
— Я никогда раньше не слышала о тунеядках, — сообщила ему я. — Рискну предположить, что это не описание высшей степени красоты.
— Это будет верное предположение, — он наблюдал за мной. — Неплохо для криворукой бездельницы.
Чёрт возьми, в оскорблениях он гораздо лучше меня. Я собиралась отыграться.
— Ах ты… ты… голубоглазый… — я всплеснула руками. — Ты выиграл.
Винтер самодовольно улыбнулся.
— Я всегда выигрываю.
— Вот как?
— Да, — его улыбка смягчилась. — Разве не мне досталась девушка?
Я стояла посреди глуши, в километрах от цивилизации. Я промокла. Я была совершенно уверена, что тонкая струйка, стекающая по моей щеке была овечьим дерьмом. И я не могла бы быть счастливее. В любой момент за мной могли прийти чуваки в белых халатах. Я даже огляделась вокруг на тот случай, если они уже в пути.
Людей на горизонте, может, и не было, но вот дождь там определённо не унимался и именно в этот момент полил с большей силой. Винтер нахмурился и поднял руки, чтобы восстановить руну, формирующую зонтик, которой я его научила. Я покачала головой.
— Если повезёт, он смоет грязь, — вздохнула я. — Но,
