кто не боялся холода мёртвых.
В бою под Кровавым Перевалом ему проткнули лёгкое — Гиперион сражался ещё полчаса, пока не заметил, что дышать стало труднее. При штурме крепости Железный Коготь вражеский арбалет прошил ему горло насквозь — он продолжал рубить врагов, пока не понял, что не может отдавать команды. А в последней битве варварский топор расколол ему череп до самых глаз.
Но Гиперион продолжал сражаться. Химерическая некротическая магия не давала ему покоя даже в смерти. Раны затягивались, кости срастались, органы восстанавливались. Болезненно, медленно, но неизбежно.
*Проклятое бессмертие.*
Коренные жители столицы с почтением расступались перед кортежем. Полководец империи возвращался с победой — это значило, что мир продлится ещё несколько месяцев. До следующего мятежа, следующей войны, следующей кампании.
Гиперион машинально провёл пальцем по шраму на шее — память о дуэли с командором пиратов три года назад. Тот был хорош, очень хорош. Но мёртвого не убьёшь дважды.
Небоскрёб Крида возвышался впереди, чёрный силуэт на фоне вечернего неба. Полководец поморщился. Виктор наверняка уже знал о его возвращении — у этого бессмертного ублюдка были глаза и уши везде. И, конечно же, он пригласит "старого друга" на ужин, чтобы выслушать отчёт о кампании.
*Старого друга.* Гиперион горько усмехнулся. Два века назад они действительно были друзьями. Молодой некромант, только что обретший бессмертие, и древний маг, собиравший знания как другие собирают монеты. Они много разговаривали, делились секретами, планировали будущее империи.
Но вечность имеет свойство... приедаться. Особенно когда твой собеседник никогда не меняется. Те же манеры, та же снисходительная улыбка, те же голубые глаза, которые смотрят на тебя как на интересный экспонат в музее.
А потом появились новые лица. Призванные герои, ученики, протеже. Крид коллекционировал их, как редкие артефакты, изучал, использовал, а потом... они умирали. От старости, в боях, от болезней. А Виктор оставался, переходя к следующему поколению подопечных.
Гиперион устал от этого цикла. Ему хватало собственного бессмертия — наблюдать ещё и за Кридовскими экспериментами над судьбами было выше его сил.
Впрочем, ходили слухи о новой ученице. Девушка из Альбиона, внезапно появившаяся при дворе. Очередная жертва кридовского покровительства или что-то большее?
*Посмотрим*, — подумал полководец, направляя коня к императорскому дворцу. Сначала доклад Гордею, потом отдых, а уж потом можно будет заняться светскими визитами.
Шашка мягко позвякивала в ножнах в такт шагам коня. Северные мятежники были разбиты, но впереди ждали новые войны. Империя всегда нуждалась в тех, кто готов был умирать за неё снова и снова.
И Гиперион был лучшим! Всегда и во всём. Уж такое его немёртвое кредо, что позволяло существовать немёртвой хемере уже очень и очень давно. Просто соблюдай цикл, и скучно не будет. Но это уже мелочи, ибо полководец, приносящий только победу, со временем превращается в цепного пса на службе империи, и пока ещё ни один император не отказался от услуг столь лояльного чудища. Ну а сам Гиперион был и не против, пока ему платили столь щедрое жалование и позволяли заниматься своими экспериментами в магии и прочих аспектах чародейского ремесла.
Глава 2
Ольфария проснулась с ощущением, что выспалась впервые за много месяцев. Тело было полно энергии, мысли — удивительно ясными, а в воздухе витал слабый аромат... кофе?
Она села в постели, принюхиваясь. Нет, это были лишь отголоски сна. Но сон был настолько ярким, что во рту почти чувствовался вкус крепкого эспрессо.
— Неужели и здесь есть кофе? — пробормотала она, вставая с кровати.
Квартира встретила её утренним светом, струящимся через панорамные окна. Вид на столицу империи по-прежнему завораживал, но сейчас Ольфарию интересовало другое. Она методично обследовала кухню, открывая шкафчики один за другим.
И нашла то, что искала.
В углу, почти скрытая за декоративной панелью, стояла элегантная машина из полированного металла с множеством рычажков и индикаторов. Она выглядела как помесь современной кофемашины с каким-то магическим артефактом — кристаллы в основании мягко светились, а на передней панели красовались руны.
— Ну конечно, — усмехнулась Ольфария. — У Крида даже кофемашина волшебная.
Рядом с устройством стояла герметичная банка. Ольфария открыла её и вдохнула
