реки,
биомеханика — Ха-Ха!
Неужто эти позы так удобны?
Ведь даже Блок
свой «Балаганчик» ревновал
к изломанным отросткам линий,
которые указывали путь
актерам –
грустному Пьеро — овал,
в углу пылает Арлекина грудь,
что остается делать Коломбине?
Метаться бабочкой по сцене,
запутавшись в сердечной паутине,
расчерченной умелою рукой?
Интригой крови роковой
закрученный сюжет расценен,
а стрелы мела — просто иней…
12.11.19
Новые миры
ежесекундно с чистого листа,
как будто не было тысячелетий
мучительных, но плодотворных изысканий,
увенчанных триумфами открытий,
но не нужны готовые ответы,
они лишают Логос вдохновенного азарта
в процессе освоения вершин,
тропинкам имя — бесконечность,
маршрутов просто тьма и тьма,
но каждый шаг лучится скользким светом
и каждый камушек отбрасывает тень,
катясь по склону прямо в пропасть,
надежды возлагая на Сизифа,
ущелья, перевалы, плодородное плато
друг друга дополняют, образуя Землю,
парящую среди невидимых галактик
утопий, умозрительных концепций,
в цепных реакциях теряющих себя,
но обнаруживая новые миры,
лишенные обременительных орбит,
летящие свободно — словно духи…
14.11.19
Бал бонапартистов в особняке Нейдгарта в 2018 году
французская картечь и ядра
со свистом дьявольским
крушат Бородино,
его защитники несут потери,
но не отступают…
на бал бонапартистов
сходится бомонд…
кровавым русским месивом
бурлит Шевардинский редут…
поклонники Наполеона в Петербурге
прононсом важно щеголяют…
Багратиона флеши
истекают кровью…
бокалы белого вина
сверкают золотом фальшивых
эполет…
ядром сраженный
пал с коня Багратион…
взметнулся тост «За императора!»
к лепнине арендованного зала…
Раевский грохот батареи
пытается направить на врага…
по расписанию в особняке Нейдгарта
мундиры и кокетливые декольте
готовятся исполнить полонез…
Уваров с Платовым
ударили по кавалерии Орнано…
регламент строг –
теперь на очереди женский вокализ…
Ермолов свисту ядер
ответил молчаливыми штыками
и полонил вояку Бонами…
уставшие от неги сладострастья
бонапартистки переводят дух…
десятки тысяч тел
прострелянных, исколотых, но
бравых
внушили Бонапарту страх…
разморены его фанаты торжествами
в честь оглушительных побед
французов,
одышка с перегаром: «Vivе la France!»
17.11.19
Конечно!
гитарный даром, что ли, рифф
берет в полон без лишних слов,
не ведая ни яда «if»,
ни фатума аккорда «off»,
он сам себе и раб, и властелин,
то на подъем, то снова под откос,
не вне мелодии, а «in»,
и так до бесконечности? Of course!
23.11.20
Нимб
античные сюжеты хороши
своей аллегоричностью логичной –
противишься велению вершин –
влачи вериги аскетично
в ущелье Тартара, где Стикс
отравлен ядом безнадежности
токсичной –
какие рыбы? Даже лилий
не сыщешь в мертвой хватке
этих вод,
там бледной тенью Эвридика –
любви и смерти мрачный микс,
дыханием лишь множит иней,
объявший душу, словно плот,
плывущий в черной тишине,
что для Орфея просто дико,
его кифара продолжает петь,
не признавая произвол Олимпа,
то истекая грустью тихо,
то возвышая голос,
чтобы впредь
любовь взошла над жизнью
нимбом…
20.11.19
Швах
гон продолжается –
еще один закон
предписывает водружение
забора,
стальное знамя
воплощеньем тупика
появится как составная часть
ментального загона,
запреты множатся
подобно лишаю,
захватывая триумфально
рубежи извилин,
лишая их маневра,
навязав свою
ленивую стратегию
в невидимом бою,
но дальновидности ее
воздал бы должное и филин!
Гипноз использует
йо-йо,
то снисходя до пропасти,
то возвращаясь в точку апогея,
откуда все, как на ладони –
и мрачной черни воронье,
и в блеске уличенная идея,
любое слово сразу тонет
в законодательной цензуре,
а око власти бурит, бурит
застроенный заборами
ландшафт,
скрипят от напряжения орбиты
нетопырей, патологически потея,
стремящихся вернуть из шахт
подземных жителей –
ужасна, оскорбительна потеря
контроля над державою изрытой –
лишь норы, ни души,
а как же процедура аудита?
Аврал! Полундра! Дело швах!
23.11.19
Руно
летучий Овен златогривый
вознесся в небо с ношей на плечах,
спеша к спасительной,
казалось бы, Колхиде,
вторую жизнь он даровал полетом Фриксу,
но вместо славы и почета
был обречен на жертвенную смерть,
тогда как вспышка мощно взмыл
и обернулся жарким Солнцем,
избавив аргонавтов во главе с Ясоном
от тягот шкурного похода!
20.07.21
Литературный персонаж
такого человека не было и нет,
но одержим, как Франкенштейн,
писатель
желанием создать живой
послушный организм
из черточек и точек,
из низменных
и благородных мыслей,
из предрассудков и примет,
из вида сбоку, спереди и сзади,
из блеска вставленных в глазницы линз,
из тезисов, пока еще безмолвных,
но призванных излиться речью,
каким же голосом?
Пусть будет с хрипотцой –
намеком на характера изломы,
из молнии, ужалившей,
заставив его сердце биться…
и встал гомункул, и пошел
куда глаза глядят — на принцип,
не понимая замысла творца,
не находя опоры
ни на земле, ни в небе,
его судьба плачевна изначально –
безродный символ,
сила без духовной плоти!
28.11.19
Опора
тысячелетий скорбны
эволюции плоды,
природа метафизики сильнее
сиюминутных инноваций
на поприще блестящего прогресса,
давно известно, что чем проще,
тем долговечней и надежнее
деталь,
а хитрости лукавые
и прочие уловки
в любой момент любую сказку
с сарказмом норовят
предать,
и снова думы у разбитого корыта,
и снова головы ломают
диабетически опасные мечты
о царстве наногедонизма,
опять в изгнании душа –
единственная верная
опора…
13.12.19
Считайте, что мы квиты!
перед метафорой беспомощен
предмет
извечного незатухающего спора,
в хорошем натюрморте
нет
ни одного случайного зазора,
все аргументы в красках –
от ножа
до крови языка свечи
красноречивы,
и даже тени от волнения дрожа,
бросают в бой (как пепел горячи)
свои змеиные извивы,
глазницы черепа
гипнотизируют часы,
пытаясь заморозить нить песка,
что до смешного просто
питает жажду роста
пирамиды,
намеки на пустыню, каплями росы
сверкая, проступают на висках
цветущего бутона розы,
витают в воздухе назойливо
вопросы,
в ответ молчание…
считайте, что мы квиты!
14.12.19
Намек на чистый лист
отнюдь не торжествует
интуит,
его предчувствия точнее оказались
научно-обоснованных
расчетов,
но видит Бог –
он этим и убит –
уж лучше бы ошибся, но зато
не превратилась бы Земля
в затон
после нагрянувшего грозного
потопа,
и не пришлось бы тварей скопом
попарно втискивать в Ковчег,
отдав на откуп разухабистой стихии
несметное число
беспомощных и обреченных на погибель
