жалко опущенные глаза, и его слегка побледневшее лицо, и пытающиеся что-то сказать губы.
Сергей не мог смотреть на них долго, они замораживали его сердце, разнося трескучую боль по всему телу. Наконец, он просто развернулся и ушёл.
* * *
[Макс: Ты не злись на принцессу. Она, на самом деле, добрая.]
[Сергей: Верю.]
Юноша прикрепил вторую лопату к своей спине и поплёлся к железным воротам.
[Макс: Серёжа, я как-нибудь обязательно проведаю тебя в монастыре. Может ты так и не думаешь, но для меня нет ничего важнее жизни принцессы. Именно поэтому, я, считай, обязан тебе жизнью.]
[Сергей: Да ладно…]
[Макс: Нет. Ты так и останешься нищим, если не будешь пользоваться доверием других людей.]
[Сергей: Забавно слышать это от человека, живущего во дворце.]
[Макс: …]
[Сергей: Пока, Макс… Заходи, покажу тебе классную корчму. Может, там уж и поговорим нормально.]
[Макс: Да, до свидания.]
Юноша лениво помахал своей ладонью и молча зашагал в сторону монастыря. Кровавые лужицы заката уже сменялись тёмно-лиловыми оттенками ночи, и сонливые люди неторопливо расползались по своим домам.
«Не день, а какой-то ужас».
Отмеривая свои медленные шаги, понурый юноша уже шагал по водянистым тропкам условного Четвёртого Кольца. В его голове не было никаких сформулированных обид или жалоб, но он чувствовал себя скверно, и его сердце болезненно сжималось от каждого вздоха.
«Мда… Можно, конечно, сейчас плакать, что я неудачник, но… Разве от этого что-то изменится? Я был нищим. Я нищий. Я умру нищим. И снова воскресну нищим. В этом нет ничего такого ужасного, всё-таки есть участи и пострашнее, чем банальная бедность».
Сергей вошёл в свою келью и развесил лопаты на настенных крючках, предназначенных для робы монахов. Не снимая своей одежды, он прилёг на кровать, лишённую одеял или простыней, и закрыл глаза.
Во сне он не видел гору денег. Не видел власть и богатства. Он не видел волшебных миров и ужасных монстров. Целую ночь в его дремлющем разуме витала всего одна вещь.
Чей-то взгляд.
Глава 5
[Сергей: Ну как там дела?]
[Филимон: Слушай, я, конечно, в этих делах не мастер, но, по-моему, его мы, наконец, уложили грамотно.]
[Сергей: Дай посмотреть……Слушай, а реально неплохо, так скоро и эту кучу разгребём.]
[Филимон: А тебе Ияков не говорил, там скоро новую партию завезут.]
[Сергей: Да как их так быстро, блять, казнить умудряются?!]
[Филимон: Кто его знает? Я слышал, казни где-то в Первом Кольце проводят… Правда я не был там никогда.]
[Сергей: Ты ж здесь с рождения живёшь, чего ты ни разу туда не сходил?]
[Филимон: А зачем? Там только банкиры, да чиновники пузатые, на кой чёрт я им-то нужен? Да и меня, наверно, казнили бы, как этих бедолаг.]
Долговязый чернявый паренёк сложил большой и указательный палец и вырисовывал какой-то символ на своей груди. Это было чем-то типо перекрестия, только на Авагарлийский лад.
[Сергей: Эээх… Давай следующего.]
[Филимон: Давай.]
Сергей с Филимоном удручённо взялись за свои лопаты и передвинулись в сторону, начиная размечать лотками новую могилу. Прошло где-то три дня с того момента, как попаданец привёл в монастырь своего нового безработного друга, и теперь скорость расширения кладбища увеличилась чуть ли не втрое.
Хоть в начале Филимон, или попросту Филька, и отпирался от этой работы, он быстро смирился со своей участью и вступил в ряды Могильного Ковенанта, существовавшего исключительно в голове Сергея.
[Сергей: Может снимем рубахи, жара ужасная.]
[Филька: Это можно.]
В трезвом состоянии Филька был на удивление спокойным, неспешным и немного набожным человеком. Каждую свою фразу он произносил на выдохе, будто рассказывая какую-ту тайну или неохотно с чем-то соглашаясь. Работал он усердно и любил поговорить, хотя от любых ругательств и пошлых шуток он воздерживался и даже иногда корил за них совершенно не сдерживающего себя Сергея.
[Сергей: …Слушай, а чё это за пятно у тебя на груди?]
[Филька: Это? Да это пятно родимое. И мне и сестре от мамы досталось.]
[Сергей: Она же в борделе работает, да?]
[Филька: Кто?]
[Сергей: Ну очевидно не… Ээээх! …Мама.]
Расскребающий сухую землю юноша кое-как вытащил из почвы довольно большой камень, мешавший лопатам рыть дальше.
[Филька: Сестра?… Ушла, да, ноги раздвигать.]
[Сергей: Так что ты её не остановил?]
[Филька: А куда ей идти? С нами могилы копать, что ли? У девушек же профессий меньше, чем у мужиков, куда им деваться?]
[Сергей: Так что она не женится? Муж её и обеспечит и накормит.]
[Филька: А чем это от борделя отличается? С мужем ещё и в четырёх стенах будет сидеть, да его халупу день ото дня драить… А так просто ноги раздвигает…]
[Сергей: Ноги ногами, но так-то с любимым человеком, а не с кем попало.]
[Филька: Да ты будто в любовь веришь?]
[Сергей: …]
[Филька: …]
[Сергей: …]
[Филька: То-то и оно. Это на словах, мы все тут живые люди с чувствами и мечтами, а что на деле… Скот скотом.]
[Сергей: …]
[Филька: Ты чего приуныл?]
[Сергей: Да ничего.]
…
[Филька: Может, после этой сходим к Дыону?]
[Сергей: А у тебя сколько?]
[Филька: Семь.]
[Сергей: А у меня восемь.]
[Филька: Мдааа…]
[Сергей: Погодь, он же мне скидку обещал сделать. Ты мне свою семёру отдашь, а я уже две бутылки куплю.]
[Филька: Было бы славно…]
Где-то вдалеке разнёсся крик кобылы, но они не обращали на такие мелочи внимания.
[Сергей: А где сейчас, говоришь, Ияков?]
[Филька: Ну, утром он ушёл во Второе Кольцо. Ты же вернул ему кошель с деньгами, видать, решил их потратить.]
[Сергей: На что же?]
[Филька: Да кто его знает? Дай Бог, хоть не потеряет впустую.]
[Сергей: А может?]
[Филька: Так там воров полным полно.]
[Сергей: Но ведь стражники всё патрулируют.]
[Филька: Эээх… Был у меня друг, он как-то у стражника меч украл, а тот даже и не заметил.]
[Сергей: Я уже догадываюсь, почему «был».]
[Филька: Да нет, он живее всех живых, просто не виделись мы уже давно, лет так пять, наверно.]
[Сергей: А как у вас тут вообще с молодёжью, я пока никого своего возраста так и не встретил, хотя… Здесь никто толком и не знает, сколько ему лет.]
[Филька: Все сейчас в Третьем Кольце, может кто-то и во Второе выбился.]
[Сергей: Первое Кольцо прямо настолько неприступное место?]
[Филька: Так там сплошные псилактики из знатных родов. Я слыхал, что у них и уборщики колдовать умеют.]
[Сергей: Псилактики,
