– Люгер!!!
Для Слота этот оклик, похожий на хриплое воронье карканье, прозвучал как гром среди ясного неба. Впрочем, небо давило свинцовой тяжестью, в криках испуганных птиц слышалась вековая печаль, и такими же безрадостными были мысли Стервятника. Еще одно дурное предзнаменование…
Он повернул голову и увидел белое пугало, торчавшее неподалеку от дороги в глубоком сугробе и почти слившееся со снегом. Следов вокруг него не было. Юное розовое лицо с бельмами незрячих глаз казалось висящим в воздухе – так же, как и бледные старческие руки, одна из которых держала черный посох.
Слот остановил коня. Капризная судьбы снова свела Люгера со Слепым Странником, однако теперь он не пытался избежать встречи. Кроме всего прочего, его интересовало, кто же воплощал в себе эту самую злосчастную судьбу. За неимением определенной фигуры Стервятнику оставалось лишь догадываться об истине и бороться с теми, кого он считал пособниками своего главного тайного врага.
Он не испытывал даже слабого подобия того трепета, который охватывал его прежде при появлении Странника. Многое изменилось со времени их последнего разговора, состоявшегося на окраине Кзарна в далекой южной пустыне, но Люгер до сих пор помнил каждое слово слепца. И, главное, он помнил о жутком колдовстве с человеческой тенью…
Ни один солнечный луч не мог пробить толстый панцирь облаков, и в серой мгле фигура Стервятника не отбрасывала тени. Поэтому он просто ждал.
Странник двинулся ему навстречу, с трудом протыкая посохом слежавшийся снег, который тихо поскрипывал при каждом осторожном шаге слепца. Одежда вечного бродяги превратилась в лохмотья; сквозь дыры была видна немощная плоть. Лошадь забеспокоилась, как будто к ней приближался хищный зверь.
Люгера Странник, конечно, раздражал – но не больше, чем назойливая муха. Впрочем, Слот, к своему сожалению, уже убедился, что отделаться от слепца не так просто.
Странник остановился в трех шагах от Слота и потянул носом воздух.
Потом на его лице расцвела улыбка.
– Значит, игра продолжается… Ты рад этому, Люгер?
Поскольку Стервятник промолчал, слепой заговорил снова:
– А вот я рад, несмотря на то, что ты пытался убить меня. Жалкий дурак! Я существовал задолго до тебя и просуществую еще дольше. Я мог бы увидеть через много лет, как подохнут твои внуки, но их скорее всего не будет. А виной тому твое дурное семя…
Тут Люгер насторожился и стал слушать внимательнее. Все, что имело отношение к Морту, чрезвычайно интересовало его – ему нужен был хоть какой-нибудь след, чтобы начать поиски.
Но слепец не оправдал этих надежд. И продолжал в прежнем духе:
– …Из твоего черепа волки будут лакать дождевую воду, твоя душа не найдет покоя, вымя твоей женщины покроется коростой, твой ублюдок утопит мир в крови. И все потому, что ты не послушал меня, не повернул назад на дороге в Фирдан и не остановился на пути к Дракону. Пеняй на себя, убийца теней! Смири свою гордыню, дитя шакала, ведь ты до сих пор не знаешь, кто направляет тебя и благодаря кому ты все еще жив!
Эта тирада была произнесена монотонным голосом без всякого выражения и чувства, отчего она действительно могла показаться пророчеством бесстрастного оракула.
– Кем бы ты ни был, ты мне надоел. – Люгер вытащил из ножен земмурский меч и провел острием клинка перед горлом слепца.
Тот отпрянул, потом принюхался, и на его лице снова появилась улыбка.
– Этот клинок пахнет смертью… – сказал он с благоговением, будто паломник, прикоснувшийся к святыне. – И даже кое-чем похуже. Меч рыцаря Земмура. Что ж, это многое меняет. Ты начинаешь мне нравиться, Люгер. Твоя наглость не знает границ, а слепота неизлечима. Ты никогда не прозреешь. Такие люди способны разрушать королевства. Последствия их деяний непоправимы. Можешь сделать эти слова девизом своего земмурского герба. Запомни: все, что произошло с тобой до сих пор, – только ничтожное испытание на пути к вечному проклятию.
Слот и сам догадывался об этом. А вот то, что Странник узнал меч, привезенный из Земмура, заставило Люгера призадуматься. Колокол тревоги гудел у него в голове, предупреждая о новой угрозе. Легкость, с которой слепец внезапно изменил свое отношение, выглядела по меньшей мере подозрительно. Но Стервятник уже не боялся оказаться жертвой обмана. Да и вряд ли он рисковал тем, чем по-настоящему дорожил.
– Значит, ты отпускаешь мне грехи? – спросил он, откровенно насмехаясь над Странником и убирая меч в ножны.
– Смейся, пес, – холодно и отстраненно сказал слепой в пустоту. – Смеяться тебе осталось недолго. А теперь прими мою помощь. Не сопротивляйся – будет только хуже. Сегодня ты найдешь лишний палец. Потом ты окажешься там, где мертвые живы, а живые мертвы. Не подпускай к себе никого из чужих, иначе узнаешь, что такое исчезнувшее время и любовь старухи. Не отказывайся от дочернего поцелуя – и сумеешь отыскать дорогу к лебединому гнезду…
Упоминание о лишнем пальце содержало прозрачный намек на печальную участь Люрта Гагиуса. Это неприятно задело Люгера. Однако слова слепого можно было расценить и как предостережение. В таком случае Стервятника не ожидало ничего хорошего. Все остальное показалось ему обычным бредом Странника – нарочито многозначительным, туманным и бесполезным. Фразы о любви старухи, исчезнувшем времени и дочернем поцелуе Слот вообще пропустил мимо ушей. И меньше всего он хотел бы снова увидеть черного лебедя.
Потом Люгер вдруг заметил, что посох, на который опирался слепой, изогнулся и стал подобен тонкому столбу дыма. Его очертания сделались размытыми, а опорный конец постепенно растворялся в воздухе, окруженный густеющим туманом. Странник поднял руку – со стороны могло показаться, что струя дыма втягивается в его ладонь, но на самом деле она сжималась, пока не превратилась в плотный сгусток мрака размером с человеческий глаз.
Стервятник уже видел нечто подобное на окраине Кзарна, и ему стало не по себе. Вдобавок он ощущал, как вздрагивает под ним испуганная лошадь.
Слепец протянул ему «глаз», улыбаясь чуть ли не ласково.
– Да, ты прав, – сказал он, будто сразу же почуял, что происходит с Люгером. – Когда-то это была тень, а теперь – ловушка для других теней. Возьми ее и не пытайся узнать, что она заключает в себе. Просто съешь это. Магия теней сделает тебя неуязвимым – и никто никогда не отберет у тебя источник силы… пока ты сам не захочешь избавиться от нее.
До последней секунды Люгер был уверен в том, что ни в коем случае не примет от слепого опасный подарок, – одна лишь мысль о необходимости принести новую жертву на алтарь черного колдовства внушала ему непередаваемое отвращение. Тем не менее он с изумлением наблюдал, как его рука сама собой протянулась вперед и приняла из клешни Странника холодный, упругий, непроницаемо черный сгусток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
