самом деле.
Тем временем я стоял в стороне, не участвуя в их интересной и милой дискуссии. Как я уже понял, спать мы будем вместе с Марком. Ближайшие две недели. Ох, захотелось же Марку в отпуск… Получи и распишись! С мужчиной в одной кровати, в темном помещении, именуемом мотелем «Догма Инн», в самой заднице мира.
– Спать валетом! – рявкнул мне Марк, словно прочитав мои мысли.
– Куда мы денемся, – вздохнул я.
– Ну и занесло же нас в дырень.
– С вас тридцать долларов за ночь.
Мы с Марком не поверили своим ушам и переглянулись. В глазах застыл одинаковый вопрос: «Ты тоже это слышал, или мне показалось?»
– Сколько? – на всякий случай уточнил Марк.
– Тридцать долларов, – как ни в чем не бывало повторил наш приветливый друг. Когда он вот так улыбался, складывалось впечатление, что человек он недалекого ума.
– Ты, должно быть, хотел сказать «тринадцать», но не выспался и ошибся.
– Да, я не выспался, но сказал все правильно – тридцать.
– За ночь здесь?
– А что вас смущает? Идите поищите отель подешевле, а когда вернетесь обратно, я предложу вам скидку в десять долларов.
– Ладно. Пусть будет двадцать, договорились.
– Сорок, – спокойным голосом сказал ресепшионист.
– Ты издеваешься? – Марку уже явно хотелось перейти на более грубый тон, но усилием воли он сдержал себя.
– Нет, но если бы вы пошли искать другой отель, я бы огорчился и поднял вам цену до сорока за то, что вы устраиваете здесь торги. Однако, немного успокоившись, я бы предложил вам скидку в десятку. Все мы люди, я понимаю.
– Вот тебе сто двадцать. Возьмем пока на три ночи, а там поищем сами, может быть, кто-то приютит нас подешевле у себя дома, или те три номера освободятся. Давай ключи.
– Нет, те три номера не освободятся точно.
– Это почему еще? Проплатили на месяц вперед?
– Там живет моя семья. Это наш семейный отель.
– С ума сойти. Ладно, показывай номер.
– Минутку, сейчас поищу ваш ключ. О, вот он, – довольно произнес мужчина, выныривая откуда-то из-под стойки. – Только мы давно не убирались, это ничего? К нам не часто, я уже говорил, приезжают.
– Может, будем жить в машине, а, Марк?
– Господи, куда меня занесло, – вздохнул мой «напарник». – Отдохнуть хотел за деньги шефа. Отдохнул уже… Там хоть чистая постель, полотенца есть?
– Будут, я принесу. А завтра скажу сестре, чтобы поубиралась у вас.
– Хорошо, веди уже наконец. Я целую ночь смотрел на дорогу перед собой. Ты даже не представляешь, как я хочу спать.
И мужчина отвел нас в номер на втором этаже домика.
Комната больше походила на нежилое чердачное помещение; на стульях, шкафу и подоконнике лежал сантиметровый слой пыли. Наш новый друг снял шваброй паутину над узенькой кроватью и открыл окно, чтобы немного проветрить. Это оказался не номер в отеле, а какой-то забытый богом склеп. Трудно было по-другому назвать эту сырую холодную комнату с ароматом старости.
– Ну, здравствуй, Догма, – с унынием в голосе сказал Марк и упал на кровать.
* * *
Марк проспал до десяти утра. Я тем временем дважды выходил на улицу курить, так как выспался по пути в Догму. В первый выход я стоял у отеля и встречал рассвет, к тому времени уже можно было ясно разглядеть, куда нас с Марком занесло. А второй раз, перед пробуждением Марка, я случайно легонько хлопнул дверью, когда возвращался в комнату, нет, скорее даже каморку, где обычно размещают припасы еды, старые, никому не нужные телевизоры, сломанные швейные машинки и другое барахло, которое выбросить жалко.
– Доброе утро, – улыбнулся я сонному другу.
Уснул он прямо в верхней одежде, хорошо хоть обувь и пальто успел снять. Кстати, наш новый знакомый, отельный работник, все-таки сдержал слово и принес два чистых полотенца, две простыни, два пододеяльника и две наволочки. Когда я в коридоре у него спросил, можно ли мне принести еще одну подушку, так как одной для нас с Марком было катастрофически мало, он развел руками и сообщил, что, увы, ничем помочь не может, подушки закончились. Однако предложил мне сходить в магазин, который откроется к одиннадцати, и купить. Естественно за свои деньги. Вот такой сервис. Они заботятся о комфорте своих гостей, эти работники «Догма Инн»!
– Доброе, Домми. Сейчас бы кофейку, как я люблю, – пробормотал Марк. – Может, спустимся вниз, поищем какое-нибудь кафе неподалеку. Позавтракаем, покурим. Как тебе идея?
– Идея отличная. Вот только вблизи этого чертового «Догма Инн» присутствует лишь полицейский участок, а кругом одни леса. Вот такие новости. Как ты наверняка заметил, здесь даже не везде асфальтированная дорога есть. А магазины и все заведения открываются не раньше одиннадцати. В этом городе, понимаешь ли, спят долго.
– Понятно, ну давай тогда спросим у нашего нового друга, есть ли у него кофе и что-нибудь перекусить за дополнительную плату. А затем отправимся в участок!
– Я уже все узнал, пока ты спал. В общем, перекусить есть, но чашка кофе – пять долларов, яичница с беконом – десятка. Бутылка пива…
– Не продолжай. Боже, они что, здесь по десять штук в месяц зарабатывают все, раз могут себе позволить платить столько за кофе? По виду – не похоже.
– Себе не могут, а вот позволить платить такие деньги нам – это да. Слушай дальше, впереди самое интересное. Знаешь, во сколько открывается полицейский участок?
– Ой, только не говори мне…
– С половины двенадцатого, Марк!
Он демонстративно закатил глаза.
– Это точно тот город, который я нашел на карте? Меня не покидает чувство, что мы с тобой попали в параллельную реальность. Ты только взгляни на этот номер. У нас в стране приговоренных к двум пожизненным заключениям в лучших условиях содержат. Хочу заметить, в гораздо лучших условиях. Убираются за ними утром и вечером. А они книги читают, телевизоры смотрят, некоторые в интернете любовные романы заводят или денежные разводы придумывают. У-ублюдки… – Марк уже окончательно проснулся (видимо, от ярости) и теперь сидел на кровати, стягивая рубашку, чтобы наконец переодеться. – Знаешь, была история: в тюрьме один детоубийца публично пожаловался на то, что ему не дают положенные двести миллилитров соевого молока в день, обкрадывают минимум на двадцать. И как ты думаешь, всерьез начали разбирательство! А еще один был, так тот пожаловался, что в его салат с беконом попал черный волосок. Требовал немедленно уволить повара.
– И что? – заинтересовался я.
– Ну тут на тормозах спустили.
Я прищелкнул языком:
– Завидую я их условиям содержания! Насильники и детоубийцы живут в тюрьмах как боги, а мы, законопослушные
