и не было никогда.
— Только не говори, что из-за меня, — застываю я.
На душе становится откровенно паршиво.
— Ну у тебя и самомнение, — закатывает она глаза, но я не верю ее браваде. — Просто я ценю свою свободу. Чтобы встречаться с мужчинами, не обязательно выходить за них замуж.
От мысли о том, что Таисия может с кем-то встречаться, становится не по себе. Конечно, она же должна была ждать меня десять лет и хранить верность. Взрывает внутренне, но внешне сохраняю невозмутимость. Зацепила. Танком проперла, вспахивая все то, что я так долго закапывал в себе. Ревность мгновенно вспыхнула в груди, опалила жарким пламенем, но я с готовностью потушил ее. Тася не моя женщина. Я не имею права ни на нее, ни на подобные эмоции.
— А что за буклет со слуховыми аппаратами? — перевожу тему на более нейтральную. — У тебя что, проблемы со слухом?
— А, нет. Это не у меня…
— А у кого?
— У одной девочки из детского дома, — говорит о ней, и лицо преображается. — Такая хорошая девчушка. Очень хочу ей помочь…
— Дорогой подарок, — сухо замечаю я, прикидывая, сколько Тасе нужно заработать, чтобы позволить себе такие траты. Картинка не сходится.
— Ну и что, детское здоровье дороже, — упрямится и поджимает губы, но помощи, конечно же, не попросит.
— Святая Тася, — расплываюсь в улыбке и качаю головой.
— Леш, ты зачем пришел? — устало вздыхает она.
— Телефон отдать.
— Отдал?
— Понял. Уже ухожу, — поднимаюсь на ноги.
— Скатертью дорога. — Тася недовольно подбирается.
— Даже уезжаю, больше тебя не потревожу.
Ловлю на себе ее долгий взгляд, но все же ухожу. Спускаюсь во двор и поднимаю голову. Таисия стоит у окна, смотрит на меня. Черт. Черт. Черт. Все в груди замирает от воспоминаний. Это невозможно. Так не бывает.
Сажусь в машину и слишком резво трогаюсь с места. Скорость помогает сконцентрироваться и успокоиться. Отправляю секретарю фотографию слухового аппарата и наговариваю голосовое сообщение.
— Кира, это нужно заказать в проверенном месте. Как доставят, дай мне знать.
— Хорошо, — сразу же приходит ответ.
Золотой человек. Не надо десять раз повторять и что-то объяснять. Все всегда выполняется точно в срок и именно так, как мне надо.
Глава 10 Таисия
Смотрю за тем, как машина Алексея отъезжает от дома, и сердце неожиданно разлетается вдребезги. Опять. Как будто теряю его, но он давно мне не принадлежит. Тяжело вздыхаю и медленно выдыхаю, чтобы не разбиться самой. Без сил опускаюсь на стул и прикрываю глаза, чтобы не разреветься, но слезы уже жгут глаза.
Он был здесь. В моем доме. Реальный. Настоящий. Так близко, что кружилась голова. Мне же не приснилось, не показалось? Втягиваю носом воздух. До сих пор ощущается аромат его одеколона. Пробирает до мурашек.
Гордеев был совсем рядом, а я выгнала его… Глубокий вдох и медленный выдох. Все правильно. Я поступила так, как должна была. Дрожь проходит по телу, а в груди зарождается судорожный спазм и сковывает горло, не давая дышать. Хватаюсь за шею и нервно сглатываю. Я смогла. Справилась с прошлым, но какой ценой…
Трель дверного звонка легким разрядом проходит по коже и заставляет вздрогнуть. Вскакиваю, как ошпаренная, и бегу в прихожую. Сердце колотится, как сумасшедшее, а мысли играют в чехарду. Вернулся? Зачем?
— Что еще ты забыл сказать? — выпаливаю язвительно и не глядя открываю дверь. — Ой…
На пороге не Гордеев. Разочарована? Едва ли. Но все же как-то не по себе.
— Не ой, а Ульяна. — Подруга расплывается в улыбке, а я растерянно хлопаю ресницами. — Кого ты тут кроешь?
Уля решительно отодвигает меня в сторону и проходит в квартиру. Не возражаю и закрываю за ней дверь. В конце концов, мы не ругались. Можно было бы сказать, что мужика не поделили, но я-то не претендую.
— Того, кто привез мне твой телефон, — хмыкаю я и демонстративно складываю руки на груди. Даже интересно, как она теперь оправдываться будет.
— Слава богу! — восклицает Ульяна как ни в чем не бывало и стаскивает сапоги. — Я уже попрощалась с ним. Не помню, где оставила. Так кто принес-то?
— Гордеев.
Озадаченно смотрю на нее, пытаясь понять, издевается или правда не знает. Неужели Алексей соврал? Зачем ему это? Не сходится у меня ничего.
— Оу, — она округляет глаза в притворном ужасе. — Вот это новости.
— Ты что, не помнишь? — недоверчиво интересуюсь, запутываясь окончательно. Не верить подруге у меня нет причин, но и факты вещь упрямая.
— Неа, перебрала вчера чуток, и все в тумане, — хихикает и качает головой. — Но проснулась я точно дома.
— Ясно, — выдыхаю, отдаю ей телефон и ухожу на кухню.
— Тась, ты чего? — догоняет меня Ульяна и хватает за запястье.
— Ничего, — невольно огрызаюсь и выдергиваю свою руку.
Не хочу об этом говорить. Все еще кипит внутри.
— Ревнуеш, что ль? — догадывается она и смеется. — Да брось, ничего же не было.
— Откуда ты знаешь, если не помнишь?
— Ну это бы я точно запомнила.
С сомнением смотрю на нее, но парировать нечем. Правду теперь знает только Гордеев. А в сущности, какая разница. Он все равно больше не вернется. А жизнь продолжается.
— Что у тебя тут за бедлам? — Ульяна осматривает мой коллапс на полу. Да уж, отмывать все придется… надо хоть подмести, а то совсем как-то стремно. Еще запах этот.
— Пельмени были… — вздыхаю я и иду за веником. — Но не срослось…
— Ясно, забей, — отмахивается она и плюхается на стул. — Давай пиццу закажем и пиво холодное?
— Я не хочу пить, — хмурюсь. Вчерашней гулянки мне хватит еще на пару лет. Я вообще очень редко пью алкоголь. Не люблю его в принципе.
— Не пей, я-то хочу. — Ульяна пожимает плечами и включает свой гаджет. — С мясом или рыбой?
— С мясом, — сдаюсь я. Все равно ведь не отстанет.
Уля звонит в доставку и заказывает пиццу, себе пиво, а мне морс. Откладывает телефон в сторону и пронзительно смотрит на меня. Становится не по себе и я отвожу взгляд. Заметаю пельмени на совок, выкидываю в
