— нерешенность проблемы расстановки компетентных и ответственных кадров на ключевые посты в министерствах и ведомствах, вследствие чего декларируемые премьером цели и направления политики кабинета вязнут в саботаже и некомпетентности со стороны исполнительных структур, ориентированных на свои частные интересы;
— слабое влияние на денежно-кредитную и финансовую политику, проводимую Центробанком по прежней монетаристской схеме с теми же последствиями: кризисом неплатежей, спадом инвестиций, неудовлетворительным финансовым положением производственных предприятий.
После организованного псевдореформаторами банкротства страны смешно уповать на помощь из-за границы и “спасательный круг” иностранных инвестиций. Даже в лучшие годы “реформ” Россия оставалась донором стран Запада, вывоз капитала туда в десятки раз превышал иностранные инвестиции и кредиты. Нам сегодня не на кого надеяться, кроме как на самих себя.
Сергей ГЛАЗЬЕВ,
доктор экономических наук
Александр Синцов ТОПТУНЫ
Такие натуры несколько раздражают своей медлительностью. Это в их адрес бросается: "Ну что ты чешешься!" Их понуждают к решительным действиям. Им указывают на пути и методы. Из множества предложенных вариантов им не подходит ни один. Они ждут вызревания собственного. Все это производит впечатление топтания на месте. Верный путь для самосохранения. И что-то вроде мудрости. Для процветающей страны — идеальный стиль политического поведения. И разве что терпимый — для поверженной, пытающейся встать на ноги. Таков стиль Примакова. И другого у него не будет.
Хорошо, если этот теперешний застой в стране опять не приведет к разрухе, чубайсовщине. Но плохо, если в благодатном безветрии не взойдут и не окрепнут ростки нового. Безработица увеличивается. А в правительстве ни слова не говорится об организации общественных работ. Нужен почин наподобие восьмидесятилетней давности почина "Москвы-Сортировочной". Но не коммунистический субботник (его к Пасхе организует тривиальный Лужков), а предприятие хотя бы по той же уборке города, но с минимальной оплатой труда — для бродяг, стариков и студентов. Нужна публичная акция надежды для миллионов отчаявшихся. Примакову чуждо проведение акций. Его воротит от популизма в избитых, затасканных формах. Но он не предлагает и новых, эффектных форм.
Кабинетный стиль работы нынешних министров все больше напоминает черномырдинский. Решительность Гайдара была убийственной для страны. Но что мешает хотя бы продемонстрировать решительность созидательную? Кроме презрения к популизму — что? Отсутствие избытка сил? Необходимость тайного накопления их в условиях грозящей президентской расправы?
Кажется, именно по воле Ельцина топчется на месте Примаков. Воля Ельцина выражена через Максимыча хотя и косвенно, но вполне определенно. Воля же самого Примакова овеществлена даже в нем самом расплывчато. И такое впечатление, будто она распространяется лишь на часть России между Думой и Белым домом.
Все-таки есть смысл отдать должное Примакову хотя бы только за завоевание этого плацдарма. Если на минуту представить, что Ельцина не существует, что это страшный сон, то большими надеждами повеет даже из кабинета (в смысле помещения) Примакова, куда собираются представители всех фракций Думы. Бояре, кажется, остались довольны друг другом. Только Гриша Явлинский бегал ябедничать в ЦКБ. Остальные пытались что-то вместе предпринять.
Еще веет с таких заседаний парламентской республикой. Тихим, подковерным переворотом. Немножко заговором. Но все это можно поставить в заслугу лишь чистым политикам вроде Зюганова. Правительство же, по определению, должно действовать, править, нажимать на тормоз или на газ, чтобы для находящихся в кузове езда не казалась ровным спуском под горку.
Примаков держит справку в руках и читает по ней, что теперь вовремя выплачивается 60 процентов пенсий. Полгода назад было 20. Но от этого не становится больше довольных стариков — ни на одного. Эти проценты — капля в море безнадежности. Продолжение политики топтания на месте, топтания вдалеке от педалей управления.
Прекрасная новость о снижении инфляции до четырех процентов в устах Примакова, политика потенциально мощного, да к тому же подпитанного небывалыми за последние десять лет народными чаяниями, выглядит как результат студенческой курсовой работы. Опять во "всенародно любимом" премьере проступает человек почесывающийся, переминающийся с ноги на ногу.
Можно, конечно, сказать, что не генеральское это дело — пистолетом перед атакой размахивать. Кутузов тоже засыпал на военных советах, а французов все-таки выперли. Пускай лихие полковники под огнем парятся. Благо, таковые рекрутированы от коммунистов. Ясно, что Маслюков кинулся на амбразуру МВФ не без благословения Примакова. И, конечно же, Примаков своим сердцем держит удары демократических снобов, побывавших в правительстве до него. Мы сочувствуем Примакову, но, повторяем, ждем от него резкостей. Ибо верим, что эти резкости будут направлены не на нас, как это делает Борис Федоров, который вовсю жмет на газ, унижает нас страхом и попреками в том, что "каждый россиянин должен МВФ полторы тысячи долларов". Каков демократ! Крестьянина, шахтера, учителя уравнял с банкиром, лавочником, с самим собой. Мол, живи мужик и помни, что с тебя полторы тысячи баксов. Не отдашь — сам виноват. Бомбить будут, оккупировать будут. Уж не обессудь.
В девяносто первом, перед катастрофой, так же ярились забытые ныне радикалы-западники. А Горбачев напирал на консенсус и искал согласия. С ним, Горбачевым, тогда тоже заодно были коммунисты. Однако это не спасло перемудрившего генсека и страну. Теперь Примаков мудрит — более скрыто, практически молча, но очень похоже. Холодок дурного предчувствия закрадывается в сердце. Одной улыбки Маслюкова недостаточно для оптимизма. Нужно действие.
Александр СИНЦОВ
Александр Преображенский МОБИЛИЗАЦИОННАЯ КУЛЬТУРА В РОССИИ
История нашей страны действительно во многих отношениях имеет свои особенности, которые связаны с тем, что на протяжении веков нашему народу приходилось отстаивать свою независимость, отбивать внешние вторжения и создавать могучее государство. Это стало как бы корневой системой народного сознания. Ведущие идеи, которые пронизывают историю нашей страны, русского народа и всех с ним сочетавшихся в едином государстве народов,— это, во-первых, защита территории нашей страны от внешних вторжений, а во-вторых — стремление к правде, справедливости, прежде всего — в социальной сфере. Эти две стороны патриотизма нашего народа взаимосвязаны между собой.
Наш народ чутко различает фальшь и неправду, в том числе — и со стороны властей, а потому поднимается отстаивать свою правду. Вот почему русская история богата народными движениями. Соборность, стремление к тому, чтобы верховная власть знала и принимала во внимание народное мнение — пронизывают всю нашу историю. И переломные эпохи нашей истории всегда высвечивали роль народа, его глубокий патриотизм. В самые тяжелые времена, когда Россия, казалось бы, стоит на краю гибели, в народе всегда находились силы, позволявшие мобилизовать его для борьбы и победы, для сохранения государственного единства и восстановления социальной справедливости.
Нынешние, с позволения сказать, "демократы" иногда пытаются перекраситься в патриотов. Но их патриотизм сводится к защите нынешних порядков, с которыми большинство народа не согласно. С ограблением, с обнищанием, с унижением наш народ долго мириться не может. Поэтому патриотизм "демократов" является поверхностным и ущербным. Но они пытаются всячески вытравить из нашего народа, особенно из молодежи, социальную компоненту патриотизма. Призывают к так называемому социальному миру, к общественному согласию. Но что за общественное согласие может быть в стране, лежащей практически в руинах, где ограблено 90% населения? В то время как десятки и, вероятно, сотни миллиардов долларов вывезены за рубеж, мы из-за четырех с половиной миллиардов должны вести унизительные переговоры с Международным валютным фондом. Это просто абсурд.
То, что сейчас назревает народное недовольство, социальный протест, который накладывается на очевидную после агрессии НАТО внешнюю опасность для государства,— свидетельствует о нежелании народа находиться в рабском положении, куда его фактически бросили так называемые "демократы". И сколько бы ни чернили советское прошлое, оно останется высшей точкой развития нашего общества и могущества нашей державы со всех точек зрения: геополитической, социальной, культурной и даже с точки зрения реализации национальной идеи. Наш народ тем и силен, что всегда выступал в едином строю с другими народами России: и защищая свою Родину, и выступая против угнетения.
