— Я тебе не брат, и она принадлежит Айсу.
— Эта сука моя! — Лицо Святого покраснело.
— Айс не делится. У тебя проблемы, решай это с ним.
Когда Святой повернулся, то увидел, как Айс вошел в дверь с Максом.
— У тебя проблемы? — Спросил он Святого, остановившись около него.
Святой резко кивнул в сторону Шакала. — Он сказал, что эта сука твоя. А она — моя! Но я не против поделиться. Ты можешь забрать ее, когда я с ней закончу.
Глаза Айса прошлись по Грейс, прежде чем снова вернулись к Святому. — Сейчас у меня есть проблемы поважней, а с этим мы можем разобраться потом, разве ты не хочешь убрать наши задницы до того, как нас перестреляли? — Сказал Айс с сарказмом в голосе и Святой нерешительно кивнул.
— Позже, — предупредил он, отходя в сторону.
Проигнорировав его, Айс подошел к Грейс, опустившись рядом на колени. — Ты в порядке?
Ей потребовалось несколько секунд, прежде чем обрести дар речи. — Да.
— Оставайся с Максом и Шакалом. Захочешь в туалет, скажи мне. Я не хочу делать тебе больно, но и не позволю создавать мне неприятности. — Его жесткий взгляд показал, что он не будет испытывать угрызения совести и причинит ей боль, если она его ослушается.
Грейс схватила его за руку, когда он начал подниматься. — Пожалуйста, позволь мне уйти. — Взмолилась она.
— Нет. — Прежде чем она смогла, что-либо сказать, он отошел. Грейс отказывалась лить слезы. Она сидела в оцепенении и смотрела как люди, собравшиеся в другой части комнаты, разговаривали в полголоса. Затем Фейд отошел от всех и разбил все камеры видеонаблюдения.
Трое охранников лежали в разных местах комнаты, заключенные сделали то, что задумали. Грэйс пыталась подслушать, но ничего не было слышно. Айс был очень резок с людьми, которые вмешивались. Мужчины пришли к соглашению, заняли свои места в комнате и снаружи в коридоре.
Баззард притащил двух заключенных, которые были подстрелены. Их раны не казались тяжелыми, но тот, которого они оттащили в другую комнату, казалось, не двигался.
— Он мертв? — Голос Грейс дрожал.
— Глух как пень, — пошутил Макс, садясь рядом с ней.
Она впилась взглядом в него, удивляясь его равнодушию. — Не жалей его. Он сидел здесь за изнасилование четырнадцатилетнего соседа.
Слова Макса вмиг уничтожили её сострадание к этому человеку.
— Большинство мужчин пытались держаться ближе к нему в течение последних двух месяцев. Только из-за того, что его собирались выпустить в следующем месяце, — продолжал объяснять он.
Грейс молчала. Во многих отношениях, судебная власть — отстой, и у заключенных было чувство собственного достоинства.
В то время, когда мужчины успокоились, она задалась вопросом, чего они ждут, когда один из них включил телевизор на стене. Шли новости. Репортер, находившийся рядом с тюремной стеной, сообщил о попытке побега. Грейс тяжело сглотнула. Когда Сиси или Росс услышат новости, они немедленно позвонят ее родителям. Они испугаются за ее безопасность и немедленно сядут в самолет. Грейс волновалось за них, они тяжело перенесут мысли об опасности, в которой она оказалась.
Репортер привлек ее внимание. — Никто не знает, сколько у них заложников. По нашим предположениям, там трое охранников и местный учитель из колледжа, который находился на территории, ведя компьютерные курсы. Но еще ничего не подтверждено.
Стон слетел с ее губ.
— Семья? — Сочувствующий вопрос Макса сдавил ее горло.
Грейс кивнула, не в силах оторвать взгляд от экрана телевизора. — Мои родители и брат будут волноваться.
— Я буду охранять тебя. — Грейс повернулась к нему, собираясь начать умолять. — Я выполняю приказ Айса.
Грейс вернулась к просмотру телевизора, используя его, чтобы отвлечься от того, что происходило вокруг. Одни и те же новости повторялись, и ей это быстро надоело, она начала чувствовать себя не комфортно.
— Мне нужно в туалет, — прошептала она Максу, игнорируя молчаливое присутствие Шакала рядом с ней. Как только он встал, Айс оставил мужчин, которым он помогал, используя все возможное, чтобы забаррикадировать окна.
— Ей нужно в туалет, — сказал Шакал Айсу.
Ее лицо покраснело от смущения, когда Айс взял ее руку и подвел к двери на другой стороне комнаты. Открыв ее, он жестом показал ей войти внутрь. В комнате она обнаружила туалет и раковину.
— Поторапливайся.
Грейс подскочила, когда он закрыл за ней дверь. Она сходила в туалет так быстро, как могла, боясь, что он откроет дверь, затем поспешно вымыла руки. Как только она выключила воду, дверь открылась. Их глаза встретились, когда она шла к нему. Он не пытался скрыть свой пристальной взгляд, путешествующий по всему ее телу и задержавшийся на её груди. Когда она приблизилась, Айс не отошел от двери.
— Не переживай ты так. Я никому не позволю прикоснуться к тебе. — Его слова не были обнадеживающими.
Грейс сделала шаг назад, ожидая, когда он отойдет от двери. — Это к тебе тоже относится?
— Я не даю обещаний, которых не смогу сдержать. — Холодно улыбнувшись, он отошел от двери, давая ей проскользнуть внутрь комнаты. Он вернул ее к столу, где Шакал и Макс ждали ее.
— Веди себя хорошо, — предупредил он и вернулся к укреплению окон.
— У вас нет никакого шанса победить и выбраться отсюда. — Сказала она.
Они с ней не разговаривали, оба смотрели телевизор. Пока она была в ванной, новости изменились. Теперь показывали много полицейских машин и тактических команд (Примеч. Тактичные команды— небольшое штатное воинское подразделение), окружающих тюрьму. Человек делал заявление, а в нижнем углу экрана было указано, что он начальник тюрьмы. В разговоре, он успокоил репортеров, заявив без эмоций, что в тюрьме четверо заложников: три охранника и она. Назвав ее имя, он сказал, что ее семья уже уведомлена и ее родители, и брат на пути к месту, которое она наблюдала по телевизору. Он закончил, сказав, что даст больше информации, когда она появится.
