просто зашёл выпить после смены, а не снимать продолжение "Интервью с вампиром"!
— Добро пожаловать в ночь кошмаров, приятель, — ухмыльнулся Сет. — Ты всегда носишь с собой дробовик в бар?
— В этих краях без оружия только на сортир ходят, — огрызнулась Рокси, прицеливаясь в ближайшего вампира. — И то не всегда.
Сет быстро перезарядил свой револьвер и повернулся к Питти, который держал оборону с другой стороны круга.
— Я не дал суке покусать твоего брата, — сказал Сет с какой-то странной гордостью в голосе, почти ликованием. — Не дал, черт побери! Ни один брат не пострадает, пока я здесь!
— Спасибо, Гекко, — кивнул Питти, не отрывая взгляда от приближающихся вампиров, его глаза блеснули чем-то похожим на уважение. — Я всегда знал, что ты парень что надо. Даже когда ты пытался угнать мою тачку.
— Не спеши с выводами, — ухмыльнулся Сет, перезаряжая револьвер с щелчком. — Ночь только началась. А я только разогреваюсь.
— Ты всегда так говоришь девушкам? — бросила Джесс, прицеливаясь в ближайшего вампира.
— Только тем, которые мне действительно нравятся, — подмигнул Сет. — И тем, с кем сражаюсь против нежити. Как видишь, список не такой уж и длинный.
Вокруг них творился настоящий кошмар, словно картина Босха ожила и вышла из рамы. Музыканты на сцене, все как один превратившиеся в вампиров, продолжали играть свою дьявольскую мелодию, выжимая из инструментов звуки, которые казались порождением самого ада. Барабанщик колотил по барабанам окровавленными палочками, ритм становился всё быстрее, всё исступлённее. Гитарист извлекал из инструмента звуки, больше похожие на крики истязаемых душ — каждая нота резала слух и вызывала дрожь.
— Не хочу никого пугать, — произнес Рэй, прицеливаясь в ближайшего вампира, — но эта музыка будто... направляет их? Видите, как они двигаются в такт?
Он был прав — вампиры действительно, казалось, подчинялись какому-то невидимому ритму, их атаки становились более согласованными, более опасными.
На другом конце бара загнанный в угол мужчина в ковбойской шляпе, крупный и жилистый, сумел оторвать ножку от барного стула и отбивался от трёх вампиров, наседавших на него со всех сторон. Его лицо было искажено от напряжения, но в глазах читалась стальная решимость. С яростным криком он ринулся вперёд и сумел проткнуть одного вампира прямо через грудь. К всеобщему изумлению, вампир с визгом рассыпался в пыль, словно древняя мумия под воздействием воздуха.
— Деревянный кол в сердце! — закричал Гекко, вспоминая очевидное. — Это их убивает насовсем!
— Ну конечно, — закатила глаза Рокси. — Следующее, что ты скажешь — что чеснок и святая вода тоже работают?
— Не исключено, — пожал плечами Сет. — Есть у кого-нибудь чеснок в карманах? Нет? Жаль. Придётся работать с тем, что есть.
— Там, — указала Джесс, её глаза сузились. — Барные стулья! Они деревянные!
— Мне нужно прикрытие, — сказал Питти, его лицо стало решительным. — Я сделаю рывок к бару и принесу пару стульев. Если я не вернусь, Рэй ты должен знать... что это я воровал твои носки, а не чупакабра.
— Подонок, — огрызнулся брат. — Я ночами из-за этой фигни спать не мог.
— Рэй, тебя точно не подкинули? — Ухмыльнулась Джесс.
— Некогда, выяснять кто кому кем приходиться. Питти,я прикрою, — кивнул Сет, перехватывая револьвер поудобнее. — На счёт три.
— И постарайся не умереть. — Искренно сказал Рэй
— Раз... два... три! — Прокричал Сет.
Питти выскочил из защитного круга и бросился к бару, двигаясь зигзагами, уворачиваясь от двух вампиров, попытавшихся его перехватить. Сет с хирургической точностью всадил им пули в головы, отбрасывая назад и давая Питти драгоценные секунды, чтобы добраться до цели.
На другом конце зала азиат продолжал своё смертоносное шествие. Его движения были как вода — текучие, непрерывные, смертельные в своей элегантности. Катана в его руках казалась живым существом, танцующим в воздухе, рассекая плоть и кости с одинаковой лёгкостью.
— Кто этот старик? — спросила Эмма, её глаза расширились от восхищения. — Он как из тех фильмов, что папа не разрешал мне смотреть!
— Понятия не имею, милая, — ответила Лиза, прижимая дочь к себе. — Но я очень рада, что он на нашей стороне.
Схватив два барных стула, Питти развернулся, чтобы бежать обратно, но путь ему преградила танцовщица в волчьей шкуре, та самая, которую они уже "убили" несколько минут назад. Её лицо было искажено яростью, глаза пылали жёлтым огнём, а пулевые отверстия в голове и груди затягивались на глазах, как заживающие раны.
— Ты станешь моим рабом, — прошипела она, обнажая клыки, длинные и острые как иглы. — Ты будешь служить мне вечно, мальчик.
— Я не собираюсь жениться, дорогая, — ответил Питти с ухмылкой, не дрогнув ни единым мускулом. — У меня аллергия на моногамию и нежить.
С этими словами он с размаху ударил её стулом с такой силой, что дерево треснуло. Стул разлетелся в щепки, и Питти, не теряя ни секунды, схватил одну из сломанных ножек и всадил её прямо в грудь вампирши с хрустящим звуком. Существо закричало нечеловеческим голосом, больше похожим на вой баньши, и рассыпалось в пыль, оставив после себя лишь волчью шкуру, упавшую на пол безжизненной грудой.
— Джекпот! — воскликнул Питти, возвращаясь к группе с охапкой деревянных обломков, его лицо сияло адреналиновой улыбкой. — Налетай, ребята! По колу каждому! Сегодня мы долбанная семейка Хельсингов!
— Ты только что уничтожил реквизит стоимостью в две сотни баксов, — заметил Зик, принимая деревянную ножку. — Этот волчий костюм был антикварным.
— Пришли мне счёт, — огрызнулся Питти. — Если выберемся отсюда живыми.
Вооружившись импровизированными кольями, группа почувствовала прилив уверенности. Теперь они могли не только отпугивать вампиров металлическими крестами, но и убивать их. Выражение лиц изменилось — на смену чистому ужасу пришла решимость.
— Нам нужно выбраться отсюда, — сказала Лиза, всё ещё прижимая к себе Эмму, её голос дрожал, но в нём слышалась сталь. — Дверь... нам нужно добраться до двери.
— Дверь заблокирована, — покачал головой Зик, вставляя в дробовик новые патроны с металлическим щелчком. — Мы уже пытались. Эти твари не хотят выпускать свою добычу. Заперли нас, как скот на бойне.
— Должен быть другой выход, — настаивала Лиза, её взгляд метался по бару в поисках возможного пути бегства. — Кухня? Чёрный ход?
