— Дотти, вы ошибаетесь! — Сара покраснела и поспешно встала с кровати. — Мистер Равенхерст совершенно мною не интересуется!
— Я уверена, он не хотел вас оскорбить. — Дотти тоже поднялась. — Видно, что вы леди. Только… О, не обращайте внимания! — Она вывалила содержимое саквояжа на кровать и стала рыться в куче вещей. — Вот, не хотите почитать? Один друг подарил мне. Беда в том, что у меня глаза уж не те, что прежде, и я не очень хорошо разбираю слова.
Сара с искренней благодарностью приняла потрепанный томик.
— Благодарю вас. Книга поможет скоротать время.
— И где-то у меня было письмо. — Это замечание Дотти остановило Сару. — Проклятая бумажонка! Куда я ее засунула, черт побери? — Дотти обследовала карманы очень яркого халата. — Я точно знаю, что привезла его с собой. О, ну ладно, если найдется, я была бы вам очень признательна, если бы вы мне его прочитали. Видите ли, у меня глаза болят.
— Конечно, прочитаю. И еще раз спасибо за книгу!
В отсутствие Сары кто-то прибрал ее комнату и разжег огонь. Она уже собиралась придвинуть стул поближе к камину, когда ее внимание привлек гул голосов.
Охваченная любопытством, Сара подошла к окну и увидела, как мистер Равенхерст, капитан Картер и еще двое мужчин, которых она не узнала, энергично расчищают дорожку перед фасадом гостиницы. Время от времени раздавались громкие взрывы хохота — видимо, все четверо от души наслаждались своим времяпрепровождением. Сара смотрела на мужчин, пока ее взгляд не остановился на одной голове с темными, слегка вьющимися волосами.
То грубый, то удивительно предупредительный, мистер Равенхерст, как справедливо заметил его юный сосед, очень непонятная личность. Однако в отличие от Натли, считавшего расчистку снега ниже своего достоинства, мистер Равенхерст, не колеблясь, предложил помощь, и, напомнила себе Сара, искренне поблагодарил простую женщину за хорошую еду.
Она вдруг испытала острое сожаление оттого, что совсем не знала его прежде. И вряд ли теперь, в тесноте переполненной гостиницы, это упущение удастся исправить. Однако надо постараться выкроить несколько минут наедине с ним и признаться, кто она такая на самом деле.
В тот день подобная возможность ей так и не представилась. Мистер Равенхерст не явился в столовую на легкий ленч, и Сара увидела его лишь вечером, когда пришла на ужин.
Почти весь день девушка провела в компании Дотти, которая, ловко уложив собственные белокурые локоны, умудрилась причесать и Сару — модно и к лицу.
Надев свое лучшее жемчужно-серое платье, Сара думала, что выглядит вполне прилично, но лишь до того момента, когда Равенхерст, прервав беседу с капитаном Картером и мистером Стаббзом, подошел к ней со словами:
— О Господи! Опять этот полутраур!
— Вы забыли, сэр, ведь я вдова.
— Ошибаетесь, дитя. Я ничего не забываю. — Он внимательно оглядел ее с головы до ног. — Хотя должен сказать, прическа уже определенно лучше.
Случайно или благодаря стараниям мистера Равенхерста, но за столом они оказались рядом.
Сара еще утром предложила замотанной хозяйке подавать еду постояльцам в общей столовой. А после трапезы все могли бы переместиться в маленькую гостиную, чтобы хозяева спокойно убрали со стола. Ее предложение было принято с благодарностью, и вся компания свободно разместилась за двумя сдвинутыми столами. Не хватало только фермера с женой, видимо ужинавших на кухне, и мисс Гримшоу, оставшейся в своей комнате.
После отличного ужина все перешли в гостиную. Хозяин снабдил постояльцев колодой засаленных карт с загнутыми уголками, и вскоре Сара оказалась вовлеченной в партию виста.
Мистер Равенхерст пригласил ее в партнерши, а мистер Натли объединился с капитаном Картером. Сара и Равенхерст выиграли первый роббер, затем довольно легко — второй, и Сара заслужила сдержанную похвалу от своего партнера, правда, в следующем его замечании прозвучало явное осуждение:
— Однако, миссис Армстронг, подобная ловкость в карточной игре заставляет предположить, что в вашем воспитании — в те годы, когда формируется личность ребенка, — были существенные пробелы.
— Да. Вы даже не представляете, до какой степени я потворствовала своим капризам! Если честно, я стала очень порочной, — беззаботно ответила Сара, чем развеселила капитана и поразила мистера Натли.
— Леди просто шутит, Седрик, — успокоил соседа мистер Равенхерст. — Полагаю, ваша очередь сдавать.
— Я пропущу следующий роббер. — И Натли встал из-за стола, предложив свое место мистеру Стаббзу. — Пожалуй, поищу этого мошенника хозяина. Я бы не отказался от стаканчика пунша.
После довольно долгого отсутствия мистер Натли вернулся с подносом, на котором стояли несколько бокалов и большая чаша. Немного отодвинув несессер Сары, он поставил поднос на маленький столик у окна и начал разливать теплый напиток.
— Кто составит мне компанию?
Отказались только Сара и мистер Равенхерст. Остальные же с удовольствием принялись за пунш, хотя капитан, как заметила Сара, скривился при первом же глотке. Натли заметно оживился, и Сара, предложив ему свое место за карточным столом, присела поговорить с Дотти, а затем удалилась в свою комнату и вскоре уснула.
Проснулась она внезапно. Что это было? Перевернулся стол?.. Или стул? Несколько минут Сара лежала, не смея пошевелиться, и испуганно вглядывалась во мрак, пытаясь уловить хоть какое-то движение. Но все было спокойно: даже тихий гул голосов не доносился из гостиной внизу.
Часы пробили два раза.
Девушка осторожно села в постели; найдя на ощупь трутницу, зажгла свечу, стоявшую на тумбочке, затем еще раз обвела взглядом маленькую спальню и удостоверилась, что в комнате действительно никого нет. Все было так, как и должно было быть, однако она была уверена, что слышала что-то… Но что?
Уже полностью проснувшись, Сара поняла, что сон ушел, и решила закончить письмо, начатое еще утром, но вспомнила, что оставила несессер в гостиной. Поколебавшись не дольше секунды, она отбросила одеяло, накинула на плечи шерстяную шаль и взяла с тумбочки свечу.
Ее босые ноги ступали по коридору совершенно бесшумно, но, когда она спускалась по лестнице, пересохшие доски предательски заскрипели. Вдобавок ко всему она наткнулась на стул, и он загрохотал по деревянному полу. Теперь во всех углах ей стали видеться ожившие тени и дюжины злобных глаз, следящих за каждым ее движением, но она выбранила себя за ребяческие фантазии.
В результате, открыв дверь гостиной и обнаружив стоявшую у открытого окна фигуру, закутанную в темный плащ, девушка отказалась верить собственным глазам. Но когда неожиданный порыв холодного воздуха задул ее свечу, а неясная фигура села на подоконник и, перекинув через него ноги, исчезла в ночи, Сара поняла, что ее воображение вовсе не играет с ней шутки.
