— Ты ангел, — сказал он.
Как он узнал об этом — через демона, поняла она. Демон, возможно, и не могла увидеть ее, но, как Оливия уже поняла, бесенок чувствовала опасность при ее появлении. А когда Легион уходила, она попадала в Ад. Огненные стены, которые уже не могли удерживать ее, приветствовал ее, когда она того желала.
— Если ты ангел, то должна знать, что это не остановит меня, если ты причинишь вред Легион.
Ну вот, опять, он думает о чужом благе, но не о собственном. Он не знал, что ей не нужна Легион. Если Аэрон умрет, Легион потеряет свободу и вновь вернется в Ад.
Оливия преодолела расстояние между ними, ее шаги были решительными. Она остановилась только тогда, когда он мог бы услышать ее шепот. Его ноздри раздувались, как если бы он знал, что она сделала, но он не двигался. С её стороны, принятие желаемого за действительное, она знала. В таком виде он никогда не увидит ее, никогда не почувствует запах, никогда не услышит ее.
Она подошла и провела рукой по его подбородку. Как бы она хотела ощутить его! Но в отличие от Лисандра, который был Элитным Воином, она не могла материализоваться в этой плоскости. Только оружие. Его она доставала из воздуха, огонь горел даже ярче, чем на небе. Одним ударом она могла снести ему голову.
— Ты женщина, — добавил он сурово. Как и всегда. — Но не думай, что это остановит меня. Тебе стоит знать, что я всегда получаю то, что хочу, сметая всех на своем пути.
Оливия вздрогнула, но не из-за слов Аэрона, как он мог бы надеяться. Такое определение…
Я должна уйти, прежде чем разозлю его еще больше. Со вздохом, она расправила крылья и прыгнула, из крепости и в небо.
Глава 6
— Вы, облака, принадлежите мне отныне, — сказала Бьянка. Это не попытка сбежать, не сексуальная одежда, а потому вполне приемлемое желание. — Лисандр подарил вас мне, поэтому, раз я не прикасаюсь к нему, то буду получать все, что захочу. А я хочу вас. Я желаю, чтобы вы принадлежали мне, а не ему. Таким образом, вы будете слушаться моих приказов, а не его. И если я скажу сделать что-то, а он воспротивится, вы все равно сделаете по-моему. Вот чего я хочу.
И ох, малыш, это будет весело.
Чем больше она думала об этом, тем чувствовала себя счастливее оттого, что отныне не может прикоснуться к Лисандру. В самом деле. Соблазнять его — или, вернее, пытаться соблазнить, — было ошибкой. Она в основном соблазняла себя. Его тепло…запах…сила… Возьми. Меня. Много раз.
Теперь все, о чем она могла думать, это о его теле, прижатом к её. И о том, как научит его, где ей нравится, когда он прикасается. Однажды получив урок поцелуя, он дразнил и вторгался в ее рот с искусством мастера. То же самое будет с занятиями любовью.
Она хотела бы облизать каждую частицу его тела. Слышать стоны снова и снова, пока он будет делать тоже самое с ней.
Как она могла думать о таких вещах со стороны врага? Как могла забыть, пусть и на мгновение, что он запер ее? Может потому что он был вызовом. Сексуальным, заманчивым, очаровательным вызовом.
Неважно, впрочем. Она сыграет роль сладенькой рогатой пленницы. До сих пор она не могла убить его, иначе осталась бы здесь навечно. А это значит, нужно сделать так, чтобы он захотел избавиться от нее. И сейчас, завладев облаком, она без проблем сумеет сделать это.
Ей не терпелось начать. Если он будет придерживаться прежнего графика, то появится через неделю. Вернется «проверить» ее. Операция «Захнычет Как Ребенок» начнется. Завтра она спланирует основное действие и разобьет его поэтапно. Несколько идей появились уже сейчас. Как, например, привязать его к стулу и устроить стриптиз. О, или ввести Голые вторники.
Усмехаясь, она положила голову на руки, зевнула и закрыла глаза.
«Хочу чашу холодного винограда Лисандра», — сказала она, и мраморная вазочка появилась прямо на ее животе. Не открывая глаз, она закинула ягодку в рот и прожевала ее. Боги, как же она устала. Она не отдыхала по-настоящему с тех пор, как появилась здесь, — и даже раньше.
Она не могла сделать этого. Ни одного дерева, ни одной возможности спрятаться. И даже если она попросит деревья, Лисандр легко найдет ее, вернувшись раньше.
Подождет. Нет, он не станет. А если пожелать сотни деревьев? Он прикажет им наклониться, но, упав, она проснется. И он не застанет ее врасплох.
Снова усмехнувшись, Бьянка приподняла веки. Убрала виноград, отставила его в стороны и встала.
— Заменить всю мебель деревьями. Сотнями больших, толстых, зеленых деревьев.
Там, где она находилась, облако напоминало лес. Плющ обвивался вокруг стволов, а на листьях блестела роса. Расцвели цветы, лепестки, опадающие с них, кружа по воздуху, спускались вниз. Это место сияло красотой. Ничто на Земле не могло сравниться с ним.
Если бы ее сестры могли увидеть это.
Ее сестры. Победила она в игре или нет, но с каждой секундой она упускала время, которое могла бы провести с ними. Лисандр заплатит за это тоже.
Она снова зевнула. Когда она попыталась подняться на ближайший дуб, ее нижнее белье зацепилось за сук. Она выпрямилась, насупилась — и еще раз напомнила себе об особенностях ее темного ангела, как он наклонялся к ней, как горячее дыхание касалось кожи.
— Хочу носить камуфляжную армейскую одежду.
В момент она получила желаемое и сразу же забралась на самую высокую ветку — крылья предавали скорость и маневренность — и улеглась на нее, глядя на звездное небо.
— Мне бутылку вина Лисандра, пожалуйста.
Секундой позже пальцы сжимали горлышко сухого красного вина. Она предпочла бы белое, более дешевое, но в принципе все равно. Тяжелые времена требовали жертвы, и она выпила бутылку в рекордные сроки.
Как если бы она пожелала и хозяина вина, она услышала крик Лисандра:
— Бьянка!
Она в недоумении заморгала. Либо прошло больше времени, чем ей показалось, либо тот, кого она представила, появился перед ней.
Почему она не могла представить Повелителя Преисподней? — подумала она с отвращением. Ах, ах. Насколько прохладно стало бы, если бы Лисандру пришлось бороться с Повелителем? Он бы был в набедренной повязке и, конечно, улыбался. Но ничего сверх этого.
И она вполне может сделать так! Это же ее облако, в конце концов. Она с Лисандром теперь играет по своим правилам. И, поскольку ей принадлежала власть здесь, он не мог отменить ее приказ, не получив разрешение от нее.
По крайней мере, она молилась, чтобы это было так.
— Убрать деревья, — услышала она.
Она ждала, затаив дыхание, а деревья остались. У него не получилось! Улыбаясь, она захлопала в ладоши. Она оказалась права. Облако принадлежало ей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
