Теперь, более двух сотен лет спустя после смерти мужа, утешившейся леди было не до сына. Её брак казался ей маленькой детской проказой. И хотя она продолжала любить Ирсона, Илшиаррис отдалилась от него и занималась устроением собственной жизни. Кажется, сейчас она возглавляла танайскую миссию в каком-то далёком мире. Она больше не плакала и не грустила — теперь, как и всем Высшим танаям, ей дано было видеть причины и последствия всех событий…
«Когда-нибудь Алу станет такой же, — привычно скребя нос, думал Ирсон. — Или не станет — изберёт путь алайки, бросит всё с той же лёгкостью, с какой рассталась с титулом тал сианай… а, быть может, раз она так мучается, её и вовсе ждёт впереди нечто невообразимое. Жаль, что я не моя мать и не могу узнать — что, — он грустно улыбнулся. — Интересно, буду ли я когда-нибудь казаться ей, так же как моей матушке, только забавным эпизодом прошлого? Может быть, леди Илшиаррис права, и я упускаю что-то важное? Может, мне тоже стоит задуматься о своём Пути, о том, кем, где и с кем я мог бы быть?» — спрашивал себя взволнованный танай, вглядываясь в таинственное мерцание подарка Аниаллу, и чувствовал, что каждый заданный вопрос не только не нагоняет на него мрачное настроение, как это бывало раньше, но уже сам по себе приближает его к чему-то… к чему-то совсем новому для него и…
2. ДЕЛА СЕМЕЙНЫЕ…
Хелроты любят повторять, что кошки Аласаис — вероломные, самовлюблённые, хитрые и мстительные твари… м-м-да, вот видите, даже они не могут отрицать, что в нашем характере так много замечательных качеств!
Энаор ан Ал Эменаит. «Эти страшные кошки»
После разговора с Ирсоном Аниаллу заметно полегчало — ей всегда достаточно было выговориться, чтобы надолго перестать заниматься самокопанием, которое превращало весёлую и жизнерадостную от природы алайку в печальное и, как ей самой казалось, жалкое существо, способное лишь залечивать раны после битвы с самой собой.
Да, две её сущности — алайская и танайская — постоянно сталкивались. Они воевали уже целую вечность, но ни одна ни другая не могла одержать победу, обе они страдали в этой битве и слабели от неё, а значит — лишалась сил и покоя и сама тал сианай. Это не давало ей возможности остановиться и хорошенько обдумать, как выбраться из сложной ситуации, которая мучила Алу на протяжении десятков веков. Она чувствовала, что ей нужно затаиться, выждать и за это время найти способ побороть навязанное ей второе «я», подойдя на сей раз к решению этой непростой задачи с предельной холодностью, не позволяя эмоциям затуманивать свой разум и лишать себя сил.
Идея насчёт якоря, которую высказал сегодня Ирсон, пришла Аниаллу в голову в тот самый день, когда она перестала быть тал сианай. Но всю важность её девушка осознала лишь после того, как отречения оказалось мало, чтобы стать по-настоящему свободной. Полученный диреллейтский диплом позволял найти работу, никак не связанную с её титулом. Наконец-то у неё будет занятие, думала Аниаллу, которое увлечёт её до такой степени, что она забудет обо всём, кроме поставленной цели, в первую очередь, интересной ей лично, а не кому-то там ещё. А в том, что таковое найдётся, Алу не сомневалась — Ар-Диреллейт вёл работу по нескольким сотням направлений, создавая конкуренцию даже знаменитой на множество миров Линдоргской Академии.
Уверенность Алу оправдалась — первое же задание, предложенное девушке после выпуска, соответствовало её намерениям.
Во-первых, там, где ей предстояло трудиться, чтобы заполнить одно из белых пятен в истории Энхиарга, не должно было быть существ вообще, так что пробуждение второго «я» Алу точно не грозило. А во-вторых, поиски ответа на одну из самых таинственных загадок прошлого не могли не привлекать любопытную, как все кошки, девушку.
Итак, Аниаллу незамедлительно ответила согласием на предложение работы и собиралась еще до света отправиться в путешествие к тайнам истории, но неожиданно случилась неприятность — она глупо разминулась с одним из преподавателей Академии Агадара (одной из четырёх наиболее известных школ магии Энхиарга), который должен был передать ей несколько магических предметов, способных заметно облегчить ее задачу.
Прикинув, что не знающий, куда она направилась, волшебник с места несостоявшейся встречи, скорее всего, вернётся в свои покои в здании Академии Агадара, Аниаллу решила отыскать его там.
Ночь была слишком волшебной, чтобы лишать себя возможности полетать под звёздами, и Алу, пренебрегая телепортацией, отправилась в Академию по воздуху. Алаи никогда не были сильны в левитации, поэтому девушка давно обзавелась летающей доской, одной из тех, на которых ещё в прошлом тысячелетии помешался весь Линдорг. Она называлась «глимлай» и могла развить такую скорость, что иногда приходилось обращаться к магии, чтобы удержаться на ней.
К счастью, сейчас этого не требовалось: расстояние от «Логова» до Академии было не особенно велико, а ночи в Энхиарге — необычайно длинными, несмотря на близость к Элаану, землям народов Света, где местное светило лишь ненадолго исчезало с небосвода, а иногда и вовсе не заходило в течение нескольких суток. Поэтому Аниаллу спокойно летела на северо-восток, наслаждаясь приятной ночной прохладой и красотой простирающихся под ней земель Энхиарга.
Сверкнул огнями Анлимор — город, построенный на берегу озера Упавших звёзд. Воды его то тут, то там прорезали лучи света, идущие откуда-то из глубин, словно там действительно покоились сотни покинувших небеса звёзд. Конечно, это было не так: на самом деле сквозь тёмную поверхность озера сияли огни расположенного на его дне города наларов — водных эльфов.
Вдали на востоке едва виднелись отблески света над Солнечными Холмами — новой столицей королевства Аглинор.
Наконец впереди показались чёрные Мёртвые горы, окружающие Адоранскую пустыню, одно из самых таинственных и смертельно опасных мест Энхиарга, откуда пока не вернулся ни один из дерзнувших исследовать эти страшные земли. Приближаясь к горам, Аниаллу начала забирать чуть правее и, обогнув их с южной стороны, заметила вдалеке стены Академии Агадара.
Это был великолепный замок, который так и лучился магической энергией, хорошо видимой для удивительных глаз Аниаллу. Она подлетела к одной из башен и заглянула в знакомое окно, но, к разочарованию Алу, в освещенной единственной свечой комнате, до неприличия захламлённой всевозможными атрибутами волшебства, не оказалось того, кого она искала. Маг не ждал её у себя дома. Скорее всего, он отправился на поиски алайки. Представив себе перспективу обегать все часто посещаемые ею места, где, впрочем, они опять могли легко разминуться, Алу рассудила, что сможет благополучно обойтись и без помощи тех предметов, которые он должен был ей передать. Она сожалела лишь о том, что осталась без особого приспособления, предназначенного для быстрого перевода текстов с древних языков и их расшифровки. Впрочем, уверенности, что эта штуковина справится с тем, что ей предстояло исследовать, не было, да и найти того, кто в случае её неудачи справится с шифрами, было не так сложно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
