этого Марина зареклась говорить о своих успехах кому-либо, так как мама тоже не особо оценила эту новость, напомнив о пылящимся на полке дипломе и уже стабильно ходящим в детский сад сыне, но развиваться в своём хобби не перестала и медленно, постепенно, шаг за шагом двигалась в своём небольшом деле вперёд. Открыла самозанятость, естественно не поставив никого об этом в известность, наращивала клиентскую базу, отрабатывала техники, искала свой стиль, пробовала, ошибалась и начинала сначала. Поначалу о больших доходах не шло и речи, все честно заработанные деньги уходили на технику, материалы, повышение квалификации, но потом ей воздалось за старания и стремления и дело пошло в гору. Теперь можно было поставить справедливые за свои работы, в которые она вкладывала деньги, материалы, время и душу, цены и не бояться, что кто-то посчитает их завышенными и напишет плохой комментарий, вложиться в рекламу, что по её расчётам должно было помочь увеличить охваты и заработок соответственно тоже, и, самое главное, наконец, прекратить мучить себя, сына и Артура этим недоразумением под названием «брак». Сколько же раз Степанова заговаривала с ним о разводе за эти годы… И пальцев на двух руках не хватит, чтобы сосчитать. Но он и слушать ничего не хотел. Винил в том, что это именно из-за неё у них никак не получается быть счастливыми вместе, что именно она — причина их непрекращающихся проблем в отношениях и сексе, что он для неё и сына всё, а сама Марина, неблагодарная, глупая, непонимающая его, даже не старается сохранить семью. Как до появления Льва на свет жаловался на неё родителям и приходилось выслушивать уже изрядно надоевший и набивший оскомину спитч о том, что она не права, не терпелива и, вообще, слепа, раз не видит насколько ей повезло по жизни. Муж души в ней и сыне не чает, много зарабатывает, все деньги в дом приносит, налево не ходит, а то, что «выпивает иногда», устраивает ей беспочвенные сцены ревности и кроет последними словами по пьянке, не хочет признавать своё алкоголизм и нарушения потенции — дело второстепенное и, вообще, она это всё себе придумала.
— Что-то я не вижу никаких проблем у Артурика с алкоголем, Марина, — не соглашалась с ней свекровь. — Так что прекрати себя и меня накручивать почём зря.
И возможно приезжай она, как и родственники, только по праздникам, то тоже бы не видела ничего ужасного в поведении Артура, когда он на короткий срок на людях становился лучшей версией себя, но девушка жила с ним в одной квартире и прекрасно понимала масштаб бедствия. Только вот её никто не слышал. Не хотели слышать. В один прекрасный день, осознав, что так больше продолжаться не может, Марина сделала ещё один судьбоносный выбор. И дался он ей гораздо легче, чем первый.
Они уже как год переехали в город побольше, ближе к столице, за хорошими перспективами и идущими вразрез друг с другом мечтами у каждого. Муж гордился своими успехами в делах и довольно осматривал дом, который купил, не посоветовавшись с ней, и в котором у них не было общей спальни. Зачем, если он, как бы это не звучало цинично, не мог, а сама Марина не хотела, научившись доставлять себе удовольствие самостоятельно? К тому моменту и он, и она по прошествии лет и совместной жизни, изменились, перестав узнавать и себя, и друг друга. То, что раньше каким-то чудом держало их вместе — наивность, убеждения родителей, общественное мнение, несбыточные чаяния и глупое «потерплю, вдруг что-то изменится?» или «так не правильно, у ребёнка должна быть семья», перестало работать окончательно. Марина решила, что лучше пусть у Льва будут разведённые родители, чем он с малых лет видит этот кошмар, в который они превратили жизни друг друга, и принимает его как данность. Сначала она, конечно, боялась, корила, ругала, жалела и себя, и Артура, и сына, пыталась заново заставить себя поверить в светлое совместное будущее, ведь столько лет промучилась, столько слёз пролила, столько нервов потратила и что, всё зря? И это ещё не говоря о жертвах, которые ради этого брака ей пришлось сделать! А потом, слушая очередные пьяные обвинения и подозрения в три часа ночи, наконец, прозрела. Повзрослела. Да, поздно, но лучше так, чем никогда, не правда ли? И гори все эти годы, слёзы, нервы, жертвы огнём! Её ведь никто не заставлял под страхом смерти выходить замуж, жить со Степановым без любви и терпеть его выходки, правильно? Сама, дура, виновата. Сама боялась чего-то постоянно. Сама без ножа себя резала, оправдываясь, что так будет правильно, не отдавая толком отчёт что это за такое «правильно» и кто именно решил, что это правильно. Так что самой и расхлёбывать. Самой и решать, что правильно, а что нет. Самой и делать себя счастливой. Уже давно не та испуганная двадцатидвухлетняя инфантильная девчонка, плывущая по течению Любимое дело есть, деньги есть, руки-ноги тоже есть, самое главное, за что стоит бороться и быть сильной — сын, тоже есть, а то, что не получилось его от своей судьбы уберечь, не страшно. Артур, конечно, далеко неидеальный отец, но всё же Льва любил и в его жизни как-никак участвовал в отличие от её отца, который она даже не знала как выглядит. Конечно, существовала вероятность, что во время развода и после Степанов может повести себя по отношению к сыну не самым лучшим образом, но тогда это уже будет другая проблема и решать её нужно будет тогда, когда она возникнет. А сейчас жить! Для себя жить, для сына, для своих других будущих, дай Бог, детей, если посчастливится кого-то встретить и влюбиться. Как можно скорее и на всю катушку! К тому же когда не начинать новую жизнь, как не в Новый год, который уже был на носу, верно? Найти и снять квартиру, небольшую, но уютную студию, потихоньку начать перевозить туда вещи и параллельно подать на развод оказалось делом совсем не пыльным. Оставалось только решить вопрос с детским садом и собственно с Артуром, что уже почти с месяц не появлялся дома, разъезжая по рабочим командировкам, но из-за этого Степанова не переживала и считала, что обязательно со всем разберётся. Главное, что самый ответственный и важный шаг она уже сделала. Главное, не бояться и верить в себя. Главное, идти до конца, несмотря на трескучие морозы, отсутствие крыши ночью над головой по милости почти бывшего супруга и вполне вероятную возможность встретить Новый год
